Барин
Шрифт:
— Прошу прощения, вы господин Никитин?
— Да, а в чем, собственно, дело?
— Известная вам особа просила передать,– парнишка протянул сложенный вчетверо листок и слегка поклонился.
Я осторожно развернул и прочитал:
' Господин Никитин! Мне необходимо с вами срочно встретиться, буду ждать сегодня с 9 до 10 утра на Калачевской, дом 7. Это в ваших же интересах. Княгиня Ягупова А. Л.'
Что эта княгиня себе позволяет? Я ей что, мальчик на побегушках?
Юнец терпеливо ждал возле дверей, вытянувшись по стойке смирно.
— Чего ждем? —
— Извините, господин Никитин, я могу проводить.
— Прохор, я ненадолго отлучусь…
— Куда вы, Андрей Иванович? Может с вами…
— Готовьтесь пока. Вещи собери и за номер рассчитайся… Да, и чуть не забыл! Сходи в городскую гимназию. Найди Татьяну Андреевну Прохорову. Она обещала нам учителя в школу найти. Ты договорись, денег дай на учебники, тетради, все что нужно…
— Сделаем, барин.
Мы вышли из гостиницы и спустились вниз по улице, вскоре парнишка свернул налево и мы уткнулись в двухэтажный деревянный дом.
— Комната восемь, это наверху,– тихо произнес провожатый и осмотрелся.
Я вошел в подъезд, поднялся по крутым ступеням и толкнул дверь с номером восемь. Она оказалась заперта. Я слегка побарабанил пальцами над ручкой, замок сразу же щелкнул и двери приоткрылись. Меня впустила встревоженная княгиня Ягупова.
Уютная комнатка напоминала место для интимных встреч. Небольшой мягкий диванчик, кровать с балдахином и круглый столик на трех ножках с белой скатертью.
— Андрей Иванович, вы все же пришли…
— Вы меня заинтриговали своей запиской, прямо как гимназистка.
— Мне совсем не до шуток…
— Что-то случилось? С мужем?
— Нет, с Петром, слава Богу, все хорошо. Он пока в больнице, но на днях выпишут. Возможно, останется легкая хромота. В какой-то мере я даже благодарна вам, Андрей Иванович. Наши отношения с супругом стали намного теплее, чем раньше. Вернулись давно угасшие чувства… Петр стал более чутким.
— Очень рад за ваш союз.
— Послушайте, наш городок небольшой, я случайно услышала, вы ищете финансы для одного выгодного дельца.
— Признаться, уже нашел.
— Я могу внести в ваше предприятие значительный вклад.
— Анастасия Львовна, не стоит. Если вас терзает совесть из-за произошедшего, то давайте лучше забудем об этом инциденте как о дурном сне…
— Я действительно чувствую угрызения совести. Скажу прямо, мой княжеский род очень древний. Для нас честь всегда дороже золота… я считаю что и вправду оступилась по отношению к вам. Но дело не только в этом…– вздохнула княгиня.– Когда мне было двенадцать, умер мой отец, а через год ушла мама. Это было тяжелое время. Опеку надо мной взял Арсений Павлович Кирсанов, старый друг отца. Он сумел заменить мне родителей, окружил теплом и уютом, я жила в усадьбе Кирсанова до девятнадцати лет, пока не вышла замуж за Петра. Вчера мой названный отец умер в больнице от страшных ран. Может вы слышали про нападение на усадьбу в Киляково?
— Да, в полицейском участке говорили об этом.
— На усадьбу напали грабители, Арсения Павловича избили, а после стреляли в него… Он боролся за жизнь
Княгиня всплакнула, достала белоснежный платок и вытерла глаза.
— Вечером служанка передала мне небольшую шкатулку с драгоценностями. Она сообщила, что Кирсанов заезжал за несколько дней до нападения и попросил подержать эту шкатулку. Он будто заранее предчувствовал беду. Просил, если с ним вдруг что-то случится — передать шкатулку мне.
Женщина вздохнула:
— Я хочу чтобы вы, Андрей Иванович, нашли и покарали убийц. Вы настоящий витязь. Когда я смотрю на вас, пред моим взором всплывают образы былинных богатырей. Я читала в местной газете, что на прошлой неделе вы бесстрашно задержали опасных преступников на реке. Думаю, вам будет под силу поймать и этих мерзавцев. Станьте карающим Мечом Возмездия и вселите в наши души веру в торжество и справедливость…
Княгиня поставила на стол небольшую резную шкатулку.
— Это я отдаю вам в дар, Андрей Иванович.
Я отогнул маленькие скобы и приоткрыл, чуть не задохнувшись от восторга. На дне шкатулки лежали две толстые золотые цепочки, три красивых перстня со странными знаками, золотая фигурка овна с закрученными рогами, ожерелье из жемчугов и странный медный полумесяц с одной стороны гладкий, с другой — со странными выпуклостями, и еще несколько квадратных серебряных монеток с потертым изображением.
— Это все наверняка дорого стоит…
— Думаю не так дорого. Тысяч десять. Арсений Павлович несколько лет назад с друзьями участвовал в раскопках, может вы слышали, недалеко от Царева в четырнадцатом веке стояла столица «Золотой Орды», теперь там остались только развалины и старые курганы… Возможно эти драгоценности Кирсанов нашел именно там…
— И вы хотите просто так отдать мне эти драгоценности? А если я не найду разбойников?
— Тогда пусть это богатство послужит вашему достойному делу. Я вообще считаю это золото проклятым, скорее всего из-за него и убили Арсения Павловича, он жил весьма скромно, но возможно, кто-то узнал про драгоценности… Продайте это золото как можно быстрее и вложите деньги в свое предприятие…
— Послушайте, княгиня, за эти деньги вы могли бы нанять несколько первоклассных сыщиков!
— Сердце подсказывает мне, что вы именно тот, кто мне и нужен. Дайте слово дворянина, что хотя бы попытаетесь найти убийц Арсения Павловича Кирсанова.
— Даю слово дворянина.
— Это все, что мне хотелось от вас услышать…
Княгиня дружески приобняла меня, поцеловала в щеку и бросив прощальный томный взгляд, быстро вышла из комнаты.
Я стоял и слушал как она спускается по ступенькам. До конца еще не верилось в происходящее. Таких подарков просто не бывает. Только что мне просто так отдали драгоценности, на которые можно купить целое поместье…
Где же княгиня была вчера, когда я бегал по городу в поисках денег! Я осторожно потрогал цепочки, перебрал в ладони ожерелье и перстни, но больше всего меня удивил странный полумесяц. Он оказался вовсе не из меди, а из странного сплава и довольно тяжелый.