Башня
Шрифт:
А еще, на одном из разворотов он увидел четверых молодых людей, сидящих на лестнице замка. Судя по подписи, сделанной рукой Ровены, это были сами Основатели.
«Друзья, семья и что-то больше. Я, Сал, Годри и Хель»
Салазара и Ровену Гарри узнал сразу - несмотря на то, что на этом рисунке мужчина был вполне еще человеческого облика: высокие скулы и черные волосы не оставляли сомнений в его имени. Он, обнимая за талию прильнувшую к его боку Рэйвенкло, недовольно косился на Годрика, иногда показательно фыркая и выгибая тонкие брови. Справа от него, опираясь на меч, сидел Гриффиндор, одетый в кольчугу, видную из-под темно-коричневой с алым мантии. У него были длинные темно-рыжие волосы и короткая аккуратная бородка.
Тонкая вязь линий и нежные акварельные цвета только добавляли этой картине изысканности и изящности простоты. Гарри восторженно покачал головой, проводя по рисунку кончиками пальцев. Хельга захихикала, кинув в него небольшой букетик, Годрик ткнул палец мечом, а Сал и Ровена совершенно одинаково нахмурились, недовольно глядя на пришельца.
Еще раз быстро пролистнув тетрадь, он нашел еще несколько подобных рисунков, но решил оставить их рассмотрение на потом.
Вернувшись в начало, он принялся за чтение.
* * *
Дневник Ровены Рэйвенкло
* * *
Запись первая.
Я начинаю вести этот дневник, когда за моим супругом закрывается дверь, запирая мою клетку. Отныне я живу здесь, в Запертой Башне Слизерин-мэнора.
Меня зовут Ровена Рэйвенкло-Слизерин, и я считаюсь одной из самых сильных ведьм нашего времени, но даже я не представляю, как выбраться из этой Башни. Нет, я не собираюсь сдаваться и отказываться от борьбы - так или иначе, но я найду способ вновь обрести свободу, доказать Салу, что я равна ему по силе и уму. Что, даже будучи полностью свободной, я никогда не покину его, мою первую и единственною любовь. Мой подозрительный супруг…
Я говорю ему это постоянно, но он не верит. Он говорит, что это все самообман, что я откажусь от него, встретив кого-то более красивого и доброго, что я не могу любить то чудовище, каким он стал от своих многочисленных экспериментов с темной запретной магией. Иногда мне кажется, что он недоволен тем, что случилось с тем красивым телом, каким он обладал в прошлом…Но иногда, в его взгляде на зеркало я вижу мрачное удовлетворение и триумф - он восхищен тем, насколько смог приблизится к облику и власти Великого Нага, Бога-змея, покровителя темной магии.
Я его не понимаю. Но мне все равно. Моя любовь схожа с помешательством.
В эти мгновения я как никогда ясно понимаю, что я все равно прежде всего женщина - не маг, не артефактор, не исследователь, а именно женщина, безраздельно любящая своего мужчину и готовая ради него на все.
Когда, уйдя из Хогвартса вслед за Салом, я скиталась по землям Англии, Уэльса, Шотландии, Ирландии, по бесчисленным магическим островам и даже некоторым тайным рощам материка, я все ночи напролет вспоминала каждую черточку своего возлюбленного - его высокие скулы, тонкий подбородок, кривую ухмылку…И я, что до сих пор удивляет и меня саму, ничуть не ужаснулась его измененной, полузмеиной внешности, которую я увидела, найдя скрытый в болотах Слизерин-мэнор. Словно бы, приближаясь к цели, уже ожидала подобного.
Он тоже не был удивлен моей настойчивости. Уж кто-кто, а он знал, что в упрямстве и целеустремленности я переплюну даже старину Годри. Только вот он не подумал, что я останусь с ним даже после того, как увижу его новую внешность. Какие мужчины, в сущности, дураки, считающие, что нам, любящим их женщинам, хоть немного важна внешность избранника! Я любила его властность, ум, силу и увлеченность, граничащую с фанатизмом, а уж то, как он выглядит, было совсем не важным для моего исстрадавшегося сердца.
Я знаю, что и он любит меня - пусть он никогда не говорил об этом прямо, но в его темно-красных глазах это читается так легко, словно бы он был неразумным учеником, а не мастером в ментальных науках. Он не хотел, или не мог, скрыть это чувство от меня.
И вот, боясь потерять меня, он запер меня в этой Башне, дав все, что нужно для роскошной жизни - и это, по моему мнению, лучшее доказательство его любви. Странной, но такой яркой и пламенной. Он впервые чувствует страх, мой черный король, страх, сводящий его с ума. И мне это тоже нравится. Возможно, я, как и он, схожу с ума, погружаясь все глубже и глубже в пучину темной страсти. Ненормальной, противоестественной…но мне все равно. Я счастлива.
Но я все равно буду искать выход из Башни, даже если не собираюсь им пользоваться. Это вопрос чести. Я, Ровена Рэйвенкло-Слизерин, начинаю этот дневник, чтобы найти путь из самой крепкой в мире клетки, клетки, способной запереть в себе даже Бога, и я клянусь, что найду выход.
Да будет Магия мне свидетелем!
* * *
Запертая Башня
* * *
Гарри пораженно читал аккуратные строки, выписанные четкой уверенной рукой женщины, умершей тысячу лет назад.
Он все еще не мог поверить, что в его руках находится ключ к освобождению. Многочисленные формулы, рецепты, заклятия, рунные цепи - все, что было записано в этой тетради, несло в себе ключи к разгадке щитов, наложенных влюбленным Салазаром Слизерином на Башню. И Гарри найдет выход. Сам он, быть может, и не способен распутать такие сложные заклятья темной магии, что окружили это место, но вот вместе с Ровеной, оставившей ему в наследство свою тетрадь…В конце концов он всегда был на редкость удачлив! Поправив на переносице очки, принесенные в Башню невидимым домовиком, Поттер улыбнулся своим мыслям. А затем принялся сверять рунные цепочки на потолке комнаты с нарисованными в тетради Рэйвенкло, благодаря небеса за то, что всю эту неделю исправно изучал словари и справочники по Древним Рунам.
* * *
Площадь Гриммо, 12
* * *
В полумраке не слишком хорошо убранной столовой за большим столом восседал Орден Феникса.
Альбус Дамблдор, постукивая пальцем по столешнице, недовольно оглядывал пришедших на первое собрание в штабе людей. Сегодня их было совсем немного, собрались только те, кому директор полностью доверял: Аластор Грюм, супруги Уизли, Арабелла Фигг, Минерва МакГонагалл и Северус Снейп. В углу, уткнувшись носом в старую тетрадь, прихлебывал кофе оборотень - незваный гость собрания. Точнее его попросту не пригласили - чересчур умному Люпину Альбус начинал все меньше и меньше доверять - но, прибыв в особняк, обнаружили его в столовой. Понимающе улыбнувшись, так что у старика свело зубы, этот невозможный мужчина кротко спросил, пристально глядя на переносицу директора:
– Вы забыли прислать мне приглашение?
Альбусу оставалось только согласиться.
И вот теперь они сидели здесь и ждали опаздывающего Сириуса. Альбус скрипнул зубами. Юный отлученный Блэк тоже начал думать своими мозгами, или, по крайней мере, прислушиваться не к его, Альбуса, советам, а к словам своего любовника - поганого оборотня, планомерно отдаляющего партнера от Ордена Феникса. Подумать только - Сириус не хотел пускать сюда орденцев!
Когда он, плюнув на оборотня, похоже планомерно «забывающего» спросить любовника о новом месте штаба, и пошел к Сириусу сам, то был просто поражен отказом гриффиндорца. Директору понадобился не один час, чтобы убедить этого пса в том, что это на сегодняшний день единственный безопасный вариант расположения их штаба.