Бархат

Фэйзер Джейн

– Ах, как я рада, что вас представили друг другу!

Леди Джорджиана Ванбрук подплыла к ним. Платье облегало ее изящную фигуру, как сиреневая паутинка. Она взяла Габриэль под руку:

– Как жаль, лорд Прайд, что Саймону пришлось столь внезапно уехать в город. Он поручил передать вам свои сожаления по поводу того, что не смог быть здесь и приветствовать вас. Но когда обязанности заставляют… – Она очень приветливо улыбнулась и пожала белыми, округлыми плечами, отчего прекрасной формы грудь в вырезе платья приподнялась. – Он уверял меня, – продолжала хозяйка, –

что сделает все возможное, чтобы быть здесь завтра к обеду.

Натаниэль размышлял о том, что двух более непохожих женщин не сыскать. Они стояли перед ним рука об руку: одна в черном строгом бархате, другая – окутанная сиреневым газом. Одну – белокожую, рыжеволосую, с высокими скулами, красивым подбородком, вздернутым носиком – можно было назвать потрясающей, если только мужчина находил привлекательными четко очерченные неправильные черты лица, кривую улыбку и высокую, гибкую фигуру. Прямой противоположностью была Джорджиана. Она, конечно, приглянулась бы кому угодно – мягкие, женственные округлости ее тела, персиковая кожа, мелкие, правильные черты лица и сверкающие золотом волосы притягивали к себе.

– Члены правительства не могут быть себе хозяевами, особенно в военное время, – просто сказал Натаниэль.

– Похоже, вы человек знающий, лорд Прайд, – проговорила Габриэль. – Вы тоже работаете на правительство?

«Почему это звучит так, как будто она имеет в виду что-то еще?» – мгновенно пронеслось в голове Натаниэля. Он взглянул на нее и встретился со спокойными холодными глазами и этой ее кривой улыбкой.

– Нет, – резко возразил он. – Это не так.

Ее улыбка стала еще шире, как будто она вновь подумала о чем-то тайном. Затем Габриэль повернулась к Майлзу, очень заинтересованно, но молчаливо наблюдающему за происходящим.

– Вы поедете завтра на охоту, Майлз?

– Если поедете вы, – ответил он, галантно поклонившись. – Впрочем, я сомневаюсь, что смогу соперничать с вами.

Майлз обратился к Натаниэлю:

– Габриэль – страстная любительница псовой охоты. Тебе повезет, если она не обойдет тебя.

– О, я уверена, что лорд Прайд сможет преодолеть любое препятствие на своем пути, – сказала Габриэль, продолжая улыбаться.

– Нет такого препятствия, которое бы меня остановило.

Натаниэль коротко поклонился и ушел, разозленный ею.

Тем не менее, лорд Прайд был заинтригован помимо своего желания… Он чувствовал себя, как кролик перед удавом, и раздраженно думал об этом, взяв у лакея бокал холодного шампанского. Вокруг Габриэль де Бокер явно витала беда.

– Не похоже, чтобы тебе нравился лорд Прайд, Габби, – укоризненно, но заинтересованно сказала Джорджиана. – Он огорчил тебя?

«О, он просто убил человека, которого я любила больше жизни», – с болью подумала графиня де Бокер.

– Конечно, нет, – вслух проговорила Габриэль. – Я была груба? Ты же знаешь, что иногда мой язык меня не слушается.

– Мне показалось, ты находишь Натаниэля настоящим партнером и достойным противником, – заметил Майлз, усмехнувшись. – Тем не менее, я считаю, что ты выиграла этот раунд.

Пожалуй, я пойду приглажу его смятые перышки.

Он отошел, посмеиваясь и испытывая злорадное удовольствие человека, которому удалось завязать интригу.

– Майлз вконец испорчен, – объявила Джорджи. – Натаниэль Прайд – его лучший друг, и я не понимаю, почему Майлзу доставляет такое удовольствие причинять зло.

– Ах, дорогая, – заговорила Габриэль, – следует ли мне попросить прощения у лорда Прайда?

Выражение лица Габриэль изменилось. Ее взгляд стал теплым, а лицо – приветливым, когда она улыбалась своей кузине.

– Джорджи, я не хотела ставить тебя в неловкое положение, обидев твоего гостя.

– Чепуха! – воскликнула Джорджи. – Мне он самой не нравится, но он самый близкий друг Саймона. У них деловые отношения. – Она пожала плечами. – И мне кажется, что бы он там ни говорил, Натаниэль каким-то образом связан с правительством. Но он такой скрытный! Если хочешь знать, он пугает меня. У меня всегда язык костенеет в его присутствии.

– Нет, меня он не пугает, – ответила Габриэль. – Правда, глаза у него, как камни на дне пруда.

Тут дворецкий пригласил всех к обеду, и Габриэль отправилась в столовую под руку с Майлзом Беннетом. Натаниэль Прайд сидел напротив нее за столом, и она могла украдкой разглядывать его, поддерживая болтовню своих соседей. Она подумала о том, что нашла точное сравнение: его глаза действительно были похожи на камни. Серо-зеленые и холодные, они ничем не выделялись на его худом лице с четко очерченным ртом и орлиным носом. Он напоминал ей какого-то безумного охотника. От него исходила необъяснимая сила. Но самым удивительным в нем были волосы, тронутые сединой. Они были жесткие и темные лишь на висках. Вдруг ей стало не по себе от пристального взгляда: Габриэль поняла, что лорд Прайд заметил, как она его разглядывает… И, надо признаться, девушка делала это с явным интересом.

Подумав с радостью о том, что она редко краснеет, Габриэль переключила свое внимание на человека, сидящего слева от нее, и с оживлением поинтересовалась, читал ли он «Айвенго» Вальтера Скотта.

В отсутствие хозяина мужчины не стали засиживаться за портвейном и вскоре присоединились к дамам в гостиной. Натаниэль стал высматривать рыжеволосую графиню де Бокер, но ее не было видно. Нарочито небрежно он бродил из комнаты в комнату. Везде играли в разные игры, но ни среди веселых игроков в фанты, ни среди более серьезных картежников, сидящих за вистом, он не встретил красавицу с огненными волосами.

Прайд оглядел людей, играющих в вист. Один из них – протеже Саймона. Это должно вскоре выясниться… уж если Саймон решил играть в эти глупые игры. Он притащил его сюда, пообещав представить ему претендента на службу, но отказывался раскрыть его инкогнито, предпочитая глупую игру с выигрышем. Конечно, это в духе Саймона. Хотя он и был взрослым человеком, но по-детски любил игры и сюрпризы. Натаниэль взял чашку чая и уселся в углу гостиной. Он хмурился, слушая музыку. Играли на арфе и фортепьяно.