Багровый берег
Шрифт:
Констанс пожала плечами.
— Надеюсь, ты насладишься отпуском.
— Я не сомневаюсь, что для нас это будет самый замечательный отпуск.
— Нас? Ты хочешь, чтобы я поехала с тобой? — она почувствовала, как ее лицо постепенно охватывает жар.
— Разумеется. Я думаю, что ты вполне готова к подобному отпуску, вдали от нашего привычного окружения. Более того, я даже настаиваю. Тебе нужен отдых, как и мне - и еще я бы ухватился за любую возможность хотя бы ненадолго сбежать от всех этих писем администрации Ботанического сада, а ты?
2
Констанс
В воздухе этого городка витал слабый дух некоторой запущенности, который лишь добавлял ему очарования. Это было типичное приморское поселение с белокаменными домами, чайками, кружившими над головой, неровными кирпичными тротуарами и множеством местных магазинчиков. Пендергаст и Констанс миновали заправочную станцию, несколько старых витрин с зеркальными окнами, столовую, похоронное бюро, кинотеатр, превращенный в книжный магазин, и особняк морского капитана, жившего в конце XVIII века, с огражденной террасой на крыше. Дорожный знак гласил, что в этом здании располагается Историческое Сообщество и Музей Эксмута.
Несколько горожан, прогуливающихся по тротуарам, остановились и уставились на вновь прибывших, пока те проезжали мимо. Констанс удивилась собственному любопытству. Хотя она никогда не признавалась в этом, она знала, что, несмотря на все время, проводимое ею за чтением, она так мало видела в мире, что чувствовала себя Марко Поло на своей родной земле.
— Заметила кого-нибудь, кто мог бы быть потенциальным винным преступником? — спросил Пендергаст.
— Вон тот пожилой джентльмен в куртке из мадраса с фиолетовым галстуком-бабочкой выглядит подозрительно.
Пендергаст замедлился и небрежно подкатил «родстер» к тротуару.
— Мы останавливаемся?
— У нас в запасе есть немного времени. Нам следует попробовать то, что, насколько я знаю, является местным деликатесом: ролл с лобстером, — когда они вышли, мужчина в куртке из мадраса кивнул, улыбнулся и продолжил свой путь.
— Определенно, подозрительный, — пробормотала Констанс.
— Он заслуживает тюремного заключения хотя бы за этот галстук-бабочку.
Они прошли по тротуару и свернули в переулок, ведущий к набережной. В устье приливных болот показалось столпотворение рыболовных лачуг, стоящих вперемешку с магазинами и ресторанами, а ряд пирсов мирно уходил в бухту. Вдали, поверх покачивающихся морских растений Констанс разглядела яркую и ровную линию океана. Смогла бы она жить в таком городе? Определенно, нет. Но, тем не менее, этот городок
Рядом с торговым пирсом стояла лачуга, где продавали морепродукты, ее предваряла вывеска ручной работы, на которой были изображены лобстер и моллюск, танцующие неподалеку от веселой компании мидий, играющих на музыкальных инструментах.
— Два ролла с лобстером, пожалуйста, — сказал Пендергаст, как только они приблизились к хижине.
Заказ подали довольно быстро, и взору вновь прибывших предстали массивные куски лобстера в сливочном соусе, завернутые в промасленную горячую лепешку. Сок вперемешку с соусом щедро выливался в специальные картонные поддоны.
— Как его есть? — спросила Констанс, глядя на свое блюдо.
— Я в недоумении.
Двухцветная полицейская машина притормозила у соседней стоянки и развернулась. Затем остановилась, и водитель — крупный мужчина с капитанскими полосками на плече — на мгновение взглянув на вновь прибывших, улыбнулся и вновь сконцентрировался на своих делах.
— Шеф полиции собственной персоной, — заметил Пендергаст, бросая свой несъеденный рол с лобстером в мусорную корзину.
— Кажется, его что-то позабавило.
— Да, и я уверен, что мы скоро узнаем, что именно.
Когда они вернулись на главную улицу, Констанс увидела, что на ветровом стекле «Порше» развевается талон. Пендергаст вытащил его из-под щетки стеклоочистителя и прочел.
— Кажется, я занял два парковочных места. Какое упущение.
Констанс заметила, что Пендергаст действительно припарковал машину на двух разграниченных местах.
— Но на всей улице почти нет других припаркованных автомобилей.
— Закон все равно нужно соблюдать.
Пендергаст сложил талон, спрятал его в карман своего костюма, и они сели в машину. Он запустил двигатель и выехал обратно на главную улицу. Через мгновение они снова мчались через город и оказались на другой его стороне, где магазины уступили место скромным домам с черепичными крышами. Дорога проходила через травянистые луга, окаймленные вековыми дубами, а затем выходила на возвышение с видом на Атлантический океан. Впереди, у самого утеса Констанс увидела маяк Эксмута — их конечное место назначения. Он был выкрашен в цвет слоновой кости с черным верхом, выделявшимся на фоне голубого неба. Рядом располагалась резиденция смотрителя, строгая, как на картинах Эндрю Уайета [4] .
4
Эндрю Ньюэлл Уайет — американский художник-реалист. Один из известнейших представителей изобразительного искусства США XX века.
Когда они приблизились, Констанс разглядела также, что лужайку на краю утеса усеивают грубые гранитные скульптуры с полированными, несколько зловещими чертами: лица, бюсты, целые тела, мифические морские существа. Это было поразительное место для скульптурного сада.
Пендергаст остановил «родстер» на гравийной дорожке у самого подъезда к бывшему дому смотрителя. Когда они вышли из машины, Персиваль Лейк появился в дверях и направился навстречу.
— Добро пожаловать! Господи, надо отдать вам должное, вы путешествуете весьма стильно! Это 55-й «Спайдер-550», если я не ошибаюсь, — воскликнул он, спустившись по ступенькам.