Баффер
Шрифт:
В обмен на голову получил от заулыбавшегося старика две банки меда, светлого, плотного, и рассказал, где лежат останки, чтобы позже сходили и прикопали, а то мало ли что. Старик закивал, узнав место по описаниям, долго благодарил. Когда я отходил, снова накинув невидимость, он уже тащил шест, на который и насадил голову зверя. Может, перед домом хотел поставить? Перед своим или перед тем, где игрун жил?
Восемнадцать минут ожидания в овраге, на подогретой солнцем валежине, врата – колодец.
Илья дернулся навстречу, но усидел,
– Давай, Илья, сделаем медовых коврижек? Умеешь? Я вот никогда в печи не пробовал, интересно, вычитал рецепт, как пекли наши деды… мои деды, твои прадеды, значит. Мука у нас осталась, помнится.
Пацан заметался, потом кинулся к «Домоводству», раскрыл, быстро нашел описание рецепта. Умнеет молодежь, я бы начал спрашивать, а он сразу к первоисточнику.
– Михалыч, а почему ты мед так… положил?
– Ну как тебе сказать, Илья… магов-то не все любят. – Я посмотрел на газету, где лежал мед, который я соскреб с верха банок. Хороший мед, плотный. Не мешали его, стараясь укрыть насыпанное. – Вот старик за то время, что я в лесу оборотня искал, мог что-то подсыпать.
– Старик? Оборотень? – Пацан морщился, пытаясь понять, о чем речь.
Я рассказал о том, что видел в вылазке, как нашел игруна, чем заплатили. А под конец поделился сомнениями:
– Сам понимаешь, что у старика к магам после таких событий доверия мало. Что он в мед мог бросить? Стекла толченого? Крысиной отравы? Я ж не кинусь жрать сразу, домой унесу, а там и помру. Вот и обезопасил нас, как мог. Выкинь это, а остальное съедим.
Илья сбегал в сени к мусорному ведру, вернулся задумавшись и высказал то, чего я и ждал:
– Но он мог держать у себя в доме специально мед для таких ненужных гостей?
– Мог. Но я хоть и параноик немножко, а все-таки в людей верю. В смысле в их жадность – он бы тогда банку поменьше взял.
Мед я, конечно, проверил «опознанием», пока сидел, ждал в овражке, но рассказывать об этом Илье не стал. Пусть наглядно увидит, как я поступаю при подозрении, запомнит, на себя примерит, шаблон поведения составит. Надо ж воспитывать мага? А то убьют еще.
– Жаль, Михалыч, что я не могу с вами прыгать.
Я серьезно кивнул:
– Это да. Конечно, вдвоем поначалу чуть опаснее, учить тебя пришлось бы, но когда-то надо же начинать? У тебя задатки неплохого мага поддержки.
– Дамагера?
– Во-во. Подхватил бы тварь замершую, я бы поближе подошел и патронов столько не пожег. Сплошной расход – восемнадцать штук за две банки меда? Разорение!
– Мед ценный, за него и автоматных столько можно получить, даже больше, – солидно возразил мальчик.
– Это да, но ведь еще и время мое, риск… не, все же я немного продешевил. Но не всегда надо за наживой гнаться, так?
– Так. Компенсация хорошая, и репутация поднялась. – Иногда парня бросало в крайности, вот как сейчас. Ничего, пусть хотя бы изображает
– Вот когда пойду куда-то вратами, если будет возможность – возьму с собой. Только учти, что это будет боевой поход, так что никаких отступлений от задуманного. Что скажу, делать сразу и в точности!
Он кивнул, по-взрослому не тратя слов.
– Михалыч, а как вы прыгаете? Это надо… – он сделал жест рукой. – Прицеливаться?
– Нет. Это заклинание бросает в любое случайно выбранное место игровой зоны.
– А что может быть зоной?
– В корень зришь, молодец. Зону определять надо наугад. – Конечно, я не обо всех своих способностях говорил, о команде «где я», постепенно становящейся моим основным козырем, умолчал, и предполагал, что и Илья не все мне рассказал. – Вот, к примеру, если прыгать с поля, где чернозем, то попадаешь по центральной полосе России.
Быстро пересказав результаты своих «выборных» прыжков, я заставил парня задуматься.
– Вот как бы ты прыгнул за границу, к морю куда-нибудь?
– В турагентство пошел бы. Папа говорил, что первый шаг – это выбор маршрута. Получается, что это как бы вход в инст, оттуда портует к боссам… ну или вообще в зону. Так?
Я даже перестал помешивать разведенный в кастрюле мед. Вытащил ложку, облизал.
Устами младенца, как говорится.
– Илья. Эту идею стоит проверить. Давай, пока печем, обдумай ее, ничего не говоря, а потом сравним наши рассуждения.
А я успокоюсь и перестану удивляться тому, как легко мальчишка решил задачу, над которой я раздумывал уже не первый месяц.
25
– Все понял? Сидишь дома, если я не появлюсь через трое суток, идешь в деревню, к Ивану Степановичу, я рассказывал. И говоришь…
– Что до лета я проживу с ним. Если вы не появитесь летом, то дальше жить самому.
– Да. А все, что в доме, будет твоим. Еще – когда я поставлю портал и войду в него, попробуй записать все на камеру. Если не запишет, тщательно смотри внутрь, только не приближайся, даже руки не тяни!
– Михалыч, ну я понял все! – Илья чуточку обиделся, судя по тону.
– Извини, волнуюсь.
Идея, конечно, попахивала легким бредом, но ровно в той же степени, что и происходящее вокруг уже полгода. Пройти во врата в нашу библиотеку и из турагентства попробовать прыгнуть, рассчитывая на то, что там начинается путь в дальние страны.
Как бы меня не занесло в суд или ментовку, бывали в том агентстве скандалы, и не раз. Что-то они кому-то недоплачивали, кого-то не туда отправляли, дело темное и давнее, может, это потому, что они только начинали. Попытался вспомнить, куда там путешествовать отправляют, так не смог, бумажки висели на окне, это помню, а вот куда? Точно была фотка пляжа с пальмами и какие-то горы. Лучше бы пляж, но и с гор попрыгать я не против.