Банда 2

Пронин Виктор Алексеевич

— Почему чужой? — спросил Овсов. — Ничуть. Программу ты выбираешь сам.

— Я имел в виду не чуждость, а новизну... Оживленный мертвец с вложенной в него новой программой жизни. Так будет точнее.

— Пожалуй, — согласился Пафнутьев, присаживаясь на белую табуретку.

— Мне кажется, у вас есть новости? — спросил Зомби у Пафнутьева. — Поделитесь.

— О каких новостях вы хотите услышать?

— Несколько дней назад вы взяли у меня портрет красивой женщины... У меня такое ощущение, что вы уже знаете как ее

зовут, где живет, чем занимается...

— Почему вы так решили? — Пафнутьев был озадачен проницательностью этого человека, который дальше больничного парка никуда не выходил, ни с кем, кроме Овсова не общался и ничего, включая собственное имя, не помнил из прежней жизни.

— Да ладно вам, Павел Николаевич, — Зомби легко махнул рукой. — Вы видите эту гору газет? Это не наводит вас ни на какие мысли? Я понял ваш прием, видел портрет той женщины на первой полосе...

— Где вы его видели?

— На первой полосе... Объясните, пожалуйста, я не понимаю смысл ваших вопросов.

— Вы не сказали, что видели портрет на первой странице, вы не сказали, что видели женщину просто в газете... Вы сказали, что видели на первой полосе. Это профессиональный термин — полоса. У вас нет ощущения, что вы когда-то имели отношение к газете?

— Такой уверенности у меня нет, — медленно проговорил Зомби, окидывая взглядом пол, устланный газетами, — но нет и жесткого отрицания... Другими словами, ваше предположение не кажется мне диким.

— И за это спасибо.

— Ваш прием — блестящий. Опубликовать снимок с заведомо чужой подписью... Я до этого не додумался, Наверняка кто-то позвонит в редакцию и упрекнет газетчиков в неточности... Я правильно понимаю ваш замысел?

— Ее фамилия — Цыбизова. Изольда Федоровна Цыбизова, — Пафнутьев неотрывно смотрел в глаза Зомби. Но нет, ничего в них не появилось, ничего в этих внимательных, напряженно уставившихся на него глазах Пафнутьев не прочитал.

— Изольда Цыбизова, — Зомби обессиленно откинулся на подушку. — Золя Цыбизова... — лицо его оставалось совершенно бесстрастным. То ли он прекрасно владел собой, то ли действительно не помнил этого имени.

— Глухо? — спросил Пафнутьев.

— Знаете, как иногда бывает... Услышишь имя, фамилию и они сразу кажутся несовместимыми, чуждыми друг другу... В одной из этих газет, — Зомби кивнул в сторону подоконника, заваленного прочитанными газетами, — я наткнулся на человека по имени Арчибальд Васяткин. Или Васюткин. Не помню. Но сочетание незабываемое, правда? Вроде Даздрапермы Ивановны.

— И что из этого следует? — спросил Овсов.

— Изольда Цыбизова... Имя и фамилия не показались мне несовместимыми, случайными... У меня такое ощущение, что за ними стоит живой, реальный человек.

— Стоит, — мрачно кивнул Пафнутьев. — Страховой агент.

— Да? — ив глазах Зомби промелькнуло что-то осмысленное, но тут же выражение узнавания сменилось напряженным, а потом

и беспомощным выражением. — Нет, не могу... И что же она страхует?

— Все, что под руку подвернется — людей, детей, дома, машины...

— И машины? — спросил Зомби. И этот его вопрос больше всего порадовал Пафнутьева за весь этот тягостный и затянувшийся разговор.

— А почему вас заинтересовало именно то, что Цыбизова страхует машины?

— Понятия не имею, — улыбнулся Зомби простодушно. — Выскочило почему-то...

— Может быть, вы хотите еще что-нибудь уточнить? — вкрадчиво спросил Пафнутьев.

— Еще? — Зомби задумался. — Она страхует любые марки машин? И наши, и иностранные?

— А разве это имеет какое-нибудь значение?

— Не знаю, — на этот раз потупил глаза Зомби. — Но мне кажется должна быть какая-то разница... Здесь что-то должно таиться... Скажите, она страхует машину вместе с водителем? Или по отдельности? Только не спрашивайте, почему этот вопрос пришел ,мне в голову. Я не смогу ответить. Просто вспомнил собственную историю... Я ведь должен был сгореть вместе с машиной... Но не сгорел. Хотя в каком-то смысле с лица земли исчез.

— Появишься, — заверил его Овсов. — Не сомневайся.

— Я был на своей машине? — спросил Зомби.

— Смотря что иметь в виду, — уклончиво ответил Пафнутьев.

— Она была застрахована?

— Да.

— Цыбизовой?

— Да, — ответил Пафнутьев, неотрывно глядя на Зомби. Он вынужден был отметить, что вопросы тот задавал точные. С каждым вопросом что-то открывалось, появлялись новые соображения. — Машина, на которой вы попали в аварию... Была угнана два года назад.

— По документам?

— Документы сгорели вместе с машиной. Известно одно — машина угнана, ее законный владелец получил страховку, которую оформила Цыбизова. Два года назад.

Заскучавший Овсов решил вмешаться в разговор.

— Я слышал, что в Англии, какой-то актер застраховал за миллион долларов щелочку между своими передними зубами. Улыбка у него с этой щелочкой получалась своеобразной, привлекала женщин... Из-за этой щелочки его и приглашали сниматься в фильмах... Щелочка его и кормила. Впрочем, щелочки нынче многих кормят.

— Надо же, — сказал Зомби без улыбки. — Чего не бывает на белом свете... Цыбизова Изольда Федоровна... Вы с ней встречались? — спросил он у Пафнутьева.

— Нет. Решил сначала с вами поговорить.

— Ничего не могу сказать. Я ее не помню. Разве что.., это имя кажется мне естественным... Такое ощущение, что я к нему уже привыкал когда-то... Скажите, — Зомби помялся, глядя на Пафнутьева, — а почему бы вам не узнать мое имя, уж коли вы так блистательно справились с первой задачей...

— Блистательно? — с интересом переспросил Пафнутьев.

— Ну да! Даже с некоторым профессиональным изыском!

— Изыском? — повторил Пафнутьев.