Банка с червями
Шрифт:
Я бы много дал, чтобы увидеть, как поведет себя Нэнси, когда Смит объявит ей о случившемся. Любила ли она Хэмела или вышла за него, только чтобы улизнуть от итальянской полиции?
И тут меня потрясла вдруг пришедшая в голову мысль. Ведь из-за дурацкого самоубийства Хэмела Нэнси унаследует все его состояние, авторские права и все, что он получает от фильмов! Богатая будет вдовушка!
«А Поффери? – подумал я. – Если верить словам Лу Колдвэлла, Поффери приехал в Штаты, чтобы собрать деньги для
Я слез с дерева и, погруженный в эти мысли, пошел в коттедж. Подходя к нему, я услышал, что внутри звонит телефон. Я вбежал и снял трубку.
– Мистер Андерсен, – узнал я голос Джервиса, – мистер Хершенхаймер слышал выстрел. Он очень нервничает. Я остаюсь возле него. Не могли ли бы вы понаблюдать за воротами? Я рассказал ему об этом злосчастном самоубийстве, но он не верит. Он убежден, что вокруг дома бродил убийца.
– Хорошо, – ответил я. – Заверьте его, что к дому никто и близко не подойдет.
– Спасибо, мистер Андерсен. Это его успокоит.
Я повесил трубку, потом, сообразив, что Мэлу Палмеру будет трудно проехать мимо охраны, позвонил Майку О'Флаэрти и объяснил ему ситуацию.
– Пришлось потревожить агента Хэмела, мистера Палмера, – предупредил я. – Он может приехать в любой момент. Пропусти его, Майкл. И полиция прибудет. Пусть проезжают.
– Пресвятая Дева! – воскликнул Майк. – Неужели этот несчастный покончил с собой?
– Пропусти мистера Палмера, – повторил я и повесил трубку.
Я опять ушел к воротам и стал ждать. Минут через десять перед домом Хэмелов остановился “кадиллак”. Я наблюдал, как Палмер вышел из машины, открыл ворота и поехал по аллее.
Я продолжал ждать и, пока ждал, размышлял про те пятьдесят тысяч долларов, которые промотал, а уж когда мне в голову полезли мысли о будущем, я постарался перестать думать вообще, такой на меня мрак напал.
Около двадцати трех часов появилась полицейская машина. Из нее выпрыгнули Том Лепски и Макс Джейкоби. Пока они выходили из машины, я перешел через дорогу.
Том Лепски уставился на меня.
– Что происходит? – спросил он. Я объяснил, что нахожусь на дежурстве, охраняю Хершенхаймера. Услышал выстрел, обнаружил, что Хэмел мертв, вызвал Палмера и вернулся к своим обязанностям.
Лепски не сводил с меня глаз:
– Почему ты не вызвал нас?
– Это дело Палмера, – ответил я. – Предсмертная записка может вызвать осложнения. Кроме того, речь идет о больших деньгах.
– Что за записка?!
– Судя по ней, Хэмел был импотент. Газеты придут в восторг. Прославленный автор порнографических романов – импотент! Это все Пал-меру улаживать.
– Ты был там?
– Я его и нашел.
– Что-нибудь
– Да что ты. Том, зачем задавать глупые вопросы? Мисси Хэмел все время была на яхте. Вернулась полчаса назад.
– Ладно. Я с тобой еще поговорю. – И вместе с Джейкоби он заспешил к дому.
Перед самой полуночью мне на смену явился Карл.
– Майк рассказал мне, – проговорил он. – Ну и дела!
– Да уж! Старый псих совсем перетрусил. Он слышал выстрел. Карл застонал:
– Значит, мне всю ночь не сомкнуть глаз.
– Вот именно.
– На набережной сегодня тоже была потеха, – засмеялся Карл. – Какой-то шутник бросил в гавани дымовую шашку. Боже! Видел бы ты, какая поднялась паника! Я как раз зашел в “Аламеду” перекусить, когда эта шашка взорвалась. Двух секунд не прошло – всех зевак и попрошаек как ветром сдуло. Наверно, какой-то мальчишка нахулиганил. Но видел бы ты, как все удирали!
Но меня это сообщение мало заинтересовало.
– Пожалуй, пойду домой, – сказал я. – Завтра увидимся, а ты будь настороже. Карл засмеялся:
– Да уж придется.
– Если полицейские спросят про меня, скажи, я ушел домой.
– А зачем ты им?
– Да разве они объясняют?
Мы вместе пошли по подъездной дорожке.
– И с чего этому богатому писаке пришло в голову кончать с собой?
– Бывает, – ответил я, заводя двигатель, и поехал к шлагбауму, Из сторожки вышел О'Флаэрти.
– Ну и дела! – сказал он. – И чего ради мистер Хэмел застрелился?
– Что ж, всякое бывает, – ответил я и нетерпеливо нажал на газ.
Майк понял намек и поднял шлагбаум. Я помахал ему рукой и поехал домой.
Закрыв дверь, я первым делом налил себе двойную порцию виски. И со стаканом в руке сел в кресло.
Часы показывали половину первого ночи. Позвонить Берте и огорошить ее новостями? Я не верил, что она продала квартиру и обстановку, а вдруг все-таки продала? Меня кольнуло мрачное предчувствие: как только Берта узнает, что надежды на миллион рухнули, я ее больше не увижу.
Зазвонил телефон.
Сняв трубку, я сказал:
– Слушаю.
– Мистер Андерсен?
Я вздрогнул. Я узнал голос Джоя.
– Это ты, Джой?
– Да, мистер Андерсен.
– Я пытался тебя найти, хотел сказать, как мне жаль Джимбо. Откуда ты говоришь?
– Мистер Андерсен, тот человек утром уехал из “Аламеды”. Я весь день старался вас разыскать.
– Тот человек, что там прятался? – переспросил я.
– Да, мистер Андерсен. Я видел, как он уходил. Кто-то что-то выбросил из верхнего окна. Раздался взрыв, пошел дым, и началась паника. Пока все разбегались, из “Аламеды” вышел бородатый мужчина и залез в багажник машины, она стояла рядом со входом.