Бар «Дракон»
Шрифт:
Толстяк уже пришел в себя и спокойно стоял, вытянув в сторону Дмитрия руку ладонью кверху. Дмитрий подобрал с пола стакан и протянул толстяку. Тот принялся как ни в чем ни бывало протирать этот стакан.
Дмитрий плюхнулся на скамью, положил локти на стол. Люди у дальнего конца стола шептались, уныло изучая свои стаканы. Толик все еще торчал возле дверей.
Первым заговорил толстяк:
— Ты откуда, рыцарь?
— Я не рыцарь, — ответил Дмитрий, не глядя на толстяка.
Толстяк помолчал.
— А откуда ты?
«Не откуда, а от кого. От Нифнира,» — хотел ответить Дмитрий, но передумал. Полубородый урод уже накатал колею, глубокую и абсолютно непонятную. Если сейчас на него сослаться — все, пропал, из колеи пути не будет. Поэтому Дмитрий решил рискнуть по-своему:
— Меня Бурт привел. Медвежатник.
Разговор на дальнем конце стола сразу стих, посетители уставились на Дмитрия — огромный бородатый детина, обмотанный шкурами и беспорядочно перетянутый различными ремнями, сухонький старичок в тяжелом высоком шлеме и толстая тетка с высокой прической, похожей на шлем старичка. Но бармен остался невозмутим:
— Бурт служит Клаю, Клай — полковник гвардии Арконы, так? Это я для ясности спрашиваю…
— Так, — Дмитрий кивнул.
— Значит, гвардии Арконы что-то от нас нужно, так?
И тут снова у Дмитрия внутри зашевелились чужие воспоминания — сначала где-то в животе, потом выше, протягивая скользкие прозрачные щупальца в сердце и в мозг, и, наконец, дотянулись до рта. Дмитрий со всей силы хлопнул кулаком по столу:
— Если мастеру Бонифацию что-то понадобится от вас, вы все побежите это исполнять и ни о чем не догадаетесь! Уже забыли?!
Бармен, наконец, смутился. Дмитрий закончил спокойно:
— А если мастер Бонифаций прислал сюда человека, значит, он просто хотел прислать сюда человека. Зачем — не ваше дело.
Воспоминания растаяли. Теперь Дмитрий сам удивлялся своим словам — насколько вообще был еще способен удивляться. Он сидел, стараясь не выдавать удивления. Слова, кажется, подействовали: бармен снова протирал кружку, посетители избегали глядеть в сторону Дмитрия. Толик сидел рядом и хихикал — он принял это все за удачный трюк.
А Дмитрий напряженно думал. Только что он ввязался в какие-то местные дела, непонятные и, кажется, абсолютно идиотские. Объявил себя человеком этого самого «Клая Бонифация, п. г.» Хоть одно ясно: «п. г.» — полковник гвардии. Ну и что? Чем это поможет?
Чем? «Медвежатник Бурт»! Диск с программой все еще был у Дмитрия с собой. Если здесь делают такие программы, значит, должны быть и компьютеры. Эх, добраться бы хоть до самого завалящего, до поганой «четверки»! И тогда…
— Тачка в кабаке есть? — Машинально спросил Дмитрий у хозяина.
Хозяин удивленно вскинул брови. Он, наверное, не понял вопроса, тем более, что Толик спросил
— Пиво есть?
— Могу предложить строфарии… — Начал хозяин, но тут дверь за стойкой распахнулась и в помещение вбежала девушка.
Дмитрий обомлел. Та самая девчонка! Никаких сомнений: он только что думал о программе-взломщике и как раз припомнил эту девушку с Митинского рынка. Только сегодня утром она была в вязаной шапке, а сейчас — в смешном голубеньком чепчике.
Девушка встретилась глазами с Дмитрием и легонько подмигнула. Но улыбки на ее лице не было, девушка выглядела очень напуганной. Склонившись к уху хозяина, она начала что-то быстро шептать.
— Скажи всем, — прервал ее хозяин.
Девушка оперлась ладонями о стойку и громко сказала в зал:
— Я только что видела… Я на втором этаже была и видела в окно. Стража короны, человек двенадцать. Идут сюда!
Детина в шкурах вскочил с места, чуть не опрокинув скамейку:
— Рогачи? — Зарычал он.
Девушка кивнула, нервно сглотнув.
Детина, отшвырнув недопитую кружку, шумно кинулся вдоль стола к стойке. Толстуха, не отставая, бежала следом — ее чудовищные габариты переваливались под полупрозрачной тканью легкого платья, словно дыни в мешке. Позади семенил старичок, волоча по полу тяжелый меч-эспадон.
— Сюда! — хозяин суетился возле открытой двери, — наверх!
— Может, вниз? — Предложила толстуха.
— Ни за что! — Хозяин всплеснул руками, — ты сама знаешь, кто у меня там бегает. От тебя один скелет останется, да и тот не весь. Наверх!
— Что стряслось, — нахмурился Толик, — менты?
— Быстро! — Девушка выбежала из-за стойки, схватила Толика за руку и потянула к двери, за которой уже скрылись толстуха и старик.
Толик упирался:
— Дим! А ты?
— Он от Клая, ему ничего не будет.
— Стой! — Дмитрий уцепился за один из ремней бородатого детины. — Поможешь…
— Не-е… — Детина оскалился, выставив напоказ неровные пеньки, оставшиеся от зубов, — если я страже попадусь, они меня на кол посадят — только для начала.
— Хоть дружков своих забери… — Дмитрий кивнул на двух забияк, все еще валявшихся без сознания возле стойки.
— Плевать на них, — бородач последним вошел в дверь и запер ее изнутри.
Одновременно распахнулась входная дверь, и зал стал наполняться людьми. Действительно, стражники — Дмитрий догадался об этом не только по одинаковой одежде: на всех были гладкие металлические панцири, одинаковые короткие кожаные юбочки, одинаковые сапоги до колен и одинаковые шлемы, похожие на повернутые рогами кверху полумесяцы. О том, что перед ним стражники, Дмитрий понял по выражению лиц — наверное, во всех мирах у ментов одни и те же лица.