Банда Мило

Кинг Дэнни

— Назовешь только пароль для отключения тревоги. И без самодеятельности. Попытаешься сообщить им пароль вооруженного ограбления — убьем.

Я применил тот же блеф, что сработал с охранником, и предупредил менеджера, что будем таскать его за собой, пока не сделаем дело, чтобы убедиться в его хорошем поведении. Ночной менеджер энергично закивал головой в знак того, что все уразумел.

— Алло. Да, говорит Дункан Брамбл из «Мегаэконома». Отключите, пожалуйста, сигнализацию в комнате охраны, — проговорил он в трубку. — «Саутгемптон — чемпион». Да, все верно. «Саутгемптон —

чемпион». Хорошо. Спасибо. До свидания.

Парень повесил трубку и взглянул на меня.

— Ты что, фанат «Святых»? — спросил Гуди, легонько стукнув его стволом по плечу.

— Ага. У меня абонемент, — откликнулся Дункан. — А ты?

— Слежу за их результатами в газетах, но последнее время как-то не получается посещать матчи. Не могу себе позволить, слишком дорого.

— Слушайте-ка, голубки. Надеюсь, когда вы закончите свою занимательную беседу, мы все-таки сможем взять деньги и убраться отсюда, в противном случае никто из нас больше никогда не увидит ни один матч, — вмешался я и протянул Дункану ключи.

Тот взглянул на часы, выждал несколько секунд, потом сунул ключ в замок и открыл дверцу. Сладкая волшебная тишина — самый любимый звук вора. Впрочем, не исключено, что где-то в местном отделении полиции вовсю ревели сирены. Но тут я уже ничего поделать не мог.

Мы схватили ключи от основного сейфа и потащили Дункана вниз. Еще несколько минут — и бабки наши. Еще минута — и мы свалим. А через десять пересядем в другие тачки. Все шло по плану. Я даже поверить не мог, что дело проходит настолько гладко. Теперь нас ничто не остановит. Разве что полицейская засада на дороге и вертолеты. Я всячески отгонял эти мысли. Я радовался, как радуется ребенок рождественским утром, распаковывая подарок, о котором так долго мечтал. Сто двадцать «штук» в использованных купюрах.

— Думаю, вам следует кое-что знать, — заявил Дункан, когда мы открывали дверь его офиса.

— Что еще? — спросил я.

Мне не понравился тон его голоса. Не хотел ли он сказать, что сюда уже направляется полиция? Или, может, сейф защищен лазерными лучами? Или что-то в этом роде? Оказалось, ни то, ни другое.

— В сейфе замок с таймером. Его нельзя открыть до восьми часов утра, — извиняющимся тоном произнес Дункан.

— Что? — Я перевел взгляд на сейф и увидел на нем большую желтую наклейку, подтверждающую сей факт.

Новость не сразу дошла до меня, потому как стремительный успех слишком меня обнадежил. Когда же на конец это произошло, я был просто опустошен.

Прости, сынок, рождественского деда не существует. Это был твой папа. Хочешь пирожок с изюмом?

— Мне очень жаль. Но тут ничего не поделаешь.

Мы с Гуди молча таращились на сейф, онемев от непонимания и разочарования. Наконец у меня на-шлись кое-какие слова, и, покачав головой, я поделился ими с Гуди и Дунканом.

— Поверить не могу. Черт возьми, это просто невероятно.

— И что нам делать, Ми… э-э-э… то есть мистер… как там тебя, мать твою, зовут? Что нам делать?

— Я просто ни хрена не могу поверить.

— Что делать?

— Невероятно. Мать твою, этого быть не может. Почему не может всегда быть легко? Почему у меня хоть

раз в жизни не может все пройти по маслу? Всего-то раз. Я ведь не жадный. Я всего лишь прошу один раз. Больше ничего не нужно.

Дункан сочувственно закивал и, кажется, искренне проникся моей проблемой.

— Вот ведь хрень какая… — простонал я раздраженно.

— Делать-то что будем?

— Ну, для начала отобьем башку гребаному мистеру С. Он мистер С? Выходит, мы подобрали ему подходящее имя. Он действительно скотина.

— А еще что? Что нам теперь делать?

— Хватит меня спрашивать. Не знаю я, что делать.

Я проверил время на мобильнике, чтобы лишний раз убедиться в том, что сейчас нет восьми утра. Убедился.

— Может, его можно как-нибудь взломать? — попытался Гуди.

— У тебя есть идеи, как взламывают сейфы?

— В общем, нет. Разве не нужно сбить рукоятку чем-нибудь вроде молотка?

— Не нужно. Тоже мне идея.

— А ты почему ничего не предложишь? Я думал, ты тут главный. И как же так ты не знаешь, как открыть гребаный сейф? — недовольно высказался Гуди.

— Я тоже думал. Поэтому пошел и взял гребаный ключ! — вспылил я.

— Эй, дружище, достало.

— Что вы намерены делать? — спросил Дункан, когда мы немного остыли.

— Не знаю, приятель. Мне нужно все хорошенько обдумать, — вымолвил я и следующие пять минут потратил именно на этот процесс.

Совершенно очевидно, что сегодня ночью в сейф залезть нам не удастся, как бы нас это ни злило. Я поиграл с мыслью, не забрать ли его с собой, но нам ни за что на свете не утащить такую тяжесть. Да и вряд ли фургон сможет подняться даже на небольшую горку с восьмитонным грузом в багажнике. Так что эта мысль исчерпала себя. О динамите тоже не могло быть и речи. Во-первых, у нас его не было, во-вторых, если бы и был, мы все равно не знали, как с ним обращаться. Варианты с кислотой и дрелью отпадали по той же причине. По всей видимости, нам оставалось убраться домой с пустыми руками.

Впрочем, существовала еще одна альтернатива.

Я вышел и проверил обстановку — все тихо и мирно. Вернулся и задал Дункану несколько вопросов.

— Во сколько вы утром открываетесь?

— В восемь. А что?

— Но мы ведь не можем вернуться… э-э-э… мистер… э-э-э…

— Во сколько заканчивается ночная смена?

— В семь.

— В это же время подгребают дневные работники, так? В семь?

— Да. Что ты задумал?

— Я, Дункан, задумал следующее: мы, пожалуй, не много здесь задержимся. Никто не знает, что мы тут, так что можно дождаться восьми часов, а потом забрать деньги, — объяснил я.

Гуди насторожился не меньше Дункана и спросил, здоров ли я.

— И как быть с теми придурками, что заявятся к семи часам? Что нам с ними делать?

— Затолкаем в столовую, как и остальных. Сделать это будет даже легче, чем в первый раз. Мы просто перехватим их у входа.

— А что с первой партией? Не можем мы просто так взять, да и отпустить их. Они ж сразу рванут докладывать обо всем легавым.

Все-таки какая удача, что рядом оказался Гуди и обратил на это внимание. Я ведь собирался именно так и поступить.