Шрифт:
БАЛЬЗАМ ДЛЯ ДАМ
Марина никогда раньше этогоне делала. Даже в свои женские фантазии она не впускала это, считая очень низким, недостойным, унизительным и очень оскорбительным действием, откровенно удивляясь и осуждая женщин, которые могли делать это.И уж совсем не понимала тех, которые находили в этомкакое либо удовольствие, а тем более наслаждение.
Но это было раньше. Сейчас же нужно было, наконец, собраться с духом и с чего-то начать.
С этой целью Марина притащила кипу газет, забралась с ногами на диван и начала листать их очень внимательно, явно стараясь найти что-то очень важное для себя. Некоторые места она помечала маркером и откладывала эти листы отдельно. Через некоторое время, заново просмотрев отобранное, Марина решила, что, пожалуй, хватит, два раза глубоко вздохнула и зажмурилась. Она никак не могла решиться на это. Чтобы придать себе храбрости, открыла бар, плеснула в стакан немного виски и выпила, даже не сморщившись как обычно. Алкоголь слегка прояснил мысли, которые скакали, как сумасшедшие, и чуточку успокоилась. Наконец набравшись смелости, она придвинула к себе телефон и набрала первый попавшийся из собственноручно отмеченных ею номер.
– Алло, здравствуйте, я по объявлению, - произнесла Марина и залилась ярким румянцем, услышав в ответ приятный мужской голос.
– Я Вас внимательно слушаю.
– Мне нужно... Я хочу...
– она никак не могла произнести то, для чего позвонила и ужасно от этого мучилась.
– Ну, то есть, мне нужен мужчина сегодня вечером, - сбиваясь, выпалила она и испуганно замолчала, поняв только сейчас, какую глупость совершила. Марина уже хотела бросить трубку, но спокойный голос на другом конце провода удержал ее руку, и она услышала:
– Не волнуйтесь, пожалуйста. Каждой женщине необходимо мужское общество, и каждому мужчине женское. В этом нет ничего неприличного. Просто иногда случается так, что нет никого рядом, ведь так?
– мужчина говорил неторопливо, мягко и очень располагал низкими бархатными модуляциями.
– Если пожелаете, Ваш вечер будет скрашен приятным мужским присутствием и даю гарантию - не пожалеете.
Он был так убедителен в своей речи, что к концу разговора Марина уже была абсолютно уверена в себе и в том, что никогда в жизни не предпринимала ничего более правильного, чем в эти минуты.
Положив трубку, она откинулась на мягкую спинку дивана, потянулась, заложив руки за голову, и, улыбнувшись своим мыслям, скрылась в спальне, чтобы привести себя в порядок и подготовиться к волнующей встрече, до которой оставался целый час.
К тому времени, когда часы показывали без трех минут восемь, Марина была в полной боевой готовности и абсолютно спокойна. Все ее сомнения по поводу необходимости предстоящего события рассеялись без остатка и вселили твердую уверенность в ее душу, когда она разглядывала себя в зеркале. Вырядившись в шелковое белье цвета «бургунди», прикрытое совершенно прозрачным пеньюаром с легкомысленными оборочками, она придала своему маленькому росту еще десять сантиметров с помощью изящных туфелек на шпильках. Глоток виски зажег огоньки в серых глазах, а высокая прическа, сооруженная умелыми руками, намеренно выпустившими несколько беспорядочных прядей вокруг лица, открыла красивую как у балерины шею. Она не выглядела на свои годы. Это было не только ее мнение, но и окружающих, которые
Сердце чуть не выскочило из груди от неожиданности, когда в прихожей раздался резкий звонок. От спокойствия и уверенности не осталось и следа, а чувство страха заполнило всю ее без остатка. Посетитель настойчиво напомнил о себе еще раз. Марина на цыпочках подкралась к двери и заглянула в глазок. " Ну, надо же, опять лампочку разбили ",- с досадой подумала она, напрягая зрение и ругая темный коридор. После третьего звонка замок входной двери квартиры Марины Васильевны Гончаровой громко щелкнул и впустил в неярко освещенную прихожую вечернего гостя.
Перед ней стоял, занимая весь дверной проем, настоящий Аполлон. Зрелище было настолько потрясающим, что Марина не смогла выдавить ни слова, а только молча откровенно разглядывала вошедшего. Затянутый в голубые джинсы, в белой рубашке из тонкого хлопка на широких плечах этот парень был просто «супер!». Средиземноморский загар красивого мужского лица с широкими скулами выделял до неприличия синие глаза, которые смотрели на Марину внимательно и очень по-мужски, мгновенно оценивая ее как женщину. Откинув рукой с высокого лба длинную прядь темно-русых волос, бог мужской красоты ослепительно улыбнулся (от чего Марина чуть не упала в обморок) и произнес:
– Добрый вечер! Могу я войти?
– Д-Да, конечно. Проходите, пожалуйста, - вышла из оцепенения она и жестом пригласила гостя войти, - только можно Вас попросить снять обувь? Я дам тапочки.
Марина чувствовала себя очень неловко и неуютно. В ней снова проснулось ощущение стыда и непристойности происходящего. Она не знала, как нужно вести себя в подобной ситуации и почти физически была закована в какие-то тиски, сжимающие ее тело и разум. Она нервно теребила край одежды и поглядывала на часы. Мужчина же, напротив, был абсолютно спокоен, привыкнув ничему не удивляться, и, видя состояние хозяйки, чтобы хоть как-то разрядить обстановку, спросил:
– Я опоздал или Вы кого-нибудь ждете?
– Да, то есть, нет, Вы как раз вовремя, - замотала головой Марина, - ванная направо, а спальня налево, - и добавила, - Пожалуйста, поскорее.
Скинув невесомый халатик, она села на кровать и подумала, глядя в спину супермэну: « Он, наверное, сочтет меня как минимум странной и как максимум сумасшедшей. А вообще-то, он и не таких, как я, встречал наверняка». От мыслей ее оторвал звонок в прихожей, она вздрогнула и прошептала:
– Ну, наконец-то!
Испытывая ожидание того, кто был за дверью, Марина подождала еще пару минут и громко спросила:
– Кто там?
Этот вопрос был, разумеется, лишним, потому что она прекрасно знала, кто стоит за дверью и настойчиво жмет на кнопку звонка. Потому что все то, что она затеяла в этот вечер, было именно ради него. Вернее, ему назло.
Потому что сегодня утром ее бросил Аркадий.
Как ни в чем ни бывало, допивая свой дымящийся кофе и брякая ложечкой о стенки чашки, помешивая сахар, он объявил ей: