Башня Богов

Карелин Антон Александрович

Наивный.

Впереди была одна скромная ступенька, она тянулась вправо и влево до краёв гигантского зала. Пожав плечами, я взошёл на неё, и тут же произошли две вещи. Во-первых, справа и слева из пола поднялись чёрные чаши-факелы, в которых зажглось пламя… серого цвета.

А во-вторых, вокруг стало светлее. Я поднял глаза и остолбенел: сверху, из центра искусственного неба выступало ЛИЦО размером со стадион. Оно было белым и контрастировало с чернотой Башни. Черты обрели резкость и объём, два светлых кристалла стали глазами. Казалось, это женское лицо, но оно принадлежало скорее равнодушной и безжалостной Силе, чем живой и чувствующей

женщине. Тем не менее, лицо было почти человеческим. И оно смотрело прямо на меня. Неужели Башня самолично снисходит до каждого крошечного существа, которое вступает в неё?

– ЗАЧЕМ ТЫ ПРИШЁЛ? – спросило лицо.

Строгий женский голос был полон такой силы, что я не испытал ни малейших иллюзий: если сейчас она прикажет убить себя, я это сделаю. По меньшей мере, попытаюсь.

– Я должен понять, что происходит.

Как слабо звучит мой голос.

– ЗАЧЕМ? – от силы этого вопроса меня шатнуло, как листок.

– Чтобы спасти свой мир!

– ДОКАЖИ, ЧТО СПОСОБЕН.

Сверху ударил всполох света, он разделился на два: один вошёл в пол, а второй мне в солнечное сплетение. Я ощутил невиданный прилив сил, словно переродился, а в месте второго удара возникло поджарое, хищное существо. Оно напоминало волка, но с двумя головами на длинных шеях – в одной пасти мерцало пламя, а в другой дышала вьюга. Зверь был крупнее, и мог легко со мной расправиться: ударом когтей, смертельным укусом или дыханием одной из своих стихий. В обычной жизни я бы бросился наутёк, даже зная, что далеко не убегу.

Но сейчас я стал не Яром Соколовым, а кем-то большим, меня переполняли сила и решимость. Это напоминало «туториал», обучение в играх: когда игрока на время делают крутым и дают мощные артефакты, чтобы показать игру во всей красе. Здесь же наоборот, вдохнули силу, чтобы я показал себя.

А если это испытание, то должен быть способ справиться, шанс на победу. Иначе в происходящем нет смысла – безоружный человек, даже усиленный, просто умрёт. Я заметил на периферии зрения призрачный символ. Усилием воли потянулся к нему, и передо мной раскрылся прозрачный интерфейс, мелькнула россыпь красочных картин.

Зверь прыгнул. За секунду, в которую хищно вытянутое тело преодолело разделявший нас десяток метров, я успел разглядеть лишь половину картинок – разум моментально выделял те, что больше подходят. Три символа: портал телепорта, удар молнии, молот. Я абсолютно неосознанно выхватил из инвентаря молнию и саданул ей в летящую фигуру, одновременно перекатившись вбок.

В обычной жизни никогда бы так не смог. Слишком быстро, точно, эффективно – я действовал, как супергерои в кино. Только у них были верёвочки, каскадёры и убыстренная съемка с красивой компьютерной графикой. А у меня кое-что получше: сила, которую Башня вдохнула, чтобы позволить ничтожному смертному показать, на что способен. Получив эту силу взаймы, я из обычного человека стал… героем игры?

Шок от молнии парализовал волка в полёте, он приземлился не на лапы, а прямо на морды и грудь, ударился и проехался по полу; только после этого смог вернуть контроль над мышцами, вскочил, развернулся и тут же выдохнул волну огня.

Но я не ждал, пока он приземлится и развернётся, а успел рассмотреть остальные картины в инвентаре.

Щит.

Гипнотический глаз.

Импульсный жезл-автомат, как будто из техно-фэнтези.

Тонкая

светящаяся плеть из множества нитей.

Густое облако насекомых.

И, наконец, протянутая рука.

Несмотря на скорость происходящего, я прекрасно понял значение каждой из этих способностей. Сказывался и огромный игровой опыт, ведь за свою жизнь я придумал и расписал тысячи разных умений, способностей, заклинаний. И идеальная, филигранная прорисовка каждой картины: по их очертанию, настроению и цветам, по всем деталям становилось интуитивно-ясно, что имеется в виду.

Портал телепорта был бегством. Я почти не сомневался, что, применив его, выпаду обратно в свою квартиру и потеряю шанс вернуться в Башню. Не зря этот символ шёл первым, он испытывал трусов.

Молот предлагал вступить со зверем в прямой физический бой. Тонкая энерго-плеть была более изощрённым орудием для того же, а рой насекомых и импульсный жезл позволяли драться на расстоянии.

Глаз означал попытку подчинить себе волю волка, а рука – примириться с ним.

И, наконец, щит, чтобы закрыться от атаки.

За какие-то доли секунды я выбрал щит и молот и отбросил всё остальное, и лишь после боя осознал, почему сделал такой выбор. Пытаться доминировать сразу две головы, два разума? Глупо. Предложить примирение монстру, который питается такими, как я? Малореально. Атаковать насекомыми и энергоплёткой – довольно мерзкие способы, мне они были не по душе. К тому же, я инстинктивно понял, что энергоплеть самое крутое оружие из всех, что мне дали – но и самое сложное. Ей нельзя было научиться пользоваться за секунду.

Я понял, что зверь сейчас заревёт и выпустит стихию, поэтому закрылся щитом. Вовремя. Когда поток огня разбился о щит и, клубясь вокруг, начал спадать, я уже выхватил молот. Ведь после выдоха монстр обязательно прыгнет снова, и мне нужно встретить его с оружием в руках.

Я принял прыжок на щит, расставив ноги, чтобы увеличить упор, но сила удара всё равно сдвинула меня назад. С каждой стороны щита ко мне пыталось прорваться по оскаленной морде. Слева огненная голова, которая уже выдохнула, а в пасти справа синела вьюга, готовая вырваться. Чтобы не дать ей дохнуть мне в лицо, я изо всех сил ударил молотом по ледяной голове.

Хруст, рёв одной головы и визг другой, во все стороны брызнули льдинки. Молот покрылся изморозью, а голова безжизненно повисла.

Мощный удар лапы отвёл щит, и вторая пасть почти впилась мне в голову. Смерть буквально смрадом дохнула в лицо. Я успел отшатнуться, и клыки вошли в плечо. Боль была рвущая и почти раскалённая, от нестерпимого зуда хотелось забиться в бешенстве, пытаясь выдрать из себя этого проклятого зверя. Изо всех сил хотелось кричать, как будто крик жертвы способен помешать хищнику её прикончить.

Я не поддался инстинктам и не сделал ничего из этого, потому и выжил. Отпустив уже ненужные щит и молот, выхватил импульсник и разрядил его волку прямо в глаз. Чудище содрогнулось и осело, обе головы были мертвы. Я упал вместе с ним, потому что пасть не разжалась и повлекла за собой.

Секунды бились синхронно с толчками моей крови. Я победил, стучало в голове, победил! Ну же, пусть труп волка исчезнет, испытание пройдено… это же только игра… игра… В голове мутилось, кровь текла по плечу, груди и спине. Но волк не исчезал, и я понял, что испытание не завершено. Если сейчас потеряю сознание и истеку кровью, то умру по-настоящему.