Байкеры
Шрифт:
— На… ты с ним квасил? — снова вмешался Шторм.
— Так ведь он угощал! — искренне изумился парень.
Сочувствующие дружно заржали. Трибунал упорно гнул свое:
— Он здесь, твой благодетель?
— Я первую допить не успел, слышу — мое двигло включили! Я его среди тысяч узнаю. Он на малых еще так красиво прихрапывает… Я — к байку, а этот, что со мной, свалил в кусты!
Трибунал выпрямился и окинул взглядом Смотровую. Увидев Шторма, предложил:
— Надо бы поискать вокруг… Ничего другого не остается.
Охота! Будет охота!
Ликуя, толпа вновь распалась на кучки по интересам. Кто продолжал пить, кто спорил на мелочь, что вор смылся и искать не имеет смысла, кто вернулся к тупому созерцанию панорамы ночного Города.
Последние были во многом правы: в Городе мотовора искать бессмысленно, если не знаешь, где искать. Это только кажется, что байк большой. На самом деле он еще и плоский. Не составляет труда запихнуть его в удобную щель, где он проторчит, пока его не перекрасят и не обзовут другим именем.
— Господа! Вы знаете, что вам делать! — орал Шторм своим и чужим.
Он оседлал пожилой Харлей идеально белого цвета и сорвался с места.
Трибунал молча курил, опершись на Электра Глайд. Чтобы стряхнуть пепел, вожак отводил руку далеко в сторону от байка. Мало того, Трибунал внимательно следил за каждым порывом ветра, даже самым незначительным. Байкер оберегал Харлей от мельчайших частичек пепла. Байк восторженно сиял.
В сто первый раз Кей поправил узел банданы и уселся на ХаДэ. Оба, хозяин и байк, безразлично наблюдали, как один за другим все прочие срываются и рыщут по округе.
Кей понимал, что сообщник вора мог уйти вниз, к набережной, или направо, к обрыву, где тянется аллея с двумя асфальтовыми дорожками. По ним можно добраться до станции метро.
А отсюда уже недалеко и до Лысой горы, странного местечка.
Поговаривают, что, когда Скверная Луна протаптывает светлую дорожку через озерко на Лысой горе, из водных глубин исходит чудесное сияние, природа которого остается для всех загадкой. Свечение усиливается, когда встает солнце и на несколько мгновений озаряет зеленоватую воду. И тогда должно произойти нечто, чего еще не видел никто, но что ждут многие. Они приезжают с рассветом, чтобы поймать момент появления волшебного света и загадать желание. Лучше всего разглядывать свет, выбрав бугорок на противоположном берегу и встав лицом к монастырю.
Мелочен человек. Даже от сказки хочет оторвать кусочек лично для себя.
Мотор прогрелся. Кей выжал сцепление и включил первую передачу. ХаДэ плавно набрал скорость и с характерным урчанием рассек темноту. Чтобы спуститься к аллее и войти в поворот, Кею пришлось проехать лишнюю сотню метров. Развернувшись, он притормозил. В сантиметре от ХаДэ на дикой скорости проверещал ярко раскрашенный пылесос.
«Еще один потенциальный покойник». — Кею нравилась скорость там, где она нужна.
Увидев хотя бы раз пулялыцика, обыватель,
Кей не включал свет. Аллея казалась пустой и мрачной. Чуть слышно шуршала листва, когда ее трогал весенний ветер. Справа, повыше, на дороге изредка громыхали машины. Слева — отвесный обрыв, и делать там вообще нечего.
Там можно лететь вниз по склону, пытаясь ухватиться за деревья, а затем застрять в развилке меж двух корявых осин и долго звать на помощь. А найдут тебя только через пару дней, обмякшего, как проткнутый воздушный шарик, и выпустившего всю кровь в крысиную нору под корнями приютившего твое тело ствола.
Кей увидел тень, перебежавшую дорогу и скрывшуюся в кустах, справа, над обрывом.
Не раздумывая, Кей, рискуя скатиться вниз, направил ХаДэ прямо на кусты. Прятавшийся не ожидал столь странного маневра. И вывалился на аллею, чтобы не быть сброшенным с многометровой высоты.
Слабый свет полной луны, пробивавшийся сквозь тучи, смешался с еще более хилым, экономным светом уличных фонарей, свешивавшихся с высоченных металлических виселиц. Жидкий коктейль естественного и искусственного света замечательно освещал черную человеческую фигурку, вприпрыжку мчавшуюся вдоль аллеи.
Человечек напомнил Кею безобразного корявого кузнечика. Вот сейчас ХаДэ догонит фигурку, Кей привстанет и придавит насекомое большим пальцем… Человечек споткнулся, словно услышав мысли преследователя.
Кей вывернул, включил фару и направил байк на скрюченную фигуру. Фигура успела вскочить, но Кей, не останавливаясь, ударил ее ногой. Получив пониже спины тупым носком байкерса с титановой накладкой, беглец шмякнулся на асфальт. Поставив байк, Кей подошел к беглецу, ухватил за ногу и подтащил под свет фары.
Лежащий пытался отстраниться от света, но Кей резко крутанул ему пятку и тишину пронзил детский крик. Пацану лет пятнадцать, если не меньше! Веснушчатая физиономия, искаженная гримасой боли, плаксиво сжатые губы.
Кей признал в бегуне помощника мотовора, описанного хозяином угнанной Вираги. Синяя куртка с капюшоном и спортивные штаны с тремя грязными белыми полосками. Тощий и трясущийся. Можно предположить, что он просто похож на вора, но тогда за каким чертом прятался в кустах? Если ты честный человек — сиди себе на скамеечке да покуривай.
Обалдевший от света, удара и простого обхождения, воренок стрелял по сторонам слезящимися глазками. Кей вытащил из кармана косухи наручники и пристегнул пацана к своему запястью. Вернулся к ХаДэ, волоча за собой упирающегося воренка. Уселся в седло.