Беги, мальчик, беги
Шрифт:
С того дня Юрек то и дело приходил играть и не отчаивался, хотя всегда проигрывал. Санитар был прав — он играл все лучше и лучше.
— Саша, хочешь пожевать что-нибудь новенькое?
Эта фраза стала у них чем-то вроде игры. На этот раз Юрек спрятал что-то за спиной.
— Да, — сказал Саша.
Юрек протянул руку и разжал пальцы. Там была улитка. Саша расхохотался, повалил Юрека на землю и сделал вид, будто хочет накормить его скользкой улиткой. Он не остался в долгу. Наутро он спросил Юрека:
— Хочешь
Юрек заколебался. Может, у Саши за спиной треугольный кусочек плавленого сыра? Он рискнул и кивнул в знак согласия. Увы, это был всего-навсего дождевой червь, которого Саша выкопал из земли. Саша увидел его разочарованное лицо и тут же открыл вторую руку. Там были два куска сахара.
— Юрек, хочешь пожевать что-нибудь новенькое?
Юрек засмеялся, потому что на этот раз Саша спрятал за спиной обе руки сразу.
— Да, — сказал он.
Саша протянул ему обе руки. Они были пустые.
— Пойдем со мной в деревню, — сказал он, указывая на дома, тянувшиеся невдалеке от их стоянки.
Они пошли в деревню. Юрек провел переговоры с крестьянами, и им удалось обменять сахар на курицу. Они вернулись в лагерь, пригласили санитара и испекли курицу в костре.
— Давай сыграем, — сказала санитар после еды и расставил шашки на доске.
Юрек выиграл.
Это была его первая победа, и радости Юрека не было предела. Санитар встал, закрыл коробку с шашками и протянул ему.
— Бери и научи Сашу играть, — сказал он. — Я завтра уезжаю.
Он тепло пожал Юреку руку.
Всю осень Юрек оставался с Сашей и его товарищами. К началу зимы он уже свободно болтал по-русски и стал настоящим переводчиком. Саша брал его с собой каждый раз, когда отправлялся в деревню обменивать продукты.
В разгар зимы, когда землю сковали тяжелые морозы, солдатам, оставленным для «большого удара», было велено устраиваться на ночлег в деревнях. Саша и его товарищи поселились в амбаре большого крестьянского хозяйства, и вскоре Саша стал приносить хозяйке дома продукты в подарок. Та принимала его подарки с большой опаской. Она заметила, какими взглядами солдаты провожали ее дочь, когда она выходила из дома. Свою дочь хозяйка берегла, как зеницу ока. Тем не менее несколько дней спустя Саша попросил Юрека написать для него записку по-польски и передать ее хозяйской дочери.
Юрек испугался. Он подумал, что теперь потеряет Сашу, как когда-то потерял Марину из-за Гжегожа.
— Я не умею писать, — сказал он.
— Хорошо, тогда подойди к ней, когда она будет одна, в свинарнике или в коровнике, и скажи ей… — Саша задумался. Он не знал, как выразить свои чувства. — Скажи ей — Саша говорит, что она очень красивая. Тогда она спросит тебя, кто это — «Саша». А ты ей объяснишь, что это я. Сам я буду в это время стоять перед амбаром, и ты ей покажешь на меня. Так она сможет меня увидеть. Идет?
— Ладно, — сказал Юрек.
Сашино поручение было выполнено успешно.
— Идем, я тебе покажу.
Саша, как и сговорились, стоял перед амбаром.
— Вот это Саша, — показал Юрек.
Саша улыбнулся и поклонился. Девушка покраснела от смущения и убежала обратно в коровник.
— Молодец! — Саша похлопал Юрека по плечу. — Хочешь пожевать что-нибудь новенькое?
И вынул из кармана треугольник плавленого сыра.
Как-то ночью Юрек обнаружил, что Саши нет рядом. Утром он спросил:
— Ты где ночевал?
— Я тебе потом расскажу.
— Когда «потом»?
— Когда мы получим команду наступать.
— Куда наступать?
— На Германию.
— А как же я? — с тревогой спросил Юрек.
— Не беспокойся, я кое-что придумал и для тебя тоже.
— Я хочу наступать вместе с тобой, — сказал Юрек.
— Тебе уже довелось однажды понюхать настоящую войну, — сказал Саша. — Помнишь тех трех пленных немцев?
Юрек помнил.
В начале зимы Юрек попробовал надеть ботинки, которые хранились в его сумке. Неожиданно для него они оказались малы. Саша принес ему пару армейских ботинок. Юрек втиснул в них бумагу и надел. Он остался доволен. Ботинки были хоть и не новые, но целые, а их подошвы были прибиты гвоздиками. После первого снега Саша принес Юреку длинные армейские трусы и тяжелую шинель.
— Самые маленькие, какие мне удалось найти, — извинился он.
— Хватит с меня штанов, — сказал Юрек, с опаской разглядывая длинные трусы.
— Надень, теплее будет! — сказал Саша. — Они большие, но их можно подвязать сверху, а внутри есть шнурок, который можно затянуть, чтоб они держались. Вот, видишь? Давай попробуем!
— Потом, — сказал Юрек.
Саша надел на него шинель, наметил, где укоротить, а потом подрезал рукава и полы. Когда дело дошло до правого рукава, он заколебался, но, глянув на Юрека, оставил правый рукав такой же длины, как и левый.
— Засунешь его в карман, — сказал он.
Юрек надел шинель.
— Блеск! — сказал Саша. — А теперь глянь в хозяйское окно, не обедают ли они.
Юрек прошелся перед окном дома и заглянул.
— Нет, они еще не обедают.
— Как только сядут к столу, позови меня.
Когда хозяева сели за стол, Юрек махнул Саше рукой. Саша взял из амбара бутылку водки и направился к дому.
— Ты со мной! — приказал он на ходу.
Он постучал в дверь, и они вошли. Девушка с длинными косами встретила их с явным волнением. Хозяева же скорее удивились их приходу. Но тут хозяин увидел в руках у Саши бутылку и пригласил их к столу. Хозяин, как положено, благословил пищу, женщины перекрестились, а затем двое мужчин чокнулись, выпили за победу и за смерть Гитлера и приступили к еде. Девушка, красная и взволнованная, сидела рядом с Юреком. Она хотела помочь ему есть, но Саша вмешался и сказал: