Банда 2
Шрифт:
На площадке стояли мужчина и женщина. Когда лифт подошел, Андрей невозмутимо отвел рукой мужчину в сторону, вошел в кабину и захлопнул за собой дверь. Мужчина от такой наглости онемел, вопросительно посмотрел на женщину — ты, мол, понимаешь что-нибудь?
— Ни фига себе, — пробормотала она рассеянно. — И такое, оказывается, уже бывает.
На девятом этаже Андреи вышел из лиф га, оставив дверь открытой. Подошел к квартире Вики и удовлетворенно кивнул, увидев, что замок взломан. Толкнул дверь — она со скрипом подалась. Медленно, стараясь ступать бесшумно, вошел в квартиру. Ни единого шороха он не услышал,
— Так, — это было единственное слово, которое произнес Андрей. Бросив от дверей внимательный взгляд на квартиру, он вышел и притворил за собой дверь, из которой торчали вывороченные внутренности замка. Дверь в лифт все еще была раскрыта и снизу доносились гулкие удары. Внизу все еще стояли мужчина и женщина. — Извините, — сказал Андрей. — Иначе было нельзя.
Через семь минут он шел по коридору прокуратуры. Кабинет Пафнутьева был заперт. Он постучал, зная привычку хозяина иногда запираться. Никто не ответил. Пафнутьева в кабинете не было, это ясно.
— На совещании у областного прокурора, — пояснила секретарша. — Будет часа через два. Если вообще будет, — она взглянула на часы. — Скорее всего, сразу домой поедет.
— Его можно позвать к телефону?
— С совещания? — удивилась секретарша. — Вряд ли, не принято.
— А если попробовать?
— Лучше поехать туда... Из приемной и вызовете.
— А если произошло что-то чрезвычайное?
— Он узнает об этом не от меня, — улыбнулась девушка.
— Тогда от меня, — проворчал Андрей себе под нос уже в коридоре.
Снова мокрая дорога, лужи, скорость. В приемной областного прокурора он не застал ни единой души. Зная, что совещания не бывают короткими, секретари ша ушла. Андрея охватило состояние, которое бывало у него очень редко — он почувствовал, что нет сил, приличий, обстоятельств, которые могли бы его остановить. Он сделает то, что требуется в данный момент.
Подойдя к обитой черным дерматином двери, он открыл ее, вошел в тамбур, толкнул следующую дверь и шагнул на алую ковровую дорожку, которая вела к столу прокурора Невродова. В кабинете было полно людей. При его появлении все смолкли и повернулись к Андрею, ожидая, что он скажет. Где-то среди всего этого обилия лиц он увидел и физиономию Пафнутьева, совершенно невозмутимую.
— Что, Андрюша? — Пафнутьев сам пришел ему на помощь.
— Простите... Павел Николаевич... Я должен сообщить вам нечто важное.
— Говорите всем, — просипел Невродов, — Вы все здесь любопытные.
— Павел Николаевич, — повторил Андрей.
Невродов развел руками, Пафнутьев поднялся и вслед за Андреем вышел в приемную.
— Вика пропала, — сказал Андрей. — Телефон молчит, квартира взломана, все в беспорядке...
Пафнутьев некоторое время молча смотрел на Андрея, потом опустился на первый попавшийся стул, рядом присел Андрея, — Ты сам
— Я только что от нее... Вернее, из ее квартиры.
— И ни милочки, ни записочки?
— Замок вывернут и болтается на одном шурупе.
— Так серьезные люди не работают... Если дверь взломана так бездарно, то...
— То что? — не выдержал Андрей.
— В этом видится нечто обнадеживающее.
— А мне ничего хорошего в этом не видится!
— Она звонила мне час назад. Мы нормально поговорили. У нее все было в порядке.
— А мне она не звонила! — Андрей если и не сорвался, то был совсем близок к этому.
— Значит, не заслужил, — рассудительно заметил Пафнутьев.
— Как быть?
— Она собиралась в общежитие... К однокурсникам... Может быть, стоит заглянуть?
— Павел Николаевич! — заорал Андрей уже не сдерживаясь. — У нее взломана дверь. Там следы схватки. Кто-то в ботинках топтался по кровати! А вы говорите о каких-то однокурсниках!
Пафнутьев помолчал, глядя в пол и, словно приняв для себя решение, произнес негромко:
— Значит так... Я должен вернуться на совещание.
— Какое совещание?! Павел Николаевич!
— Андрей, — Пафнутьев положил ему руку на плечо. — Слушай меня внимательно... Сейчас я вернусь на совещание. Долго там не задержусь. Команду о квартире дам. Сам подъеду. Через десять минут там будет опергруппа. То есть, работа начнется немедленно. Тебе лучше дождаться меня здесь.
Андрей смотрел на Пафнутьева с удивлением, словно не понимая даже, что он говорит. И когда дверь за Пафнутьевым закрылась, продолжал сидеть в полной растерянности — он не ожидал, что Пафнутьев отнесется к его сообщению так спокойно. Андрей порывисто встал и вышел из приемной. Уже сидя в кабинете Пафнутьев услышал, как взревел мотоцикл но дворе прокуратуры. И удовлетворенно кивнул — все так и должно быть. Нечто похожее уже происходило с Андреем в прошлом году. Похоже, что и сейчас результат будет тот же. Да, Пафнутьев знал — результат для Андрея будет тот же. Хорошо это или плохо, печально или не очень...
— Что там? — спросил Невродов шепотом.
— Человек пропал.
— Кто?
— Женщина. Молодая, красивая женщина.
— С ними это случается, — пробормотал Невродов.
— Со всеми такое случается, — чуть слышно ответил Пафнутьев не то Невродову, не то на собственные невнятные мысли. — То с тем, то с другим... А если с кем не случалось, то обязательно случится...
Не сегодня, так завтра, — продолжал бормотать Пафнутьев, рисуя на листе бумаги квадратики, кружочки, треугольнички...
— Надо уйти? — спросил Невродов.
— Побуду немного, — ответил Пафнутьев, не отрываясь от бумаги.
— А то смотри... Ничего нового ты уже не услышишь... А там, глядишь, и... — Невродов умолк.
— Я уже там, — ответил Пафнутьев.
В город Андрей вернулся поздним вечером, объехав три базы отдыха университета. Вики нигде не было и никто не знал, где она может быть. После того, как цены на бензин подскочили в сотни раз, на дорогах стало свободнее, почти пустынно, и Андрей без помех сделал чуть ли не полтысячи километров. По городу, по тихим ночным улицам он ехал, уже соблюдая все правила движения, даже те, которыми мог бы и пренебречь.