Бард 6
Шрифт:
– Миллион рублей, чисто для тебя. Отряд по стандартной ставке, раз они не пришли меня спасать, – я с неким удовлетворением отметил восхищенное аханье Ки Рэн и многозначительное присвистывание Консильери. Даже Эст застыл на месте. – Ну что, Крондл, сможешь перебить? Или мне повысить до десяти?
– Да пошел ты! – стоило нам с Гхарой пожать руки, как разбойник перевел взгляд на соратников. – А вы какого стоите? Избавьте уже меня от этой зеленокожей мрази!
– Зеленокожей мрази говоришь? – нахмурилась Гхара. – Все,
– Ну! – рявкнул Крондл. – Чего замерли?
– Был договор, – тем временем с болью в голосе ответила ему Ки Рэн, а Мин согласно кивнула. – Мы с сестрой не сражаемся.
– А я сразу говорил, говно идея! – сообщил Консильери, одарив презрительным взглядом «крестного отца» Нижнего Новгорода. – Князь, знай, я против тебя не вписывался! – горячо заверил он меня.
– Предатели! Вы пожалеете об этом! А ты, князек, внимательно смотри за спину, твои дни сочтены. Эст Крондл слов на ветер не бросает! Вот тебе! Выкуси! – рога сплюнул черной слюной и, показав мне фигу, бросился в кабинет. Понятно в окно выпрыгнуть хочет.
– Гхара, держи его!
Я, а за мной остальные бросились за Крондлом. Но первой оказалась Гхара. Эсту не хватило до спасения буквально несколько шагов. Орчанка догнала улепетывающего разбойника и прыгнула, в полете опуская на него тяжелый башенный щит…
Глава 2 «Кандидаты в гарем»
– Фу, теперь щит отмывать придется, – Гхара брезгливо стянула с шипов изломанное тело Эста и опустила кулак на затылок подвывавшего разбойника, добивая его. – Надо же, хилый какой человечишка попался. Ой, – она вопросительно посмотрела на меня, – не надо было? Ты хотел его допросить?
– Хрен с ним, уверен, его подручные мне и так все расскажут. Вы двое, подождите пока за дверью! Но никуда не уходите, – я красноречиво посмотрел на шаркающего ногой Консильери и безмолвную Ки Рэн. Мин кивнула и, молча положив ладони на их спины, вытолкала в коридор.
Я повернулся к Гхаре, которая невозмутимо разглядывала меня.
– Спасибо, тебе! Ты принимаешь чеки?
– Оставь себе свой миллион, я хотела проверить твою щедрость, – усмехнулась орчанка. – Отдашь долг жизни по-другому.
– И как же? Чего ты хочешь? – я нахмурился, день и так не задался с самого начала, а тут еще наглая наемница треплет нервы и роняет мой авторитет в глазах народа.
– Нижайше прошу не гневаться и подарить мне вечернюю аудиенцию, – Гхара быстро подмигнула мне, введя в полный ступор. Она что, серьезно? Мы же разных рас! Хотя внешне орчанка очень даже ничего…
«С эльфийками и зверолюдками ты что-то о разных расах не задумывался. Тебе это никак не мешало», – ехидно заметила Уна. Но я понял, что за колкостью фея пыталась скрыть свой испуг за меня. А вот чувства Мурры были видны невооруженным глазом. Кошка только горько вздохнула. Похоже, жалела,
– Хорошо, тогда до вечера, – кивнул я, и Гхара расплылась в широкой улыбке. – А вы чего столпились? – перевел тяжелый взгляд на сразу побледневших слуг и стражников. – Балаган окончен. Уберите остатки этого… А вы, горе-воители, сдать оружие и в темницу, вашу судьбу я решу позже. Мурра, проследи.
– Конечно, хозяин, – кошкодевочка сразу перекинулась в боевую форму и выпустила огромные когти, четко давая понять, что их ждет в случае непослушания.
– Я помогу, – усмехнулась орчанка. – Заодно реванш возьму.
Точно, Уна говорила, что Мурра в пух и прах разгромила новую подругу в армрестлинге. Однако, по ее словам, орчанка совершенно не обиделась, только расхохоталась и заказала еще пива.
Когда в изрядно закопченном кабинете остались только мы с феей, я кликнул Мин с соратниками так безвременно почившего «крестного отца». Консильери посадил в гостевое кресло напротив моего, а Ки Рэн встала у окна, отстраненно любуясь садом. Мин поклонилась мне и сообщила, что при них нет никакого оружия.
– Итак, я жду объяс…
Меня прервал необычный стук в дверь – кто-то вонзил что-то явно металлическое в деревянное полотно и теперь с душераздирающими звуками пытался это вытащить. Понятно… Эрра говорила, что ее гном сделал себе какой-то хитрый протез. И сейчас я буду иметь удовольствие лицезреть это самое «произведение искусства», напоминавшее мне фильмы о пиратах… Ни дать ни взять головорез какого-нибудь капитана Моргана или Оллонэ. Ну и, похоже, гном пока не совсем освоился с ним.
– Гребаный протез! Гребаная дверь! Гребаная рука! – запыхавшийся Олаф, не поздоровавшись, бесцеремонно направился прямо к бару, наметанным глазом приметив себе цель. И не удивлюсь, если схваченная им пыльная бутылка была в алкогольной коллекции Бутурлина одной из самых дорогих.
– А левой рукой дверь открыть можно было? – осведомился я, заставив гнома замереть от осознания своей тупости. Но длилась эта пауза лишь десяток секунд.
– Не подумал, – честно признался он, окинув меня внимательным взглядом. – Че случилось? Дерганый ты какой-то. Да и грязно тут, ремонт что ли затеяли?
– Да так, – пожал плечами, – меня чуть Эст не убил, провожу разбор полетов с его преемником. Нет пока у Нижнего Новгорода «крестного отца».
– Чего?! – гном аж про выпивку забыл от изумления, широко распахнув рот. Невольно вспомнился анекдот про Винни-Пуха и бегемота. – Не может быть! Он ведь… я же…
– Не переживай, я тебя не виню, – «успокоил» рыжебородого. – Подожди, пожалуйста, на диване, сначала разберусь с этими двумя.
Гном мрачно кивнул, вытащил пробку зубами, сделал хороший глоток и аж крякнул, стремительно краснея. Я же перевел взгляд на бледного, но спокойного Консильери.