Беги
Шрифт:
Она замахала руками, стараясь отбиться от Вадима, но тот уже стягивал с нее трусики.
– Что это? – опустив швабру, прислушалась к шуму Вера. Какой-то крик донеся со второго этаже. Но больше крика не последовало, и она продолжила уборку.
Вадим все делал быстро. Отточенными движениями он быстро снял с девушки одежду. Она еще какое-то время пыталась сопротивляться. Но когда его кобелиный орган воткнулся и, найдя брешь в ее защите, стал проваливаться, Светлана
– Почему ты не можешь, не сопротивляясь, отдаться, почему каждый раз одно и то же? – возмутился Вадим и дернул бедрами.
Девушка вскрикнула и тут же зажала себе рот ладонью.
– Перестань издавать звуки, ты ведь не хочешь, чтобы тебя услышали? – она отрицательно замотала головой. – Тогда молчи, чтобы я ни делал, – и Светлана в знак согласия закивала. – Я сделаю то, что делал всегда, убери руку.
Светлана убрала ладонь, и он тут же запихал ей в рот кляп. А после, перевернув девушку на живот, опять набросился. Она замычала, затрясла головой и захлопала рукой по пустой кровати.
– Опять звуки, что там такое? – горничная поставила швабру и, вытерев руки, стала подниматься по ступенькам. – Опять звуки, – Вера остановилась и прислушалась к доносящемуся женскому мычанию. – Это госпожа? – она поднималась не спеша, боялась, что поступает неправильно. Но эти сдавленные звуки ее настораживали и толкали идти дальше.
Светлана замотала головой и попыталась вытащить кляп.
– Не вытаскивай, а то услышат, – над самым ухом сказал Вадим и как можно глубже вогнал свой инструмент в ее колодец.
Вадим запрыгал так яростно, что заскрипела кровать, и тело девушки стало сползать с матраса.
Горничная поднялась на второй этаж, сперва подошла к комнате госпожи, но не услышав ничего, повернула в сторону комнаты гостя. Из-за двери доносились всхлипы и стоны.
– Что там такое? – забеспокоилась она и постучала в дверь. – Прошу прощения, у вас все хорошо.
Но ответа не последовало, еще какое-то время доносились стоны, всхлипы. Наконец, Вера решилась и повернула ручку двери.
Он сидел на кровати, набросив себе на колени одеяло и внимательно смотрел на телефон.
– Прошу прощения, – сказала горничная, заглянув в комнату. – Я услышала…
– А, это! – Вадим показал телефон. – Извините, забыл сделать потише. Вы же меня понимаете, верно? Молодость, и все такое.
С другой стороны кровати, на полу, тяжело дыша, лежала Светлана и пыталась вытащить кляп. Пальцы с трудом слушались, а тело все еще вздрагивало от сильнейшего оргазма, от которого она все еще не пришла в себя. Она слышала, как открылась дверь, как вошла горничная. Светлане в этот момент было все равно, заметят ее или нет. Она все еще чувствовала взрыв, от которого ее сознание выбросило из тела, а после она рухнула на пол.
– Все,
– А госпожа, она не у вас? – спросила горничная.
– Она ушла отдыхать, просила ее не беспокоить. Мне надо привести себя в порядок, вы не против? – сказал Вадим и начал вставать.
Горничная поняла, что ей намекнули закрыть дверь.
Руслан сидел за столом. Компания работала как часики, его учили, что каждый сотрудник предприятия – это шестеренка, если она плохо работает, ее надо заменить. И сейчас Руслан был часовщиком. Он просматривал отчеты и ставил пометки двумя карандашами. Синий цвет означал – важно, красный – незамедлительно.
Дверь в кабинет без предупреждения распахнулась.
Руслан положил карандаш и уже хотел было возмутиться, но, увидев в дверях Александра Владимировича, соскочил и бросился к отцу своей жены.
18
– Александр Владимирович, не ожидал вас увидеть, – склонив голову, сказал Руслан. – Прошу, проходите.
– Проезжал мимо, вот и решил заехать в свой старый офис. Как тут?
– Все отлично, вы настроили отдел, словно швейцарские часы, я только смотритель.
– Да ладно тебе.
Мужчина подошел широкому столу, за которым могли уместиться человек шесть. Провел рукой, с ностальгией посмотрел по сторонам.
– Сколько времени я тут провел, и кстати, прекрати меня так называть, когда мы одни.
– Хорошо, папа. Может, чаю или кофе, может, чего-то покрепче?
– Достаточно просто чаю. Как тебе тут?
– Эта работа словно шахматы.
– Ха-ха, да ты словно я в молодости. Вот за это тебя люблю, понимаешь, что это такое, не то что эти бездари, – он посмотрел в сторону двери, за которой слышались голоса офисных сотрудников. – Ты босс, они делают то, что ты хочешь и прикажешь.
– Да, – словно солдат, сказал Руслан.
– Вот и славно, им нельзя давать спуску, если что, кнут, ну, не в прямом смысле, сместить, уволить, понизить. Человек – это зверь и его надо дрессировать как собаку, чтобы знал хозяина и команды.
Раздался звонок, Руслан поднял трубку.
– Заходи.
Открылась дверь и вошла девушка с подносом, на котором стоял чайник, две фарфоровых чашки, сахар и ложечки.
Мужчина сел на диван, дотянулся до чайника и сам себе налил чаю.
– Расскажи, как дома, как жена? Не балует больше?
– Все отлично, нет, она ведет себя скромно, ходит на секции, рисует и как обычно обожает лошадей.
– Тьфу ты, что за привычка трястись, словно извозчик. Ну да ладно, лишь бы больше не убегала из дома. Ох, намаялся я с ней, то это не так, то другое. Ты ее держи крепко, не давай спуску.
– Да вроде все отлично.
– Не ссоритесь?
– Нет, ни разу.
– Вот и славно, и не забудь про главное, что ты мне обещал.
– Внуков.
– Да, именно внуков и не девчонку, парня давай.