Барон
Шрифт:
— Если смотреть на ситуацию с этой стороны… — протянул молодой маг. — Можем управиться за один день, если получится.
— Нет, — тут же ответила Адель. — У меня с графом есть определенные соглашения. Я помогаю ему, а он помогает мне.
— И как он тебе поможет?
— Мой род последние годы… и даже больше… испытывает финансовые трудности. Серьезные финансовые трудности, — пояснила девушка. — Пусть у нас есть земли и титул, но дела идут неважно. А если говорить откровенно, то очень плохо.
— И как тебе поможет посещение
— Не только этого. В этом городе есть список мест, которые мне стоит посетить. Граф составил мне карту. Точно также он поможет мне и с другими местами, в которые моя семья отправит свои отряды. Если знать что искать, то можно неплохо заработать. Одна я все проблемы рода не решу, но внесу посильный вклад.
— Да уж, — почесал голову Эдвин. — А почему он мне так не помогает?
Адель на него странно посмотрела.
— А ты просил помочь? Нет? Тогда чему ты удивляешься? Ему нужны были люди для преодоления барьера, я в ответ попросила о помощи. Он тут же согласился.
— Значит, будешь искать в городе артефакты?
— Не только, это ведь далеко не самое дорогое. Графа и его… как ее…
— Эрику, — напомнил Эдвин.
— Точно. Их интересуют документы и результаты опытов исключительно по вампирской тематике. Но эльфы вели разработки в разных направлениях. Войну они проигрывали и искали универсальное оружие против людей. Это могли быть болезни, насекомы, еще что-нибудь. Все эти документы хранятся где-то в города в этих лесах, — она указала на окружающие их деревья. — Работы не были завершены, какая-то часть документов была изъята, что-то утрачено навсегда… Ты помнишь, чем закончилась война с эльфами?
— Эммм… нашей победой?
— Да, если говорить об общем итоге, то закончилась она нашей победой, — согласилась с ним девушка. — Великая осада их столицы, последнего оплота и прибежища эльфов. Долгий и кровавый штурм стен, бои в городе… и такая же долгая осада дворца, в котором последние выжившие готовились принять свою смерть… это все известно. Только мало кто упоминает, и все называют разные причины, почему наша армия так быстро покинула и столицу и другие города, откатившись на территорию империи.
— Если я правильно помню, делать на эльфийских территориях было нечего. После многочисленных битв был шанс умереть попав в ловушку, население империи было не слишком большим, и люди в целом устали от войны. Армия сразу после победы вернулась обратно, где влилась в ряды жителей и занялась восстановлением страны. Мы, как бы, тоже неслабо пострадали.
— Что, и даже не остались на несколько месяцев забрать все ценное и увезти с собой?
— Не знаю, трофеев было много, я помню про них.
— А я посчитала, и получается, что армия уходила сразу после успешного штурма и смерти последнего эльфа.
— Это ты как посчитала? — заинтересовался Эдвин.
— Ну… — замялась девушка. — Прикинула примерную скорость армии, расстояние, даты сложила, потом спросила у графа, еще раз
— Пусть смотрят в другую сторону, — сказал Эдвин. — Пока они туда смотрят, мы в этих городах себе жизнь обеспечим. Ну… я обеспечу жизнь себе и баронству, а ты дела рода поправишь. Это если выживем.
— Да-да, точно, — усмехнулась девушка. — Если выживем. Ты считаешь, в пустом городе может что-то пойти не так?
Эдвин некоторое время помолчал, а потом все же решил ответить.
— Я ничего не считаю. Нельзя относиться к этому как к легкой прогулке, но и как к самоубийству тоже не стоит. Надо быть просто готовым ко всему, и держаться настороже.
— Всегда на стороже, господин барон, — вытянулась в струнку смеющаяся Адель, против воли продемонстрировав… эээ… весьма развитую грудную клетку. Или не против воли. Кто этих женщин поймет.
— Я серьезно, — смог наконец перевести взгляд на ее лицо Эдвин. — Как говорят наши ученые: «это вопрос жизни и смерти».
— Чьей жизни?
— Не знаю.
— А смерти чей?
— Я сам не понял, если очень хочется, можешь сама у них и спросить.
Адель чуть ускорилась, догнала уже известного Эдвину весьма нервного ученого, и начала с ним разговор. Молодой маг внимательно следил, как мужчина выслушал девушку, а затем начал ей эмоционально выговаривать. Девушка замедлилась, и вскоре вновь поравнялась с магом.
— Что-то я тоже не совсем поняла, — смущенно пояснила она. — Вроде бы простой вопрос, а он как закричит. Нервная работа у них, сейчас еще больше из-за города этого нервничают.
— Потом спросим, — поддержал ее Эдвин. — Когда в баронство вернемся.
— Да, так будет лучше всего.
К вечеру, как они ни старались, к городу они не приехали. У Эдвина были определенные сомнения, что и к ночи они до него доберутся. Ученые не останавливались, и при свете многочисленных заклинаний двигались вперед. После удобного тракта пришлось двигаться сквозь лес. Расстояние между деревьями позволяло идти на лошадях друг за другом. Именно идти, никакой скоростью уже и не пахло.
«А ведь могли бы выбрать место, остановиться, завтра найти этот город, куда они так торопятся», — думал недовольный Эдвин, который уже два раза предлагал устроить привал на ночь, пока лошади себе ноги не переломали. Он пообещал себе, что еще час максимум, и он заставит их сделать этот привал. Насколько он понимал, по недовольному виду боевых магов, тем тоже не очень сильно нравилось двигаться ночью по лесу. И если для ученых подвешенные заклинания были полезны, потому что подсвечивали дорогу, то для боевых магов эта была подсветка добычи для всех вокруг. Они не видят дальше трех-пяти метров, зато сами заметны издалека.