Баламут
Шрифт:
К сожалению, в этот момент рейдер, «державший» юго-восток, в панике выкрикнул слово «Могуй[1]», и все китайцы, оставшиеся в живых, бросились врассыпную. Что расстроило, но не нисколько удивило, ибо я не раз колол рейдеров из подобных групп и знал, что, согласно слухам, распространяемым в их среде, «красноглазый демон, охотящийся за охотниками», то есть, я, забирает с собой души бойцов, вступающих с ним в бой или пытающихся добить «обрубки». А тем, кто сразу убегает, дает один-единственный шанс изменить жизнь.
Гоняться за этой троицей по всей Багряной Зоне, забыв про «туристов», было
[1] Могуй ??или могвай ?? — демоны, причиняющие вред людям. При этом термин «Мо» (магия) происходит от санскритского «Мара», что означает «смерть» или «разрушение». В общем, прозвище со смыслом.
Глава 6
18 июня 2112 г.
…К полосе отчуждения я вышел за пару часов до заката в абсолютно невменяемом состоянии. Когда именно ублюдочный княжич успел набрать и отправить сообщение родичам, каюсь, не заметил. Впрочем, за последние часа четыре он столько раз падал от моих пинков и зуботычин, что при желании мог написать сочинение на свободную тему листов, эдак, на сорок-пятьдесят. В результате требование сдать оружие и не сопротивляться аресту, озвученное взмыленным начальником гарнизона, встретившего меня на Стене в компании со всем комендантским взводом, стало для меня сюрпризом. Правда, сдавать ножи, даже обычные, я и не подумал — дождался, пока «Удочка» поднимет на боевой ход Горчакова, ударом в печень сложил его пополам и приказал:
— Этого — в камеру. До приезда с начальником полиции.
Большое Начальство сорвалось на визг:
— Я приказал вам сдать оружие!!!
Я не обратил внимания и на этот вопль — огляделся по сторонам, не обнаружил «обрубок», который отправил из-под Стены «первым темпом», нашел взглядом начкара и вопросительно мотнул головой:
— Унесли?
— Да. Будет у целителей через минуту.
— Спасибо! — устало выдохнул я, вытащил из перстня коммуникатор, набрал ротмистра Тверитинова и, забив на вежество, попросил личный номер Довголевского.
В этот момент меня попробовали схватить, но я почти без участия разума поднырнул под широко расставленные руки знакомого унтера, кстати, явно не горевшего желанием со мной конфликтовать, просочился между остальными вояками, неторопливо пошел вниз по лестнице, ведущей во внутренний двор, и набрал начальника полиции. А когда услышал его голос, угрюмо заговорил:
— Здравствуйте, Аристарх Иннокентьевич. Это Бала-… то есть, Ратибор Игоревич Елисеев. Скажите, пожалуйста, у вас есть толковые следователи с опытом работы в Багряной Зоне?
— Здравствуйте, Ратибор Игоревич! — как-то очень уж безрадостно начал он, но, врубившись в смысл моего вопроса, заметно повеселел: — Есть, и даже не один. Сейчас
— Нет. Но меня только что попытались арестовать.
— И??? — напрягся он.
— Сначала не получилось. А сейчас начальник гарнизона прислушивается к моим репликам и ждет вашей реакции.
— Включите, пожалуйста, внешний динамик! — попросил он, выждал пару секунд и перешел на рык:
— Евгеньич, ты что, идиот?! Какой, к этой самой матери, арест?!
— Мне приказали с самого верха! — взвыл вояка и взбесил полицмейстера еще сильнее:
— Мне тоже приказали! Такие же дауны, как твое начальство! А я послал их куда подальше и заявил, что знаю этого засечника, абсолютно уверен в том, что он в принципе не способен на преступление, да еще и подпадающее под категорию «Дело Государево», поэтому сначала разберусь со всем на месте, а действовать буду потом!!!
— Да, но ты…
— Все, заткнись, ты меня бесишь своей бесхребетностью! — в последний раз рявкнул Довголевский и обратился ко мне: — Ратибор Игоревич, я уже вижу ворота форта. Где вас искать?
— Иду к от «Удочки» к ДОС-ам… — сообщил я, выслушал обещание подобрать, сбросил звонок, заметил невдалеке Баклана и серией жестов подозвал его к себе. А когда ведомый командира основной рейдовой группы «Девятки» приблизился, перешел на командно-штабной: — Передай Якорю, чтобы поднимал оба состава. Одного бойца — к моему ДОС-у. Выход в течение трех-пяти часов. Ориентировочно на двое суток. Задача — сопровождение «туристов» с мохнатыми спинами. Все, выполняй!
Мужика лет сорока с гаком, имеющего за плечами две полные «десятки» и сотни выходов за Стену, как ветром сдуло. А я, проводив его взглядом, снова впал в тягостное забытье и пребывал в нем до тех пор, пока передо мной не затормозила бронированная «Онега».
Сообразить, откуда на базе взялся внедорожник представительского класса, удалось далеко не сразу, но после того, как меня посетило прозрение, я подошел к правой задней пассажирской двери, потянул ее на себя, забрался в салон и впал в ступор, не увидев перед собой Довголевского. Потом услышал голос «водителя» и вник в то, что он сказал:
— Залезай на переднее: сегодня суббота, я отпустил водителя в Нерчинск по каким-то семейным делам, а тут звонок из Великого Новгорода.
Я механически захлопнул массивную створку, дернул на себя соседнюю, зачем-то активировал волчий скок и рывком оказался на сидении. Потом откинулся на спинку, начавшую подстраиваться под мои анатомические особенности, потянул за ручку, вытянул ноги, закрыл глаза и начал излагать суть происходящего:
— Пятнадцатого согласился сводить на «экскурсию» группу «туристов» из пяти человек — княжича Павла Алексеевича Горчакова, его супруги, друга и двух телохранителей. Уговорить первого взять с собой двух-трех рейдеров из основного состава не получилось — он жаждал подвига. Но я настоял на участии в этом походе Татьяны Ивановны Смирновой, объяснив, что Марине Владимировне Горчаковой, единственной женщине в группе, нужна опытная напарница…