Беги
Шрифт:
– Тут как получится.
– Давай поднатужься, к следующему году хочу понянчить. Ты говорил про друга.
– Да, он…
– Да, твой отец мне уже все рассказал. Вот что значит молодость, нагулял, а бросить не смог. Смотри, чтобы у тебя этой дури не было, не прощу.
– Да я…
– Шучу, что будет, то будет, но… – тут он постукал пальцем по столу Руслана, намекая, что тем самым он может лишиться должности, а возможно, и всех привилегий в его корпорации. – Значит, брата, ах да, друга, пристроил к себе?
– Пока живет у меня.
– Не опасно?
– Да
– Ха-ха, – засмеялся мужчина. – Молод, ни черта не понимает, что там под юбкой. Ладно, поживем – увидим. Может, его стоит пристроить на работу?
– Нет, не получится, он опять хочет уехать.
– Бестолочь.
– Так и мой отец говорит.
– Молодость потеряет и ничего не построит. Ладно, спасибо за чай, мне пора дальше ехать. И помни, ты тут начальник, они только пешки, если надо, жертвуй. И научи их не задумываясь подчиняться.
– Да, обязательно.
– Хорошо. Поцелуй жену за меня, я на выходных заеду к вам.
– Да, будем ждать, – склонив голову, сказал Руслан и почтительно открыл дверь.
«Мой брат… Это пустая оболочка. Я давно бы тебя раздавил, если бы не мой отец», – подумал Руслан и сел обратно за стол.
Он давно уже знал, что его друг Вадим был внебрачным сыном его отца. Когда Руслан учился на третьем курсе, отец пригласил его к себе и все рассказал. Руслан сперва обрадовался, ведь у него была только младшая сестра, с которой никак не мог найти общий язык. А тут настоящий брат. Но отец запретил называть его братом и вообще запретил об этом говорить кому бы то ни было.
Постепенно появилась ревность сына к отцу. Руслан уже по-другому смотрел на Вадима, может, и он тоже знал, кто его настоящий отец, а может, и нет. «Если он знает, то как поступит отец с компанией? Что он сделает? Может, передаст часть активов Вадиму, или все оставит мне?» – Руслан думал над этим, но считал, что воля отца превыше его личных желаний.
К обеду домработница брала машину и ехала за продуктами. В это время Светлана оставалась одна, если, конечно же, не была на секции. Вадим охладел к ней, днем он куда-то уходил и ближе к вечеру возвращался. Светлана не понимала его, присматривалась и думала, что не так? А к ужину приезжал муж, иногда он был злой, иногда просто чем-то расстроен, но чаще всего просто уставшим. Он ужинал, уходил к себе в кабинет и опять сидел с бумагами.
– Милый.
– Да, сейчас, ты ложись, я заканчиваю.
Светлана уходила в спальню. Он появлялся, когда она уже спала, и начинал к ней приставать. Светлана спросонья бурчала на мужа, поворачивалась на другой бок и снова засыпала.
– Я буду часа через два, – сказала Вера и, прикрыв за собой дверь, направилась к гаражу.
Светлана только что пообедала и теперь, мурлыкая, читала в зале книгу. Она кивнула домработнице, дав понять, что услышала ее. Дверь еле слышно закрылась. Не спеша по лестнице спустился Вадим.
– Ты почему не обедал?
– Не хотел.
– А теперь?
– Хочу.
– Там
– Я сам.
– Сам так сам, – она отошла в сторону, дав возможность Вадиму самому наложить сколько он хочет.
– Может, хлеб порезать?
– Я сам.
– Что значит сам, а я тогда зачем тут? – она тут же подошла со спины и обняла его.
На душе сразу стало так спокойно и легко, что Светлана не удержалась и поцеловала Вадима в шею.
19
«Ведь обещала себе, что не подойду к нему. Вот дура, опять стою и прижимаюсь словно девчонка. Но я и есть девчонка. Мне с ним хорошо. Но почему так? Может, потому, что он меня слышит, или потому, что сама хочу его. А может, все намного проще. Как он говорит, я в душе шлюха и похотливая женщина, которая хочет только одного», – Светлана вздохнула и отошла от юноши.
– Цок-цок, – щелкая языком, Вадим напомнил о себе.
Светлана остановилась, на душе стало весело.
– Цок-цок, – повторил он и открыл дверку холодильника.
«Он надо мной просто издевается. Проверяет, смогу ли я устоять. А я вот не подойду и все», – сказала себе Светлана и пошла к дивану.
– Цок-цок.
– Прекрати, тебе все равно нет никакого дела до меня.
– Цок…
– Ты играешься со мной как с котенком. А я не он, я это…
– Шлюшка?
– Что? – Светлана почувствовала, как лицо покраснело от стыда, а в голове промелькнули воспоминания их секса.
– Ну же, давайте, я уже устала сидеть тут, – сказал женский голос. Она вот уже как два часа сидела в кустах с фотоаппаратом, готовая в любую секунду начать снимать.
– Она ушла?
– Ты о ком?
– О горничной.
– Да, поехала за продуктами, а что? Надо было что-то купить?
– Скоро приедет?
– Да, скоро, она все делает быстро.
– Тогда у нас мало времени.
– Времени?
Вадим захлопнул холодильник и быстрым движением подошел к Светлане.
– Но-но…
Успела сказать она, как его руки уже схватили девушку за плечи и, прижав к себе, стали расстегивать пуговицы на платье.
– Я тебе кто? Девочка по вызову? Думаешь, что я всегда в твоем распоряжении, ради…
– Секса? Да!
Его пальцы орудовали так быстро, что Светлана не успела ничего предпринять, как он уже стягивал через голову платье.
– Прекрати, прекрати. Она скоро придет.
Фотоаппарат, словно пулемет, защелкал.
– Вот и надо поторопиться, – сказал Вадим и отбросил в сторону ткань.
– Ты больной, ты извращенец, ты…
Она хотела еще много что сказать, но остановилась. Сколько раз это уже было, и каждый раз у нее в паху вспыхивал огонь и появлялся этот зуд, от которого ей становилось не по себе. И тогда Светлана сходила с ума, она готова была на все, чтобы унять, успокоить, заглушить это состояние зуда.