Бандитский террор
Шрифт:
Заодно осмотрел и окрестности. Клиника находилась за городом, к ней вела узкая разбитая асфальтовая дорога. А почти сразу от ограды начиналась тайга. Да уж – удобное место для партизанских вылазок. Понаблюдав за камерами слежения, Казак обнаружил, что установлены они грамотно: «мертвых зон» не остается.
Сергей отступил в лес, где его дожидались три человека из команды Ишмуратова. Они, как и сам Сергей, были одеты в камуфляжные костюмы. Чувствовали себя парни неуверенно. Они привыкли к другим методам решения вопросов.
– Толян,
– Все понял.
– Ну двигай.
Сам же Казак двинулся лесом вокруг территории клиники. Он не верил, что невозможно проникнуть на территорию подсобного хозяйства. Ведь пока что особого профессионализма в деятельности этих товарищей не просматривалось. А раз они любители, то просто должны оставить какую-нибудь «дырку».
Разумеется, «дырку» он нашел, когда зашел с тыла. Камеры слежения сюда не добивали! Ну, а два ряда «колючки» – это для подготовительной группы детского сада.
По счастью, погода была пасмурной и луна не мешала жить. Оставив бинокль, Сергей, пригибаясь, выбежал из леса, пересек небольшое открытое пространство. Преодолеть двухметровый забор было плевым делом. Миг – и Сергей очутился во дворе размерами примерно с половину футбольного поля. В углу располагалось нечто вроде сарая, собранного из деревянных щитов. Скорее всего, это был гараж. А! В центре двора находилась полоса препятствий. Да и вообще, судя по сильно вытоптанной земле, здешние «психи» вели весьма активный образ жизни.
Но если есть гараж, то должны быть ворота. Потому что к клинике вела всего одна дорога. Пробравшись к той части забора, которая тянулась вдоль тыла здания, Сергей действительно обнаружил ворота и даже калитку. Осторожно потянул ее, и она отворилась! Вот это было уже откровенное везенье.
Теперь он находился на территории клиники. Эта ее часть была видна из-за ограды, поэтому тут тоже, как и с фасада, царило показное благолепие – посыпанные песком дорожки, сколоченные из бревен скамейки. Дверь в здание, понятное дело, была заперта. Но зато над ней имелся бетонный козырек.
Дальше оставалось всего ничего – подтянуться, влезть на козырек, а потом перебраться на балкон. Еще пробираясь к дому, он обратил внимание, что на втором этаже одно окно светилось.
Стоя на балконе, Сергей услышал доносившиеся из помещения нетрезвые голоса. Он пошел на риск – заглянул в окно. К счастью, то ли штор тут не признавали, то ли просто забыли их закрыть. Смотрел он лишь секунду, но вполне успел оценить увиденное.
За столом, уставленным бутылками и всем прочим, что необходимо для пьянки, сидели трое. Один из них был Жуковым, чему Сергей нисколько не удивился. А где ему еще быть? Напротив Жукова сидел худощавый человек интеллигентного вида в очках. Казак почти не сомневался, что именно этот тип изображает здесь главного врача. Уж больно вид у него был соответствующий. Третьим был плечистый тип с квадратным лицом. Он сидел набычившись,
Сергей прижался к стене, решил послушать. И правильно сделал. Судя по интонациям, спорили уже давно и потому устали. Так бывает, когда спиртное циркулирует в крови, а мысли крутятся вокруг одного и того же.
– И все же, Жуков, на кой черт переть на рожон? У нас ведь были другие планы. Не проще ли отсидеться?
– Какие, блин, планы? Вы не смогли столкнуть их лбами! И что теперь? Поймите, они рано или поздно нас вычислят. Альтернатива – сматывать удочки. Но кому вы нужны, если все провалите?
– Но…
– Никаких «но»! Нестеров все организует. Дело ваших людей – чисто техническое. Их двенадцать человек – хватит.
– Но после этого нас точно вычислят!
– А на кой хрен им возвращаться? Пусть уходят в тайгу. Менты их не поймают, а этим бандитам хватит своей головной боли… И хватит об этом!
– Правильно, – вдруг встрепенулся третий и ударил по столу кулаком. – Болтать хватит, надо дело делать! – И снова замолк.
Затем разговор сбился на какие-то пустяки. Подождав и сообразив, что вряд ли услышит еще что-нибудь ценное, Сергей решил, что пора удирать. Без проблем он выбрался тем же путем, что и пришел. Оказавшись в лесу, вызвал Князева.
– Алексей Борисович, я был внутри, узнал кое-что очень интересное.
– Оставь людей наблюдать, сам прыгай в тачку и дуй к Расулу Тенгизовичу. Я у него.
Ишмуратов жил километрах в пяти от города, на берегу озера. Он не стал, подобно многим новым русским (или новым азербайджанцам), возводить красные кирпичные хоромы. Дом у него был деревянный, зато построенный из лиственницы – дерева, которое по крепости почти не уступает кирпичу. Внешне дом напоминал нечто вроде боярского терема с налетом модернизма. Хотя ограда была все же кирпичной.
Ишмуратов и Князев сидели в креслах в огромном зале. Перед ними стоял столик, уставленный бутылками вина. Жена Расула Тенгизовича хоть и была русской, быстро усвоила восточные правила – когда мужчины говорят о делах, им на глаза показываться не стоит. К тому же она, несмотря на скудное количество извилин, понимала: кто меньше знает, тот крепче спит и дольше живет. Поэтому-то ее рядом с мужчинами не было.
– Садись, рассказывай, – кивнул хозяин на кресло. – Выпить хочешь?
– Не откажусь.
Сергей налил себе вина и рассказал все, что видел и о чем услыхал.
– Вот как получается, – протянул Ишмуратов. – Значит, хотели они нас с Кондратом для начала столкнуть лбами. А потом подмести то, что от нас останется.
– Я думаю, Расул Тенгизович, они бы еще и помогали вам обоим во время разборок. Все списали бы на издержки столкновения двух ОПТ, – предположил Князев.
– Толково задумали, гниды. И ведь будь я таким азербайджанцем, какими нас русские представляют, все бы так и вышло. Крикнул бы «по машинам!» – и пошли дела. Но что ты, Алексей, думаешь, что они теперь-то собираются замутить?