Бабник
Шрифт:
Чувствуя необходимость чем-то себя занять, я просмотрела календарь на следующие несколько недель. У нас тренинги по новому приложению четыре раза в неделю в дополнение к еще двум посещениям школ на этой неделе, прежде чем я покончу с работой. А это означает, что каждый день моей личной и рабочей жизни пройдет с Лукасом.
Я вздохнула и попыталась заставить себя думать о чем угодно, кроме Лукаса.
И того, как он держал меня за руку.
И сказал, что любит меня.
И целовал меня.
Карандаш
Кайла.
Ох!
— Привет! — ответила я после первого же гудка хриплым и высоким голосом. — Что случилось?
— Ты, — фыркнула она, — ты.
— Я? — У меня появилось то чувство головокружения, когда ты понимаешь, что попал в неприятности, и вот-вот должно случиться что-то плохое. Знаю, между нашими мамами должен был состояться разговор. Просто я предполагала, что они не донесут эту новость до Кайлы так быстро, ради всего святого. — Я что?
— Т-ты и Лукас с-собираетесь пожениться? — кричала она. Громко.
Ох, нет.
Мне бы хотелось во всем обвинить Остин с Тэтчем и то глупое вино в его доме, но нет, во всем виновата я сама.
Я и моя тупая необходимость защитить Лукаса от гнева его родителей и, возможно, в процессе залечить раны на моем собственном сердце.
Я быстро попыталась придумать, как выкрутиться из ситуации.
— Кайла, успокойся.
— УСПОКОИТЬСЯ?
— Я хочу сказать, что ты не знаешь всех подробностей, и…
— Он изменил мне! — вскричала она. — С нашей СЕСТРОЙ!
Ха! Интересно, что бы она сделала, узнай, что он всегда всем изменял? Станет ли ей лучше или хуже? Решение, нужно решение.
— Кайла. — Я задавалась вопросом, мог ли день стать еще более мрачным? — Послушай, я могу объяснить, почему бы нам не поужинать вместе сегодня вечером?
Мало того, что у меня абсолютно не было денег, так теперь придется сидеть перед своей удивительной сестрой и заставлять ее поверить, что я была влюблена в ее бывшего жениха, и что теперь он начал жизнь с чистого листа — хотя ничего из этого не было правдой.
Лгунья. Мое сердце дрогнуло.
Однажды я обожала его. В прошлом. И даже тогда это была школьная влюбленность.
Вот. Вот почему на всех этих школьных уроках здоровья всегда говорят никогда не заниматься сексом. Мужчины все только усложняют. В одну минуту ты счастливая одинокая женщина, живущая в центре Сиэтла, а в следующую — врешь собственной семье и строишь планы на выдуманную помолвку, а за их спинами надеешься на свидание с доктором, который заглядывал тебе между ног! Уф, с тех пор как я снова встретилась с Сатаной, я сошла с ума.
— Эвери? — фыркнула она. — Ты еще тут?
— Да. — К сожалению. — Ужин сегодня вечером, все будет хорошо.
— Ладно.
Слава
Отлично.
— В семь? — По крайней мере, она больше не кричит. Или плачет.
— Прекрасно. — Дрожа, я повесила трубку и подняла взгляд, заметив прекрасную рыженькую, которая вполне могла бы быть родственницей нашей семьи. Она мне ухмыльнулась и объявила:
— Я Челси. — Ее плечи постоянно двигались то вверх, то вниз, словно в ней кипело столько энергии, что она не могла стоять неподвижно. — Среда Лукаса Торна, если что.
Я впилась в нее взглядом.
— Естественно. — Они все его полным именем называют? Это тут же напомнило мне все, о чем я хотела забыть.
Не похоже, что она заметила мое раздражение.
На самом деле, уверена на девяносто девять процентов, если я обойду стол, то увижу радугу из ее задницы, а вокруг — маленьких танцующих единорогов, поющих «Кумбайа».
— Можете подождать в его кабинете, — произнесла я ровным тоном.
Ее идеально ровные зубы практически сверкали, когда она развернулась и зашагала в кабинет без необходимости спрашивать дорогу.
Она была здесь раньше.
В его кабинете.
Интересно, сколько раз он наклонял ее над своим столом? Я откинулась на стуле и стала наблюдать, как она удобно устроилась в кожаном кресле и достала телефон.
Она сдвинулась и пропала из моего поля зрения, так что мне пришлось еще сильнее отклониться назад.
— Надеюсь, что-то интересное? — от голоса Лукаса мои ноги дернулись, и стул опрокинулся.
Две неловкие ситуации за один день.
Мне серьезно везет, когда дело касается Лукаса Торна.
Ох, вот и я туда же. Называю его полным именем.
Пока мои ноги болтались в воздухе, я испустила «ууф» и извернулась встать на четвереньки, прежде чем взглянула на самый совершенный образец мужчины, когда-либо проклятый Богом.
— Торн. — Я избегала его имя. Как обычно. Но схватила протянутую руку, которая помогла мне встать на шаткие ноги.
С ухмылкой он сунул мне в руки бумажный пакет и наклонился.
— Я заказал тебе еще молочный коктейль.
— Привлекший всех парней в мой двор, — пошутила я, вспоминая слова песни.
— Забавно, тогда уж на улицу, раз твой двор заперт…
Я сглотнула.
— Челси милая.
Его улыбка стала шире, и он отошел на шаг.
— Да, да, именно так.
— Она в твоем кабинете. В кресле. Пишет сообщение Барни.
— Что?
— Она такая жгучая, но немного шумная.
— Ты бы тоже такой была, если бы я собирался сорвать одежду с твоего тела.