Барда Ви
Шрифт:
Пока она рассказывала историю своего короткого путешесвия, Сотник принял решение: быстро собрать без шума всё её барахлишко и, не привлекая внимания, увести это “чудо” в свой лагерь, подальше от глаз Коалиции, и уже в спокойной обстановке принять решение.
– И как зовут такое чудо?
– Я Барда! Барда Ви! – полное имя,– и девушка подняла перед глазами Сотника два пальца, сложенных в форме латинской буквы “V”. – Ви – значит Виктория. Победа!
Он непроизвольно остановил свой взгляд на тонких и изящных пальцах её руки. На узкой девичьей ладошке
– А меня зови просто: Сотник. Я – командир Сотни. И наша позиция на этом склоне. А прямо напротив нас – стволы Коалиции. Вон там, на склоне. Не лучшее место для лагеря, верно?
Девушка слегка расширила глаза, но легкая улыбка так и не покинула её лица. Она непроизвольно молча закивала головой, услышав слова Сотника. Было видно: она быстро сообразила, что происходит.
– Ах, вот оно как? Поняла! Теперь я представляю, что Вы думаете по поводу моего лагеря на этом месте! Полный дурдом с бельём на веревочке! Я всё поняла! Сейчас я быстро соберу свои вещи и давайте тихонько выбираться отсюда.
Слова девушки немного озадачили Сотника. Не дожидаясь его реакции, девушка принялась быстро собирать свои вещи и укладывать в контейнер. Наблюдая за ней, Сотник отметил, что Барда Ви озвучила все его мысли, и практически в тех же выражениях.
Из-за частого выброса адреналина, люди на войне теряют некоторые человеческие качества, но обостряются их инстикты. В сложных событиях Сотник часто полагался на свою интуицию, что не раз спасало ему жизнь и даже вошло в привычку. У него было достаточно опыта, чтобы отличить засланного убийцу или диверсанта от человека, оказавшегося в затруднительном положении, вроде этой девочки.
– Контейнеры твои можно навесить мне за спину, там есть кронштейны для крепежа,– предложил он свою помощь благосклонно и повернулся спиной к Барде. – Так мы быстрее покинем это место.
– Считайте, что мы его уже покидаем, сейчас только пристегну утяжки. Флайер, как видите, горел, поэтому из целых вещей набрался один средний контейнер, совсем не тяжелый. Всё, можно двигаться! Пошли?
Сотник повернулся к ней лицом. Барда действительно собралась меньше, чем за минуту и теперь стояла, всем своим видом показывая готовность двигаться вслед за ним. В руке она держала футляр со своим инструментом, напоминающий скрипку. Заметив вопросительный взгляд Сотника, она слегка пожала плечами и прокоментировала с легкой гримаской: – Скрипку я сама понесу.
– Как угодно,– коротко ответил Сотник тихим голосом, и стал подниматься вверх по склону. – Только не шуми.
Девушка молча кивнула, но через пару шагов дождавшись, пока шарнир экзоскелета Сотника довольно громко не проскрежетал при движении, ответила голосом, в котором Сотник расслышал явную иронию: – Конечно, я буду двигаться тише мыши. Маскировка звуковая! Я всё понимаю!
На эту её реплику, Сотник, ценивший в людях юмор, рассмеялся от души: – Ха –Ха! Ха! Верно! В точку! Молодца!
Какое-то время они поднимались молча, девушка цеплялась одной рукой за камни, другой рукой держала свой футляр, оберегая его от случайных ударов о склон. И действительно, двигалась она очень ловко и аккуратно, ни один камень не сорвался вниз из-под её ботинок. Крутой подьём скоро закончился, и они оказались на каменном гребне, с которого Сотник наблюдал за ней совсем недавно. Дальше дорога была вполне пригодная, чтобы двигаться вдвоём. Барда Ви догнала Сотника и пошла с ним рядом.
– А как звучит Ваше имя, Сотник?
Этот простой вопрос застал Сотника врасплох.
– А имя моё тебе зачем?
– “Каждый человек именем славен…”, – продекламировала Барда Ви слова очень древней книги.
Сотник некоторое время шёл молча, и наконец, прервал тишину: – Пам. Моё имя: Пам. Сотник Пам, – повторил он несколько раз неуверенным голосом, словно проверяя слова на звучание. – Как-то незаметно мы все потеряли свою индивидуальность и даже имена свои позабыли на этой войне. Называем друг друга только по предназначению. А многие и себя потеряли. Люди будто сошли с ума. На войне так бывает!
Сотник и сам удивился своей многословности, обычно он был краток в беседах. Некоторое время оба шли молча, погрузившись в размышления. Слышался только ритмичный скрип шарнира и отдалённый шум водопада.
–Знаете, у меня такое убеждение, – нарушила вдруг тишину Барда , – что все предметы, которыми мы пользуемся, они все немного живые. Некоторые спасают нам жизнь, помогают, а другие, наоборот, притягивают негатив. Вы согласны? Например, вот этот экзоскелет счастливый. Он спас Вам ногу недавно и верно служит, как может, хотя и скрипит. Совсем не громко скрипит. Значит, он хороший и позитивный для Вас. Не стоит с ним расставаться, можно просто привод поменять. Подлатать его немного и он будет и дальше с честью служить Вам!
Неожиданно Сотник осознал, что именно на этом месте, совсем недавно он размышлял как раз об этом и именно в этих самых выражениях.
С некоторым удивлением, он опять посмотрел на девушку, идущую рядом. Ему даже показалось, что она и теперь каким-то странным образом слышит его мысли и может озвучить их в следующий миг.
Странность девушки заключалась не только в чтении мыслей, находясь рядом с ней, Сотник отметил, что вся его дневная усталось куда-то улетучилась, и настроение у него теперь ровное и спокойное.
Чтобы не впадать в явное противоречие со своей логикой, он стал убеждать себя, что в мире очень часто бывают случайные совпадения и не в его правилах думать о подобных глупостях. Размышления об этих странностях вскоре оставили его, как, впрочем, и мысль о скором отдыхе. Нужно было обустроить и доложить Тристе о появлении в части малолетней волонтёрши со скрипкой, которая желает развлекать бойцов своими концертами. Затем пришла мысль об острой нужде в пополнении личным составом его Сотни. Позиции были наполовину пустые.