Барон-дракон

Огнева Вера Евгеньевна

— Лучше выпьем, дорогой, - отвертелся тот.

— Успеем выпить. Я драться хочу.

— Так, драться или целоваться?

Толстяк пьяно задумался, закручинился даже. А надумав, заорал на сторону:

— Бой до крови!

— С ума сошел, дорогой. Завтра в министерство на коллегию лететь. Пусть дерутся те, кому положено.

— Они все подставные, - упрямо возразил толстяк.
– Я видел: они нарочно подстроили бой.

— Я им за это плачу.

Но голос восточного мужчины потонул в гаме. Высокое собрание неожиданно приняло сторону толстяка. Впрочем,

Марат Ибрагимович не был обескуражен. А хрена ли ему? Хотят гости забавляться - пусть. Он кивнул главному каскадеру. Тот, так и не сняв шлема, на кивок не побежал; постоял, глухо сказал что-то своим и только после этого двинулся к высокому начальству. Говорили они не долго. Пара слов. Каскадер кивнул, потом сам задал вопрос. Марат Ибрагимович поморщился, но согласился.

— Бой до первой крови, - глухо донеслось из-под забрала.

На свободное пространство раскорякой вывалил один из знакомых бодигардов. Ему бы волыну в руки, а то с мечом он выглядел сущим идиотом.

— Кольчугу, - скомандовал главный. Бодигард напрягся, ожидая распоряжения шефа, не дождался, и теперь пребывал в нерешительности. Один из каскадеров вынес длинную, сетчатую, металлическую рубашку. Под хохот собравшихся охранника облачили, на голову нахлобучили шлем, выдали перчатки. Он их бросил на траву. Андраг его понимал. Оголовок меча и так-то не больно в руках удержишь, а тут еще - негнущиеся чешуйчатые краги. Но главный каскадер настоял на своем. Парню пришлось натянуть латные перчатки.

Бой продолжался с минуту. Толпа хохотала. Толстяк корчился вместе со всеми. Когда охранник захромал из круга, хозяин только поддал ему леща. На черной штанине униформы расползалось кровавое пятно. Даже на траву капало. Парень затерялся в толпе.

— Кто еще желает драться?
– глухо спросил Главный.

Андраг не раздумывал. Чего думать-то? Внутри кипело. Случай таки выпал! Дождался. Что до сигнала Следящих, может пинок в зад и был тем сигналом? А и не будет знака, он все равно ввяжется. Дома бы так, ехидно вякнул Вадим. Там отлынивал. Доотлынивался. То - дома, а то - тут.

Будем считать, ностальгия захлестнула.

Андраг пошел. Как дома, как на настоящем поединке - голова поднята, спина в линейку, жесткий, стянутый резинкой, хвост шуршит по болоньевой спине - прошел три шага, остановился и, приложив ладонь к груди, коротко поклонился. Трое стояли молча - рассматривали. Наконец

Главный кивнул левому. Тот выдвинулся. Правый поднял с травы доспех. Андраг отмахнулся - не стану одевать.

— Бой не состоится, если вы не оденете кольчугу, - глухо донеслось из-под забрала.

— Ставлю сургучный рубль против десяти тысяч, что ты меня не заденешь, - отозвался доброволец.

— Боя не будет!

Плевать они хотели на его заявления! Стало быть, безопасность гостей тожеоговорена и проплачена. Вадим глянул по сторонам. Гости как-то притихли. Еще минуту назад вслед ему неслись смешки. Не иначе, заявление о ставке насторожило. Щас колесики в головах прокрутятся, и пойдет тотализатор. Точно! Он еще медлили, - одевать, не одевать кольчугу, - а за спиной уже понеслось. Ставлю

штуку… Три на длинного… Александр Викторович, сколько ставишь на родственника? Ни хрена, себе…

Ставлю…

Ставлю…

Ставлю…

Главный каскадер кивнул Правому: помоги. Левый скучал на дальнем конце площадки. Андраг подчинился. В ушах пошуршивало, от ускорившегося движения крови. Нетерпение заставляло, переминаться с ноги на ногу.

Но… Расслабился и сделал вид, что он тут цветочки нюхает. Не для каскадеров - в результате поединка он был уверен - для публики. Правый помог натянуть кольчугу, шлем. Перчатки Андраг надел сам. Глаза через узкую щель привычно обежали пространство.

Мы, в танке. Щекотнуть, что ль пузатого, кончиком железки? Прям, руки чешутся. Нельзя!

Марго вся как натянутая струна. Но тоже ставки сделала, родственник же, не много, правда. Не надеется на победу. Задыхается, поди, от злости, что он вылез. И волнуется.

Андраг стоял почти в центре, один шаг - и ты на позиции. Меч он только что не тащил. Кончик чертил по земле. Нехотя так, качнулся в сторону противника и замер пыльным мешком. А Левый то, оказывается, разозлился. Андраг не ожидал настоящей атаки. С бодигардом игрались, с ним решили разобраться сразу и наповал.

Да ты ж, моя лапа! Меч блеснул вниз, к ногам - ранить с первого замаха, и пошел вон с поля.

Андраг не шевельнулся, только чуть подправил траекторию своим клинком. Кисть Левого вывернулась, но оружие он удержал. Пришлось, правда, отступить. Не споткнулся бы, бедный. И - злится. Чего злиться-то? Не видишь - играем. И так играем… И так играем… Зачем прыгать, можно стоять на месте и отмахиваться, как от мухи. Все. Надоело. Прости, парень, учиться тебе еще и учиться. Толпа вот-вот на площадку попрет. Орут как бандерлоги. Марго прыгает. Успокоилась - не убьют - еще и заработает. Завтра премию выдаст на пиво.

Один короткий шаг вперед, согнуть колено. Меч - снизу под гарду. Есть! Левый выпустил клинок. Тот провернулся в ладони, еще и перчатку разворотил. Левый отступил, зажав пострадавшую ладонь под мышкой. К нему тут же двинулись товарищи. Помогли стянуть перчатку.

Крови не было. Но кистью он некоторое время работать не сможет. Андраг безучастно наблюдал за суетой. В поле зрения попался Александр Викторович. Лицо у него запунцовело. Белое родимое пятно в пол щеки, как лишай. Тоже волнуется. Понятно - такой шанс навсегда избавиться от

"родственника". Протолкался к Марго, зашептал на ухо. Та отмахнулась. Горит как свечка. Не чужие бы глаза, бросилась бы Вадиму на шею.

Правый, который помогал одеваться перед боем, сам занял позицию. Теперь подходить пришлось

Андрагу. Да нам разве зазорно? Опять кончик меча потянулся по траве, будто сил нет поднять руку

— умаяли, щас упаду.

Правый оказался куда более холодным и осторожным бойцом. С ним драться было интереснее.

Он не спешил атаковать. Начинал проявлять инициативу, только если бой вовсе затухал. Не пошевелись, так и будут стоять друг против друга, а бабки - мимо. За борьбу характеров Марат