Бабай
Шрифт:
– Это Билл Гейтс, основатель «Майкрософт». – Сказал Михаил.
– Э-э… Не знаю, сколько, – толстуха, похоже, восприняла, что вопрос был адресован исключительно ей, – Ну не знаю!
– Тогда просто предположите, – мужчина невольно сконцентрировал внимание на ней. – Назовите цифру, хотя бы примерно.
– Я не… – она обиженно обвела взглядом присутствующих. – Может… двадцать триллионов?
Гость, задававший вопрос, с досадой отмахнулся от нее; Назар увидел его мелькнувшую руку.
– Нет? – растерянно пробормотала полная дама и неуверенно потянулась за салфеткой, –
– Около ста миллиардов… – буркнул расстроенный гость.
– Сто миллиардов… – эхом отозвалась толстуха, но озвученная ее устами цифра казалась совершенно бессмысленной. – Вот как…
– Папа, а сто миллиардов – это много? – Спросил Назар.
– Ну-у… вообще-то достаточно. Приблизительно… валовый оборот всего нашего государства лет, этак, за десять. Или даже больше.
Назар понимающе кивнул:
– Значит, если бы у нас было столько, ты смог бы купить… ну, ту машину, что ты давно хочешь?
Взрослые за столом снисходительно рассмеялись, но Назара это не задело. Громче всех заухала полная дама.
– Да, сынок, и у нас еще немного осталось бы на бензин, – ответил Левшиц и тоже засмеялся, довольный шуткой.
Затем разговор переключился на перемывание костей начальству по работе.
К половине десятого Назару сделалось совсем нудно сидеть за столом и он решил отправиться к себе в комнату. К тому же, полный комплект бабушек и дедушек начинал все более активные поползновения, чтобы вот-вот перейти к своему обычному соперничеству, пытаясь завладеть вниманием внука – как это всегда происходило, когда они собирались вместе. Отчего Назару еще сильнее захотелось где-нибудь от них укрыться – вырваться из цепких объятий этого, вновь ожившего четырехглавого дракона.
К счастью, теперь он мог спрятаться в надежном убежище. Назар стал тихо соскальзывать с дивана вниз, чтобы пробраться под столом, и надеялся, что успеет оказаться достаточно далеко, прежде чем одна из «голов» спохватится.
– Ты куда? – удивился Виктор Левшиц, еще заметно крепкий моложавый мужчина пятидесяти трех лет; и сын, и внук унаследовали свою внешность главным образом от него.
– Я… – замер Назар на полпути под стол, – Я к себе, а что?
– Да? Так, может, покажешь свою комнату?
– Действительно, покажи нам ее, – дружно подхватили три остальные головы «дракона», словно ими управлял один кукловод.
Назар был уверен, что все четверо уже давно до мельчайших подробностей успели осмотреть его комнату – поочередно, попарно и вместе. Дело сейчас заключалось совсем в другом: привлечь его внимание именно к себе. Назар, конечно, мог и ошибаться, но интуитивно ощущал, что прав, и это его раздражало.
Он умоляюще посмотрел на отца, и тот (демонстрируя чудеса проницательности, которая, скажем честно, не относилась к его сильным качествам в повседневной жизни) моментально разобрался в ситуации.
– Назар, тебе пора отправляться в постель, – это было произнесено суровым внушительным тоном – ничем, в сущности, не заслуженным – но они отлично поняли друг друга.
– Иду, па. – Все четыре головы «дракона» невольно просияли, увидев самого совершенного ребенка в
– А если всего на минутку… – начала было мать Валерии, но тут же осеклась, потому что Назар глянул на нее так, словно собирался сказать: «Я был бы просто счастлив, если бы вы нашли себе кого-нибудь другого, чтобы разорвать на части и сожрать с кетчупом!»
Озадаченно попятившись, «дракон» распался.
Назар пожелал всем спокойной ночи и отправился в ванную чистить зубы.
5
Несколько раз ему удавалось задремать, но голоса уже не шибко трезвых гостей, проникавшие из соседней комнаты – когда смеялись над анекдотом, из тех пресловутых, которые теперь можно было свободно рассказывать и комментировать, не смущаясь присутствием восьмилетнего ребенка, или о чем-то спорили – вновь будили его.
В конце концов, Назар стал просто лежать с открытыми глазами и смотреть в темноту, туда, где находился невидимый потолок. Он вдруг подумал, что зря сегодня разозлился на своих бабушек и дедушек, потому что на самом деле они очень хорошие, любят его и не считают плохим. Только иногда не могут разобраться, между собой. И если бы у него стало б много денег – например, как у того «самого богатого парня в мире» – то он накупил бы каждому из них много-много замечательных подарков…
Глаза Назара незаметно закрылись, как это происходит, если думать в темноте.
– Сто миллиардов… – промолвил он вслух и через шесть секунд отключился.
Глава 3
ПЫЛЬ ИЗ-ПОД КРОВАТИ
1
Открыв глаза, Назар понял, что гости давно разошлись и уже глубокая ночь. Он проснулся, но не от шума. Стояла характерная для этого времени суток тишина. У Назара была хорошо развита способность чувствовать время. Иногда, вставая ночью в туалет, полусонный, он угадывал его с точностью до плюс-минус нескольких минут – что неоднократно было проверено им лично.
Сейчас он предположил (прочувствовал), что стрелки часов (он всегда представлял стрелки неких часов внутри своей головы, тикающих независимо от его контроля) находятся где-то в районе четверти третьего – и ошибся лишь на девять минут, потому что в действительности было два часа двадцать четыре минуты.
Назар подумал о том, что же в таком случае, если не шум, могло его разбудить, поскольку в туалет ему тоже не хотелось. Это было странное ощущение: его органы чувств еще только приходили в бодрствующее состояние, а голова уже соображала четко и осмысленно, будто он и не засыпал вовсе. Кроме того, Назар был абсолютно уверен, что ему не приснилось что-нибудь плохое; в эту ночь ему вообще ничего не успело еще присниться. Может, это был случайный шум – у соседей или на улице? Однако Назар не мог припомнить, чтобы он когда-то просыпался в столь позднее время из-за посторонних звуков, он спал очень крепко. Даже в прошлом году, когда кто-то ночью запустил камнем в окно на кухне, он узнал об этом только утром. Но сейчас…