Беглец-Шоу
Шрифт:
"Отелло"?! – вдруг холодок пробежал по спине, – "А что если попробовать связаться с этой сволочью Джгавой? Пожалуй, у меня для него найдется кое-что… Как же я сразу не подумал?! Вот кому я нужен – Джгаве!!"
Адам позвонил в справочную, узнал номер секретариата компании "Отелло", позвонил туда и попросил соединить его с господином Джгавой Мерия.
– Господин Мерия сейчас занят, – ответила секретарша, – Как вас представить и как вам перезвонить?
Адам чуть было не представился, как обычно, но вовремя спохватился и, не придумав, что ответить, отключился. Подумав, Адам снова позвонил и, слегка изменив голос, снова попросил господина Джгаву и на тот же самый вопрос ответил:
– Я
– Минутку подождите, – ответила секретарша, – не вешайте трубку.
Некоторое время в трубке пиликала заунывная музыка, потом секретарша появилась снова:
– Соединяю с господином Мерия.
– Кто говорит? – Адам услышал знакомый акцент.
– Послушай, Джгава, я не надеюсь, что ты узнаешь меня и обрадуешься… Это Адам Ковалёвас. Я хочу с тобой встретиться.
– Эй, кто там морочит мне голову? Адам Ковалёвас сидит в тюрьме.
– А ты проверь… Проверь, и ты узнаешь, что мне удалось сбежать, но я не хочу снова туда попасть, ты меня понял? Я не для этого звоню.
– Допустим проверю, да? Но, даже если ты Адам Ковалёвас, зачем ты мне нужен? Пусть тебя полиция и твой хозяин ищет, да?
– Джгава, я тебе нужен… Я много знаю, как ты понимаешь, и много для тебя полезного мог бы рассказать, в чем ты легко убедишься, когда мы встретимся.
– Ну, ладно… Приходи, расскажешь.
– Я не могу прийти. Я довольно далеко и без машины. Пришли за мной машину.
– Машину, да? Полицейскую? Ха-ха-ха, я шучу. Хорошо. Пришлю. Говори куда. Секретарше скажи, да?
И Джгава отключился. Секретарша записала необходимую информацию и Адам снова растянулся на травке, ожидая автомобиль. Жить стало веселее! "Я им еще покажу!!!"
Весь в гипсовых повязках, Джгава напоминал карикатурный персонаж из комедийных фильмов. Он полулежал в кресле-каталке, окруженный телеэкранами и помощниками, которые подносили ему к ушам телефонные трубки.
Только что начался экстренный выпуск об окончании игры и победе "разбойника" Джона. Джгава был почти счастлив: компания "Астрал Гейм" гибла и не имела никаких шансов на спасение… Этот бандит Джон выиграл, причем выиграл, так сказать, честно, о чем не переставали твердить в эфире адвокаты, нанятые компанией "Отелло".
Анализировались мельчайшие аспекты поведения обеих сторон, – то есть Джона и компании "Астрал Гейм". При этом выискивались все ошибки, промахи и прямые нарушения условий контракта и действующего законодательства компанией "Астрал Гейм".
Компания "Отелло", поддерживаемая уже несколькими телевизионными каналами и букмекерскими конторами, настаивала на выплате выигрыша Джону и предании компании "Астрал Гейм" справедливому суду.
Телекомпания "КТВ" вела прямой репортаж с места, где была активирована последняя кнопка, после чего так и не пойманный "разбойник" считался победителем. Разбойник и помогающие ему бандиты на этот раз расположились в каком-то поезде, стоящем на каком-то пути в пригороде Москвы.
Возле вагона необычного вида стоял Джон, окруженный плотным кольцом своих бандитов в масках, и отвечал на вопросы корреспондента телевидения.
– Вас можно поздравить с победой? – спросил корреспондент.
– Не знаю, – усмехнувшись, ответил Джон, – То есть, я-то, вроде бы, выиграл, но они столько раз нарушали правила…
– Сейчас в средствах массовой информации этот вопрос широко обсуждается…
– Хорошо бы, – улыбнувшись ответил Джон, – в соответствии с контрактом они должны это сделать. Я в этой связи хочу сделать заявление. Я прошу выплатить мне приз не в виде электрорублей, а в виде золотых слитков. Как вы, наверное, знаете, в контракте написано "в сумме, эквивалентной одному миллиону", то есть электрорубли можно заменить золотом. Второе. Я прошу доставить золотые слитки сюда, к этому поезду. Третье. Сюда же я прошу доставить все документы, подтверждающие мой новый социальный статус.
– Почему сюда? Расскажите же, что это за поезд?
– Поскольку я не доверяю не только компании "Астрал Гейм", но и полиции, да и вообще правительству, я и мои друзья, – Джон обвел рукой окружающих его бойцов, – в качестве гарантии нашей безопасности захватили этот вот специальный поезд, начиненный радиоактивными отходами, отравля-ющими веществами и возбудителями болезней. Поезд заминирован. Я и мои друзья взорвем его, если наши требования не будут выполнены. Это будет означать гибель половины населения Москвы и смертельное заражение местности на много сотен лет вперед. Вот и все, что я хотел сказать. Дальнейшие переговоры и все остальное, будет вести вот этот… руководитель охраны.
– Подождите… У нас еще много вопросов. Ваше заявление неожиданно и, думаю, будет неоднозначно воспринято… Вы не блефуете, господин Джон? Зрители убедились, что вы весьма изворотливы и, вы, так сказать… – корреспондент подбирал выражение – вы решительны в своих действиях и способны на многое.
Джон продолжал подниматься по ступенькам вагона.
– Ну подождите же, господин Джон, – стал требовать корреспондент, – Ваше заявление, конечно, уже услышано, и ответ, я думаю вот-вот поступит, но, во-первых, что вы скажете об этой игре в целом, о многочисленных жертвах, о невинно пострадавших людях, наконец. И второй вопрос. Что вы собираетесь делать потом? Когда, скажем, ваши требования будут удовлетворены?
Джон остановился на верхней ступеньке, обернулся и сказал:
– Посмотрите вокруг, по обе стороны насыпи. Посмотрите и покажите телезрителям. Мы уже окружены и находимся под прицелом многочисленных снайперов правительственных войск и полиции. Им ничего не стоит пристрелить меня и моих друзей. А знаете, почему они этого не делают и не сделают?
– Почему?
– Потому что все, что я сказал насчет этого опасного поезда, нашей готовности его взорвать и катастрофических последствиях – все это правда. И военные и правительство это уже знают. Мы им сообщили о захвате поезда. Это ответ на ваш вопрос, не блефую ли я. Теперь о так называемой, игре. Ну, формальную сторону, как вы сказали, юристы тщательно обсуждают. Добавить тут нечего. Можно лишь напомнить, что, в соответствии с контрактом, в случае выигрыша я получаю не только деньги, но и статус "юсфул-мена" со снятием ответственности за все правонарушения и преступления. Но вы, наверное, имели в виду не только и не столько формальную, юридическую сторону. Вы сказали о невинных жертвах… Да, я сожалею об этом… Но вспомните вы, и пусть это вспомнят зрители, с какой злобой и страстью вы и они гнали меня, как затравленного зверя, как жаждали вы моей смерти, с какой легкостью любой из них готов был меня прикончить… Да, конечно, все были обмануты, вас на меня натравливали, но я-то был вынужден защищать свою жизнь от этих самых "невинных жертв". Все. На этом все. Дальше говорите вот с ним, – и Джон показал на одного из бойцов в маске.