Башни Латераны 3
Шрифт:
Пол был вымощен грубо отёсанными плитами, потрескавшимися и неровными, кое-где между ними пробивалась какая-то бледная, безжизненная поросль пещерного мха. В самом центре зала возвышалась кладка колодца, сложенная из тёмного, гладкого камня. Края его были стёрты, а на одной стороне виднелись глубокие борозды — от веревок, которыми в свое время спускали тела сверху.
Вокруг колодца, раскинувшись в нелепых позах, лежали тела. Десять человек в чёрных рясах с алыми знамениями Триады — кто-то ничком, кто-то навзничь, кто-то скрючившись, будто пытался уползти.
В углу, вжавшись в стену, сидела девушка-провожатая из Змей, лицо у нее было серым…
Воздух в зале был тяжёлым и спёртым, пахло кровью, старой пылью и чем-то сладковатым — то ли тленом, то ли благовониями, которыми Инквизиторы окуривали свои рясы. Где-то в глубине колодца едва слышно капала вода, и этот мерный звук — кап, кап, кап — был единственным, что нарушало мёртвую тишину.
— Интересно получается… — цедит сквозь зубы Альвизе задумчиво потирая подбородок и глядя на молодую Змейку-провожатую: — значит изначально святоши к Старому Чинатре обратились чтобы груз доставить… но почему же тогда Змеи сбросили груз в катакомбы, да не просто в катакомбы, но в каменный колодец?
— Я… я не знаю! Пожалуйста, уберите ее от меня!
— Хм. Оставь ее, Гримани.
— Да какого черта! — Беатриче выпрямляется и убирает нож в кармашек на своей перевязи через плечо: — вы что совсем размякли что ли? Эта змеиная потаскушка обманывала нас!
— Все еще не собираюсь ссориться с Чинатрой… — замечает Альвизе: — да и толку от нее мертвой никакой, кроме твоего личного глубокого чувства удовлетворения.
— Даже если и так!
— А это я тебя нанял, Гримани, я — тебя, а не ты меня. Ты на меня работаешь и это твоя задача — чтобы я глубоко удовлетворенным остался, а не наоборот. — Альвизе поворачивается к Лео, который деловито обшаривает лежащих: — нашел что-нибудь?
— Хорошие арбалеты. — Лео поднял один из них, взвесил в руке, проверил натяжение тетивы. — Гильдейская работа, не дешевка из рабочих кварталов что на коленке собирают. Такие в оружейных лавках по пять золотых за штуку идут, если без наценки. Четыре штуки, все целые. Болтов к ним — по дюжине на каждого, в кожаных подсумках. Наконечники калёные, не ржавые. Кто-то следил за снаряжением. — он пожимает плечами: — конечно им не помогло, но все равно молодцы.
Он отложил арбалет и перешёл к следующему телу, деловито обшаривая карманы и пояс: — Неплохой меч. — он вытащил клинок из ножен, повертел, поднял к свету магического светильника, разглядывая клеймо на лезвии: — альберийская кованая сталь, судя по клейму — мастерская какого-то Готфрида, не слышал про такого, но сталь хорошая. Заточка верная, хороший угол по всей длине, у солдатских мечей такое в редкость. Рукоять обмотана акульей кожей, гарда простая, но добротная. Такой лет двадцать прослужит, если не ронять на камни и точить вовремя. Ножны тоже хорошие, пусть даже с медной оковкой. Добротный рабочий инструмент. Такой бы я себе оставил.
— Из твоей доли вычтем. — говорит Альвизе: — что там дальше?
Лео аккуратно положил меч рядом с арбалетами и продолжил обыск: — Деньги… — он высыпал на ладонь содержимое нескольких кошельков. — Почти двадцать золотом, если всё вместе сложить. У рядовых — по паре серебряных монет и медная мелочь, видать на еду и ночлег выдавали. А вот у старших… — он подкинул на ладони увесистый кошелёк тёмной кожи с вытисненным на нём знаком Триады. — Тут одних флоринов на дюжину, да ещё дукаты имперские, четыре штуки. Квестор при деньгах был.
Он отложил кошельки в сторону и склонился над телом самого Квестора. За то время, что Лео знал Альвизе
— У Квестора — приметный перстень. — продолжил Лео и стянул с негнущегося пальца массивное кольцо с чёрным камнем в серебряной оправе. — Оникс, если не ошибаюсь. Или обсидиан. Внутри какая-то гравировка, не разберу… может инициалы, может девиз. Ещё медальон Инквизиции на серебряной цепочке, приметная штуковина, такое лучше или переплавить или выкинуть…
Он отложил перстень к остальной добыче и вытащил из-за пазухи мертвеца пачку бумаг, перевязанных бечёвкой.
— Бумаги на «совершение действий во благо Истинной Веры и посрамление Врага Человечества»… — он развернул верхний лист, пробежал глазами. — Печати настоящие, подписи тоже. Такая бумажка даёт право на обыск, допрос и задержание без санкции местных властей. Серьёзный документ. Письма тоже есть, но все каким-то шифром написаны, не прочесть… буквы обычные, а слова — бессмыслица какая-то. Что ещё… — он огляделся, потом снова наклонился над телами. — Чётки у каждого, деревянные, с серебряными бусинами через каждые десять. Молитвенники в кожаных обложках, именные — у кого-то имя выдавлено, у кого-то чернилами подписано. Носовые платки, у одного — с вышитыми инициалами, дорогой, шёлковый. Фляжки — у троих нашёл, в одной вода, в другой что-то покрепче, в третьей — пусто. Кресала и трут у каждого, в кожаных мешочках. Ножи поясные, простые, для еды и мелких дел — ничего особенного.
Он выпрямился, отряхнул руки.
— У одного из магов — интересная штука. — Лео вытащил из кармана мертвеца небольшой футляр из полированного дерева, открыл его. Внутри лежали стеклянные пробирки с какими-то жидкостями, плотно закупоренные пробками. — Алхимические реагенты, судя по цвету. Или яды. Или лекарства. Не знаю, я в этом не разбираюсь, но выглядит дорого. Ещё у него же — записная книжка с какими-то формулами и рисунками. Похоже на схемы заклинаний, но почерк такой, что чёрт ногу сломит.
— У второго мага — кольцо с камнем, но камень треснул. — он показал кольцо остальным. — Видать, когда кастовал что-то — перегрелось. Бывает такое с дешёвыми накопителями. Ещё — мешочек с каким-то порошком, белым, мелким. Понюхал — ничем не пахнет. Может соль, может что-то для ритуалов.
Лео сложил всё найденное в аккуратную кучку рядом с колодцем.
— Всё. — поднимает голову он: — что с деньгами? Добыча?
— Добыча. — кивает Альвизе: — делим поровну. Видишь, какой я добрый, Беа?
— Пф. Конечно добыча. — фыркает Беатриче, осматривая подобранный арбалет: — что с бою взято, то поровну делится. Не надо тут благотворителем себя выставлять.
— До чего же ты вредная. Ладно… кто спускаться вниз будет?
— Пусть Штилл вниз лезет, у него фонарик магический. — отзывается Беатриче: — а мы сверху постережем.
— Я вниз не полезу. — отвечает Лео: — в самую жопу мира, туда где Двери Преисподней? Дудки.
— Ты ж вроде не суеверный? В Академии обучался?
— И чего? Если грамотный, то значит демоны тебя не сожрут? Между прочим, демоны существуют. И преисподняя тоже, откуда порталы открывались и адские легионы перли во время Третьей Демонической? Это как раз установленный научный факт. А у меня семья… — говорит Лео, выпрямляясь и взвешивая кошелек в руке.