Барсук

Макгоуэн Энтони

Роб грязно её обругал, схватил за шкирку и запихал обратно в нору. Тина попыталась вылезти наружу, но Роб упёрся рукой ей в задницу и всё-таки затолкал под землю. Тина исчезла из виду, только из темноты раздавался топот её маленьких лап.

— Порядочек, — сказал Джезбо. Похожая на слизня ухмылка будто приклеилась к его роже. — Быстро давайте к сеткам.

Рич и Роб встали каждый у своего выхода из норы. И у того и у другого в руках был мешок. Я так понимаю, они собирались посадить в мешок барсука, когда тот выскочит из норы и запутается в сетке. Однажды

мне попался на дороге сбитый машиной барсук, он был огромный. Мне бы в голову не пришло запихивать его живого в мешок, даже если бы он попался в сеть.

9

Смех и шутки продолжались до тех пор, пока из норы не донёсся шум. Донёсся он сразу из всех трёх выходов из неё и одновременно прямо из-под земли. Сначала зарычала собака, а потом послышалось шипение, но оно было не похоже на то, как шипят кошки. Скорее такой звук мог издавать дракон или кто-то вроде. Ну то есть кто-то выдуманный, а не настоящий.

Потом, судя по звукам — хрипу, вою и жалобным взвизгам, — завязалась драка.

— Давай, девочка, смелее! — кричал в нору Джезбо.

Это могло даже показаться забавным — что кто-то вот так выкрикивает что-то в темень норы. Но на самом деле ничего забавного в этом не было, потому что под землёй явно творилось страшное.

Ещё страшнее стало, когда шум умолк и повисла тишина, такая глухая, какая бывает только в открытом космосе.

— Дьявол, — ругнулся Джезбо.

Никогда ещё на моей памяти не было так тихо, как после этой драки. Казалось, что всё в мире замерло. Ветер больше не шелестел листьями и травой, надоедливое чириканье воробья и то утихло. Заткнулись даже Сатана с Шалавой.

А потом Джезбо начал грязно ругаться.

Рич с Робом подошли к главному выходу из норы.

— Где наша Тина? — спросил Роб.

— Заткнись, — огрызнулся Джезбо.

Если бы его заткнул кто-то другой, Роб точно бы психанул. Но он, как и все, побаивался Джезбо — побаивался достаточно сильно для того, чтобы сдержаться. Во всяком случае, в этот раз.

— Мы заведём другую собаку, — сказал Рич. — Нормальную. А эта Тина была тупой сукой.

Джезбо с Робом рассмеялись, но, мне кажется, Рич и не думал острить.

10

— Ладно, давай выкопаем этих барсуков, — сказал Джезбо и ткнул пальцем в Кенни: — Ты. Иди сюда.

— Зачем? — спросил Кенни. Он уже больше не улыбался. Даже до него дошло, что случилось что-то нехорошее.

— Затем, что я так сказал. — Джезбо сунул в руку Кенни лопату. — Начинай отсюда.

Как я уже говорил, основной тоннель проходил вдоль края лощины, так что докопаться до него было нетрудно.

Но землекоп из Кенни был ещё тот. Джезбо скоро устал смотреть, как он неумело ковыряется в земле, отобрал у него лопату и позвал Рича с Робом. Они втроём принялись за работу, а нас с Кенни отправили сторожить перекрытые сетками выходы из норы.

Джезбо

работал как сумасшедший. С бешеной силой втыкал в землю лопату, с каждым ударом вскрывая ещё кусок барсучьей норы. Рич с Робом старались не отставать. Рич шуровал второй из имевшихся лопат, а Роб подобрал здоровенный сук и работал им, как ломом. Он долбил землю, а его брат откидывал её лопатой. Очень скоро они таким образом раскопали около трёх метров барсучьего тоннеля.

Наверно, пока они увлеклись работой, мы с Кенни могли бы убежать, но я понимал, что рано или поздно Джезбо нас хватится и догонит.

Останавливало меня не только это.

В глубине души мне хотелось увидеть, чем всё кончится.

В каждом движении Джезбо сквозила какая-то шальная мощь. В него будто бы вселился чёрт. Наблюдать за ним было неприятно и даже жутковато, но оторвать взгляд не получилось бы при всём желании.

Правда, кое-что я всё-таки сделать мог.

Оставив Кенни у одного выхода из норы, я отошёл к другому. Убедился, что никто на меня не смотрит, и незаметно, ногой убрал перекрывавшую его сетку.

Потом встал в стороне и принялся ждать.

11

Барсуки — это вам не кролики. Просто так в сеть они не ломанутся. Мозгов у них для этого хватает.

Джезбо с приятелями копали вдоль края лощины. Боковых ответвлений у норы не было, так что дело продвигалось быстро. Скоро они доберутся до барсуков и устроят им кровавую баню.

Тут в глубине выхода, возле которого я стоял, мелькнуло что-то чёрное с белым.

Я не понимаю, зачем барсукам этот их чёрно-белый полосатый нос. Маскироваться он им не помогает, наоборот, сразу бросается в глаза. Но, с другой стороны, может, в том-то и фишка: может быть, барсуки — страшно крутые твари, и полоски у них на морде предупреждают встречных, типа, «только тронь — я тебе башку откушу».

При встрече с диким животным — в смысле таким, которое не то чтобы очень часто видишь, — у меня всегда перехватывает дыхание. Вот и сейчас я на миг забыл о Джезбо с его приятелями.

Собственно, в этот миг на целом свете для меня существовали только я сам и эта чёрно-белая полосатая мордочка.

Я замер и боялся шелохнуться, чтобы не спугнуть её обладателя. Мордочка показалась было на свет, но тут же юркнула обратно в темноту.

— Чё, не видать барсуков? — донёсся до меня голос Джезбо.

Я поднял взгляд. Джезбо смотрел на меня в упор. Казалось, он что-то подозревает.

Я пожал плечами:

— Не-а. Может, там вообще пусто.

— Пусто? Ты чё, совсем тупой? Кто ж тогда прикончил Тину? Долбаные червяки-убийцы, что ли?

Рич с Робом залились шакальим смехом — как будто Джезбо говорил не про их собственную собаку, с которой они играли ещё каких-то полчаса назад.

Ответа от меня он не ждал, так что я промолчал. А сам Джезбо, сострив, похоже, сразу про меня забыл. Он спросил Кенни, не заметил ли тот чего. Кенни ответил, что нет, и Джезбо продолжил копать.