Бастионы Дита
Шрифт:
— Но я не могу. Я не совсем здоров.
— Вы абсолютно здоровы. Вот заключение врачей: кровоподтёк на левом бедре, пять царапин на различных частях тела, комплекс неполноценности, комплекс вины, умеренное пристрастие к галлюциногенам — это часто бывает у темпоральных пилотов, а в остальном полная норма.
— Лучше будет, если это сделает кто-нибудь другой.
— Почему? Неужели вы совершенно лишены честолюбия? Да ведь вам в каждом городе поставят памятник! Люди будут молиться на вас! Подумайте, сколько человеческих жизней вы спасёте! Благодаря вам мир и процветание станут уделом
Изменится вся история! Каин никогда не убьёт Авеля! Никогда человек не поднимет руку на себе подобного. Все станут братьями! Не будет войн, мучений, насилия, преступлений. И все это — благодаря вам!
— Не знаю… Во всяком случае, мне надо подумать.
— Думать как раз и некогда. Один час может решить все, и вы это прекрасно понимаете. Спасите человечество, спасите свою семью, спасите самого себя! По возвращении я гарантирую исполнение любой вашей воли. Вы сможете поселиться в каком угодно месте и каком угодно времени. Если захотите, сможете вернуться к прежней жизни. Сейчас я подготовлю необходимые письменные обязательства. Их копии вы возьмёте с собой.
— Дело не в этом, — сказал Эв. — Я просто боюсь. Вдруг у меня что-то не так получится.
— У вас все прекрасно получится. Своё дело вы знаете безукоризненно. А всю ответственность я беру на себя. Вот приказ с изложением поставленной перед вами задачи. В любом непредусмотренном случае я один отвечаю перед судом — военным, уголовным, божьим. Теперь к делу. Лаборатория, в которой изготавливают это средство, расположена в римских катакомбах второго века нашей эры. Там же вы получите и подробные инструкции. Окончательная ваша цель — середина архея, время зарождения жизни. Вещество должно войти составной частью в формирующиеся структуры аминокислот. Только тогда оно даст эффект. На сборы и подготовку остаётся ровно двенадцать часов. Вам все ясно?
— Ясно.
— Я рад за вас. Иного ответа я и не ожидал. Желаю удачи. Вы свободны.
«Боже, — подумал Эв, выходя из кабинета. — Уже и до Архейской эры добрались.
Неужели все, что говорил генерал, — правда?»
Рим, окружённый каменными стенами, весь в зелени, белый, кремовый и светло-коричневый, похожий сверху скорее на курортное местечко, чем на столицу мировой державы, мирно раскинулся на своих семи холмах. Жёлтый Тибр сверкал на солнце и, петляя, устремлял свои воды к морю.
Эв посадил свой бомбардировщик на маленький аэродром, затерянный среди виноградников и масличных рощ. После проверки документов его под конвоем шести легионеров отправили в город.
Легионеры, по виду ветераны, шли не спеша, закинув щиты за спину и расстегнув шлемы. Когда какая-нибудь богато украшенная колесница, запряжённая парой, а то и четвёркой лошадей, обгоняла их, они плевали ей вслед и потрясали кулаками. Из их разговоров Эв, когда-то неплохо владевший классической латынью, почти ничего не понял. Часто и всуе упоминались имена богов римского пантеона и родственницы императора по материнской линии. Кроме того, обсуждались цены на хлеб и вино, очередная задержка жалованья и результаты последних гладиаторских боев. Язык их так же мало походил на язык Вергилия и Горация, как их неумытые
Ворота города были заперты, и легионеры долго бранились со стражей. У Эва снова забрали документы и унесли непонятно куда. Натрудившие глотки легионеры побросали копья и улеглись в холодке под стеной, предварительно разогнав толпу торговцев, менял и нищих. Спустя полчаса ворота, наконец, открылись. Эва посадили в закрытые носилки и быстро понесли по улицам Вечного Города. Дежурная часть комендатуры располагалась в атриуме богатого, отделанного мрамором и мозаикой частного дома. Два небольших летающих танка стояли у входа. Их лазерные излучатели и гравитационные мортиры были направлены в сторону Форума, переполненного шумящей толпой.
Дежурный, одетый по всей форме в пуленепробиваемый и непроницаемый для любого излучения костюм, довольно холодно объяснил Эву, что коменданта в данный момент нет, но он, дежурный, в курсе всех дел. Эва давно поджидают, хотя груз для него ещё не готов.
— Сколько ещё ждать? — спросил Эв, думая о том, как он будет бродить по улицам Рима, заходить в храмы и базилики, беседовать с философами и поэтами и пить с ними прохладное фалернское вино.
— День, максимум два, — разочаровал его дежурный. — Комната для вас готова.
Скоро подадут обед.
Эва отвели в высокую сводчатую комнату с единственным узеньким окном, выходящим на глухую стенку. Хотя комната была обставлена роскошной мебелью (судя по всему, из тёсаного камня) и убрана коврами, она больше смахивала на тюрьму, чем на гостиницу. Эв потребовал к себе дежурного. Тот немедленно явился и с невозмутимым видом объяснил, что Эву пока лучше побыть здесь. В городе ужасная антисанитария и разгул преступности. Надёжную охрану его персоны обеспечить невозможно, так как весь городской гарнизон, преторианская гвардия и нумидийские наёмники в настоящий момент оцепили военные объекты и государственные здания.
Ночью в городе были беспорядки, и общая ситуация пока не ясна. Если Эву что-нибудь понадобится, пусть только скажет, — все будет тотчас выполнено.
Тут как раз подали обед. Все блюда, кроме фруктов, были незнакомы Эву. Судя по всему, на их приготовление пошли внутренние органы мелких птиц, какие-то пресмыкающиеся и всевозможные дары моря, часть из которых имела совершенно несъедобный вид.
Эв, успевший убедиться в значительности своей особы, выкинул поднос в коридор и потребовал жареной картошки со свининой, что ему и было подано некоторое время спустя.
После полудня дежурный передал Эву напечатанный типографским способом пригласительный билет. В нем значилось следующее:
Наш любезный гость ______
Император и народ Рима будут рады приветствовать тебя
сегодня на вечернем представлении в цирке Флавиев.
Тебя ожидает место в ______ ложе.
Форма одежды ______
По поручению Императора и народа Рима
префект города и почётный понтифик ______
Все пробелы в билете не были заполнены. Последние строки зачёркнуты фиолетовыми чернилами и ниже от руки приписано: