Бар «Дракон»
Шрифт:
— Давай, давай, иди. Не пожалеешь.
По узкой деревянной лесенке все трое спустились в подвал и через обитую некрашеными березовыми планками дверь сразу попали в уютный предбанник. Андрей остался у двери, а Дмитрий с Толиком так и замерли: развалившись на мягких диванах, в предбаннике сидели Капитан с приятелем. В руках у обоих были пистолеты.
«Макаров,» — машинально определил Дмитрий. Дула обоих пистолетов смотрели Дмитрию в лоб.
— Тут такое дело… — смущенно пояснил Андрей, — купили они нас. Не хотел я с потрохами под хумских идти, а у «Мерлина»,
— А я? — подал голос Толик.
— Головка от «Панасоника», — ухмыльнулся Капитан, — ты тоже попал, — потом обернулся к приятелю:
— Боцман, держи на мушке Димку.
С этими словами Капитан перевел дуло своего пистолета… Но, к удивлению Дмитрия, не на Толика, а на Андрея:
— Ты, Андрюх, вали отсюда. Мы их здесь кончим, и не мешай. Запри. Через десять минут вернешься, поможешь жмуриков упаковать.
Но Андрей не успел уйти: в кармане у Боцмана заверещал мобильный телефон. Не опуская пистолета, Боцман вытянул телефон из кармана и приложил к уху:
— Что? Да ведь… Хорошо. — Боцман скосился на Капитана, — хозяин не велит казнить.
— А это точно хозяин? Дай сюда.
Андрей оставался в предбаннике, напряженно пытаясь уловить голос «хозяина», рычавший в трубке. Но разобрать так ничего и не удалось.
Капитан отключил телефон, отдал Боцману. Пожал плечами:
— Живыми, говорит, нужны. Ваше счастье, мужики. Подставляйте руки, вязать будем… Да не ты! — Отмахнулся он от Андрея, который тоже с испугу вытянул руки, — ты лучше веревку принеси. И разгони с пути своих шестерок, чтобы не подглядывали.
Машина неслась куда-то к окраине. Толик сидел, весь сжавшись, и мелко дрожал. Дмитрий, наоборот, был спокоен. Если решили оставить вживых, значит — предложат работу. Причем, скорее всего, работу вовсе не бесплатную: даже если заставят отработать за негодные детали, это не так много. Надо только дать им понять, что он — нужный человек. Вот как с Толиком быть? Кому он нужен? С другой стороны, «хозяин» дал команду пощадить обоих. Наверное, и для Толика найдется дело. Он, в конце концов, отличный химик…
Капитан молча вел машину. Боцман тоже молчал, не опуская пистолета.
— Спрячь пушку, не убегу, — сказал Дмитрий.
Боцман только головой покачал. Пистолет он, все же, спрятал на несколько секунд, когда проезжали мимо поста ГАИ. Но на посту никого не было, снаружи, по крайней мере. Машины шли свободно. За окном на белом заснеженном фоне кривились голые деревья. Капитан все прибавлял скорость, обгонял всех подряд, рискуя потерять управление на обледенелой дороге.
Справа прошла длинная обшарпанная фура. Дмитрий удивленно пригляделся. «Колхида»! Скорость капитанского «Сааба» сто пятьдесят, не меньше. Старая развалина типа «Колхиды» просто не может так быстро ехать! Но фура ехала еще быстрее. Она легко обошла «Сааб» и стала удаляться, исчезая в потоке несущихся навстречу снежинок.
— Во дает, козел! — Капитан почесал лоб, вспотевший под черной фетровой кепкой.
Дмитрий испуганно оглянулся по сторонам. Дорога пустая, может, и не будет аварии.
— Ах ты, падла! — Капитан вдавил газ до отказа.
Внезапно фура вильнула, пошла юзом и встала поперек дороги. Дмитрию стало жутко: фура не опрокинулась, просто встала, словно скала. Это казалось даже более противоестественным, чем возможность на «Колхиде» обогнать «Сааб» последней модели. Но самое страшное, фура была совершенно невероятной длины! Дмитрий мог поклясться, что сначала эта фура была короче. Впрочем, все произошло слишком быстро.
Капитан, тихо выругавшись, ударил по тормозам. Он был прекрасным водителем, но избежать столкновения в такой ситуации не смог бы никто. Дмитрий уперся связанными руками в спинку переднего сидения, то же сделали и Толик с Боцманом.
«Сааб» закрутило на скользком асфальте. В последний момент Капитан сумел-таки, выровнять машину. Удар был не очень сильный все остались целы — кроме «Сааба». Весь перед машины был безнадежно смят.
Распахнув пинком дверцу, Капитан выскочил из машины, сжимая в руке пистолет. Водитель «Колхиды» был уже рядом. Стоял спокойно, подбоченясь. Чем-то этот водитель очень не понравился Дмитрию. Впрочем, после такого удара весь мир покажется кучей дерьма, не только какой-то водитель.
Капитан подошел к водителю вплотную, но не успел сказать ни слова — водитель его опередил:
— Ну что, бычара, будем разбиаться. Я только вчера ведро новое вешал!
— Да ты… — начал Капитан, но водитель нанес ему сильнейший удар в переносицу. Капитан размашисто повалился на спину, звонко ударившись затылком об асфальт. Раздался выстрел — Капитан рефлекторно нажал на курок. Пуля пробила колесо «Сааба».
Боцман начал выбираться наружу, хотел помочь товарищу, но водитель высоко подпрыгнул, перекатившись через крышу «Сааба», и оказался возле дверцы, когда Боцман только успел поставить на асфальт одну ногу. Короткий пинок по дверце, и нога Боцмана оказалась сломана.
Боцман взвыл. Водитель выволок его за шкирку и еще раз пнул в лицо. Потом, не торопясь, вынул из ослабевшей руки Боцмана пистолет и с удовольствием прицелился в низкий лоб, с которого так и не слетела черная кепка.
— Не надо! — заорали одновременно Дмитрий и Толик.
— Почему? — удивился водитель.
Только теперь Дмитрий понял, почему водитель фуры казался таким неприятным и страшным: лицо водителя обрамляла густая рыжая борода, но обрамляла не целиком, а только правую половину лица! Левая половина лица была чистой и чуть зеленоватой. Жуткое зрелище!
Дмитрий судорожно сглотнул:
— Мне их не жаль, но… За них меня потом убьют.
— Да ладно тебе! — полубородый водитель широко улыбнулся, показав неровные, чуть заостренные на концах зубы. Дмитрий снова сглотнул.
— Хотя… — протянул полубородый, — мне-то что?
Он, не выпуская рукоятки пистолета, взялся другой рукой за дуло и легко согнул пистолет пополам. Потом, скомкав его, словно клочок бумаги, кинул на дорогу. Расхохотался.
— Ладно, живо в кабину. И мухортика своего прихвати. Пригодится.