Барон Дубов 5

Густые ели хорошо маскировали нас. Волчонок примостился возле моих ног, готовый к атаке в любой момент, Павел залёг на землю, выглядывая из-под нижних веток.

— Идут в нашу сторону, — прошептал он едва слышно.

Я тихо разбудил задремавшего государя и помог ему спуститься с лошади. Пасть животного заткнул пучком влажной травы. Ещё не хватало, чтобы она заржала в самый неподходящий момент.

— Что? — тряс головой самодержец. — Почему мы сошли с тропы? Где мы? Как же голова раскалывается!

По

сжатым зубам и нахмуренным бровям было видно, что Император в самом плохом расположении духа.

— Ш-ш-ш… — приложил я палец к губам и взглядом показал в сторону пришельцев.

— Не шикай на меня, Дубов, — огрызнулся Александр. — Я тебе не девка, которую в потёмках дворца зажали.

— Отец! — шикнул Павел. — Там какие-то люди. Мы не знаем, кто они, но если бы мы знали, кто они…

— У меня уже голова заболела, сын. Это наверняка гвардейцы из моей личной охраны. Они следовали за нами всю дорогу, но, видимо, что-то их задержало.

— А вдруг нет? — попытался остановить я государя, который направился на выход из укрытия.

— Что значит «нет»? — отмахнулся тот. — Каждый человек в этой стране — мой верноподданный. Да и тут просто некому больше быть.

С этими словами он взял и шагнул сквозь густые еловые ветки. Они тут же сомкнулись за ним, и с той стороны донёсся его голос:

— Приветствую вас, судари! Какое счастье, что вы наконец нас нашли!

Раздался звук передёргиваемых затворов и щелчки взводимых курков, затем возглас:

— Ты кто такой?

И тихий голос Императора:

— Как-то не похожи вы на моих гвардейцев… Те бы меня узнали. Вы новенькие?

Мы с Павлом переглянулись. Похоже, у государя даже в голове не укладывалось, что тут могут оказаться враги.

— Кто ты такой? — снова тот же голос, что и в прошлый раз. Но на этот раз грубее и требовательнее.

— Я — ваш Император… — всё ещё не веря в происходящее, ответил самодержец.

Я вытащил из кобуры револьвер и шагнул наружу, Павел последовал за мной, приставив к плечу ружьё. Стоило выйти из укрытия, как часть оружия тут же нацелилась на нас.

— Ты — Дубов, — коротко бросил один из пришельцев. Судя по виду и уверенности, командир.

— Старший, — подошёл к нему самый молодой из бойцов, на вид лет тридцати, — это же в самом деле Император…

— Приказ есть приказ, — ответил мужчина. — Убьём Императора и Дубова, всё обставим так, будто он убил государя и погиб при этом сам. Или нет… — он хищно улыбнулся, — барон понял, что сотворил, и вышиб себе мозги.

Боец испуганными глазами посмотрел сначала на нас, затем на своего командира и снова на нас. Остальные медленно обступали нас со всех сторон, но никто не решался пока открыть огонь. Они чего-то ждали. Команды.

— Не-не-не, — залепетал боец, — я на такое не подписывался. Если что, я не с ними!

Он попятился назад, развернулся и побежал в лес, но его командир опустил одну руку, вытащил пистолет и, не глядя назад, пристрелил подчинённого.

Суровые

ребятки. Зато их теперь осталось пятеро.

— Какого х… — опешил государь.

Я перекинул револьвер в левую руку, а в правую призвал молот. Придётся биться. Вышел вперёд, заслоняя собой Императора.

Вражеский отряд напомнил мне других бойцов, которые напали на академию. У этих снаряжение разве что цветом отличалось, а состав такой же. Один пулемётчик, другой снайпер. У остальных наверняка тоже есть свои роли.

— Убить их! — приказал командир отряда.

Но прежде чем приказ дошёл до его подчинённых, я бросился в атаку. Мясо немного восстановило мои силы, плюс сердце Ледяного медведя наполнило жилы морозной маной, отчего символы на молоте и револьвере засветились голубым. Я выстрелил, пробивая защиту командира и приготовился ударить молотом, но меня опередили. Вперёд выскочил Император и щедро полил врага лавой. Лес тут же заполнился криками боли.

По нам открыли огонь, мы едва успели спрятаться за деревьями. Атаковали со всех сторон. Павел отпрыгнул в сторону, перекатился по земле и залёг за торчащими корнями. Стал отстреливаться из ружья, но дробь была малоэффективна. Зато прекрасно разряжала их защитные артефакты за счёт обширной зоны поражения. Вот только долго так царевич не протянет. Да и мы тоже.

Пули рассекли царевичу кожу в нескольких местах, повезло, что по касательной. Дальше улетели в лес, разворотив пару деревьев.

Император покачнулся и опёрся грудью о дерево, выглянул и, выставив руку, залил сразу двух врагов лавой. Они умерли в страшных муках, а государь проблевался. Нехило его штормило от сотрясения.

— Дальше сами, — слабо простонал он.

А меня на драку долго уговаривать не надо. Врагов осталось всего двое, пулемётчик и автоматчик, и они отступали, поливая нас пулями.

К счастью, густота леса мешала вести прицельный огонь. Так что я быстро приблизился к ним, прячась за толстыми стволами, и выскочил сбоку. Они успели развернуть оружие в мою сторону, но я ударил молотом по земле, вызвав взрыв морозной маны. Волна инея и льда прокатилась по земле и ощетинилась у ног врагов огромными сосульками. Лёд напоролся на защитные артефакты и разлетелся на куски, разрядив их. Я два раза выстрелил из револьвера, целясь в грудь. Сработали защитные плёнки воинов, но против мощных пуль, проламывающих кости, они оказались бесполезны. Противники упали, силясь вдохнуть.

— Ах вы ублюдки! — прохрипел голос сзади.

Я оглянулся. В дюжине метров от меня стоял чудом выживший командир отряда. Половина его лица обгорела и обуглилась, броня расплавилась и стекла оранжевыми каплями. Как он на ногах ещё стоял?

Он направил на меня пистолет.

— Хотя бы ты сдохнешь! — прокричал он.

Выстрелить не успел. Из ниоткуда выпрыгнул волчонок и вцепился ему в запястье.

— Ах ты шавка мелкая! — взвывл противник, доставая нож и замахиваясь им над головой Альфача.