Бастер, ко мне!

Бинз Арчи

– Доброе утро, сын, – сказал он, мельком взглянув на Клинта.

– Доброе утро, папа.

Ему хотелось сказать отцу о том, какое чудесное нынче утро, но отец, видно, спешил и ему было совсем не до того. Когда Клинт вышел из дому с ведром в руках, Бастер, как всегда, вылез из ящика, а из-за угла выбежали собаки. Но сегодня тюлень не торопился и после душа полез обратно но ступенькам к себе в ящик, как будто не доспал и решил полежать еще немного.

Клинт пошел в коровник в сопровождении собак. Весна настраивала его на мечтательный

лад, и он доил машинально, думая совсем о других вещах, как вдруг молоко кончилось. Клинт удивился, что подоил так быстро, и был совсем поражен, когда увидел, что в ведре едва ли на четверть молока.

– Так не пойдет, Джуна, – сказал он. – Придется тебе дать еще.

Он снова принялся доить, но нацедил лишь несколько струек. Джуна тревожно задвигалась и угрожающе подняла заднюю ногу, словно желая лягнуть его за то, что он не понял намека.

– Как хочешь.

Он встал и понес почти пустое ведро в дом. Это была загадка, а Клинт любил разгадывать загадки. Отец же был настроен совсем по-другому.

– Не могло же за ночь у коровы пропасть молоко! Вернись и закончи дойку.

– Но больше нет молока, папа. Я доил до тех пор, пока Джуна чуть меня не лягнула.

– А ты не отдал все остальное молоко своему тюленю?

– Бастера даже не было в коровнике.

Отец хотел было сам идти в коровник доить Джуну, но потом велел Клинту поставить ведро на место.

– В следующий раз я пойду сам доить. А теперь занимайся другими делами.

Когда Клинт снова вышел во двор, утро уже не казалось ему таким приветливым. Отец был по-своему прав, решив, что он не умеет доить, а ведь он старался изо всех сил! Ладно, пусть отец сам попробует.

Вечером отец отправился доить корову и принес полное до краев ведро.

– Нет, молоко у Джуны не пропало, сын. Отец больше не сердился. Он сказал «сын». Клинт знал – все в порядке.

– Очень хорошо, папа. Значит, Джуна просто меня обманула.

Он пообещал себе, что утром надоит столько же, сколько отец. Он встал и оделся вовремя, но когда зашел за ведром, то увидел, что его уже нет. И Бастера не было в ящике. Клинт пошел один кормить кур. По крайней мере это-то дело ему доверяли!

Он шел по двору, когда отец окликнул его:

– Клинт, зайди в коровник на минуту!

Он подошел. Отец стоял у двери, держа в руках ведро.

– Загляни-ка сюда! – Он указал внутрь.

Возле Джуны, опираясь на передние ласты, стоял Бастер и, захлебываясь от удовольствия, сосал молоко.

Клинт сам шлепнул Бастера и выгнал его из коровника.

Но тюлень вовсе не обиделся. Его отшлепали и выгнали, но он решил, что это все равно что утренняя возня на траве, и по дороге к дому резво ковылял вслед за Клинтом и лопотал по-своему, что-то рассказывая.

Клинт не слушал его. Он думал о том, как получше закрывать дверь коровника: это надо сделать по возвращении из школы. Проем небольшой, но Бастеру этого вполне достаточно, чтобы, просунув нос, потом втащить и все свое обтекаемое тело.

Дверь

можно исправить за полчаса. Но следует подумать и о другом. Бастер оказался сообразительным, энергичным, способным на выдумку, каким и должен быть тюлень. А раз он сумел пробраться в коровник и подоить корову, значит, от него следует ждать и новых проказ.

БАСТЕР-ТРУС

Начались каникулы, и приятели Клинта с Биг Ривер приехали к нему в гости, что случалось не очень часто. Прибыли они незадолго до полудня в лодке Декеров со старым подвесным мотором мощностью в две лошадиные силы.

Клинт и Бастер ждали своих гостей на берегу. Из моторки вылезли Лен Декер, годом старше Клинта, его младший брат Фил и Джордж Лоусон, ровесник Лена, но пониже его ростом и поспокойнее.

Фермы Декеров и Лоусонов находились в дельте реки к северу от дома Барлоу, поэтому, помимо школы, Клинт встречался с мальчиками довольно редко. По субботам и воскресеньям они помогали своим родителям по хозяйству. По окончании школы им предстояло работать на ферме – их судьба уже была решена. Иногда Клинт даже завидовал им: он чувствовал себя неустроенным, а они твердо знали, что их ждет.

Когда лодка подошла к берегу, Лен крикнул:

– Привет, Клинт! Ты, наверное, уже устал нас ждать, а?

Тоненьким голосом к нему присоединился и Фил:

– Это и есть твой тюлень, Клинт? Какой хорошенький!

Джордж Лоусон только приветливо помахал рукой.

Они вылезли из лодки. На всех троих были одинаковые синие джинсы, ситцевые рубашки и старенькие кеды. Кожаные куртки и свитеры остались в лодке. Лен держал в руках ружье, и у всех были пакеты с сандвичами.

– Мы собирались приехать пораньше, – объяснил Лен, – но отец заставил меня закончить пашню.

Фил знакомился с Бастером, который приветливо полаивал, но совершенно ясно говорил, что пока еще плохо знает мальчика.

– Ну просто симпатяга! – сказал Фил. – Вот бы нам такого: больше ничего не надо, только тюленя.

– Еще будет, – пообещал ему Лен, – хотя, впрочем, родители не разрешат тебе его держать. Тюлени ужасно надоедливые. – Лен был выше Клинта, но коренастый, поэтому он казался ниже. А выражение его лица было то приветливым, то недоверчивым. Он осмотрелся, задержав свой взгляд на оконечности мыса. – Прежде всего, я думаю, нам стоит поесть.

– Мама ждет нас к обеду, – сказал Клинт.

– Вот здорово!

– Очень любезно с ее стороны. Но Лен покачал головой:

– Когда мы захотим есть, съедим наши сандвичи. А после обеда нам целый час не разрешат купаться.

– Купаться еще холодно, – заметил Фил.

– Тебе холодно, а мне нет! – огрызнулся Лен. – Сначала посмотрим, как купается Бастер; для этого мы и приехали. – Он окинул Клинта насмешливо-недоверчивым взглядом. – Ты уже научил его плавать?

– Он за всю свою жизнь еще ни разу не был в воде, разве что под душем из шланга.