Бар-сучка
Шрифт:
Валя покраснела, но не стала жевать сопли.
– Какое вам дело? Вас интересует, есть ли у меня крыша? Есть. И сала на нем раза в три больше, чем на мне!
– Успокойся, – Дарья не хотела, чтоб женщина выходила из себя. В этом случае будет добиться от нее чего-нибудь невозможно. – Мы купим у тебя информацию о Софье. Нас интересует все, что ты знаешь.
Когда речь зашла о деньгах, Валя перестала дергаться. Ее заплывшие жиром глазки выдали ее с головой. Жадность до денег – распространенная людская слабость.
– Сколько?
– Ста
– А сто пятьдесят? – решила поторговаться Валя и не ошиблась, ей заплатили ровно столько, сколько она запросила.
Деньги были потрачены не впустую. Валя говорила много. Она не стеснялась хлестать пиво на халяву и смогла укушать, несмотря на позднее время, пару литров.
Как выяснилось, Валя и Софи учились в одном классе и еще в школе стали девочками, активно занимающимися мальчиками. Постепенно набирались опыта, но если более стройная и умная Софи смогла выбиться в хорошо оплачиваемые проститутки, то располневшая Валя довольствовалась работой в кабаке. Время от времени одноклассница поставляла ей кавказцев, которые обожали широкие зады и мясистые сиськи.
Однажды под утро, когда смена подошла к концу и она собралась уходить, два здоровых парня пристали к ней, и она не отказала, не забыв позвать и Софью. Это, как выяснилось после недолгих расспросов, и были два здоровых бармена из «Стерляди».
Как ни бились Инга с Дарьей, но так и не смогли вытянуть из Вали что-нибудь, что касалось бы клиентов Софи.
«У нее их много было, – рассказывала она, – откуда мне знать обо всех? Сама она никогда не рассказывала о тех, кого обслуживает».
Однажды они поехали вместе в «Словакию», где к ним отнеслись с большим вниманием, и это Валя запомнила. Официанты окружили их поистине отеческой заботой, а сумма счета была удивительно низкой.
Софья не стала лукавить и призналась, что здесь работает один большой поклонник ее таланта, он-то и обеспечивает весь сервис.
Что только ни делала Инга: и пиво подливала, и деньги сулила, но Валя так и не назвала имя поклонника Софьи.
Они расстались уже в три часа ночи. Дарью дома ждал очередной скандал с мамашей, и от предвкушения этой встречи ей становилось не по себе.
Ингу знала вся администрация «Словакии». Она принадлежала к числу постоянных и богатых клиентов, а обижать таких людей – себе в убыток.
Как только Дарья и Инга подошли к портье – невысокому мужчине в очках, – мир закрутился вокруг них.
– Здравствуйте, снова к нам? Очень хорошо. Вы останетесь на ночь?
На ночь они не хотели, а хотели директора.
Скорость, с которой выполнялись все просьбы, ввела Дарью в некоторое замешательство. Перед ними, точнее, перед Париной, люди просто расстилались и падали ниц.
Они входили
Дарья не испытывала никакого смущения по поводу того, что он узнает ее. Для него она человек Инги. Пусть так и будет. Эта взрослая женщина знает, что делает. Авторитет ее даже после смерти мужа нисколько не упал, и это должно помочь.
Как и ожидалось, Кузиков, узнав Дарью, ничего, кроме легкого кивка, ей не подарил. Все свое внимание он сосредоточил на гостье, чью грудь украшал кулон, усыпанный бриллиантами. Он смотрел то на нее, то на драгоценность и все время улыбался. Типичный жадный жополиз – ТЖЖ.
Усевшись в кресла, женщины очень скоро пили чай со свежайшим отменным печеньем, которое выпекалось кулинарами гостиницы.
– Чем могу?..
Инга отхлебнула горяченького и, не сводя глаз с накрашенных ярко-красным лаком ногтей, тихо поинтересовалась:
– Вы помните девочку, к которой я была неравнодушна?
Директор, который вовсе не стеснялся выполнять время от времени функции сутенера для богатых клиентов, выдавил:
– Ну… да, конечно… конечно, да.
– Вы можете сказать мне откровенно, работает или, может быть, постоянно останавливается ли у вас человек, который любит, точнее, любил Софью не меньше меня?
– Что-то случилось? – напрягся Кузиков, ему, понятное дело, никакого шума не хотелось.
– Девочку убили. Я хочу найти того, кто это сделал.
На самом деле убийцу уже закопали. Но стоит ли называть истинные причины? Дарье нравилось, как Инга разбазаривает с дядей.
– Очень печально, – он несколько сник. Ему было абсолютно наплевать на Софью как на человека, главное, что теперь он понесет некоторые убытки. – И что же, – с огорчением заметил он, – такие ребята, как Игорь и Сережа, не смогли оградить ее от бандитов?
– Перестаньте задавать мне вопросы! – взорвалась Инга, кидая чашку в угол кабинета. Послышался звон бьющегося фарфора. Дарья увидела, как остатки чая украсили разводами новые дорогие обои с райскими птичками. – Вы предоставляли мне Софью, кому еще продавали вы эту девочку?
Алексей Михайлович не стал больше выкобениваться. Видимо, порядок в кабинете волновал его куда больше, чем анонимность клиента.
– Есть, есть один. Он приезжает обычно дня на три, потом исчезает на неделю, затем все сначала.
– Имя…
– Слушайте, девочки, вы режете меня без ножа, – он покраснел, то ли делая вид, то ли на самом деле тужась. – Он директор небольшой, но оборотистой фирмы в Москве, всегда с деньгами.
– Вы, я гляжу, успели познакомиться, – давила Инга, – имя…
– Николай Евгеньевич Горлов.
– Он сейчас здесь?
– Нет. А вы хотите говорить с ним о Софье? Прошу вас, не надо этого делать.
– Ничего не могу обещать, – призналась вдова. – Вы уверены, что, кроме меня, вы продавали Софью только Горлову?