Беглец
Шрифт:
Директор сидела прямо и величаво за металлическим столом с ножками с когтями и темной отполированной поверхностью, похожей на щит. Ее личный кабинет занимал весь верхний этаж Здания 1933. Сердце Улья, огромная комната была построена на укрепленном стеклянном полу, придавая иллюзию парения. Через затемненное стекло под ногами Коннор видел, как внизу ходят техники в белых халатах, словно рабочие трутни, послушно выполняя указ королевы. Большая круглая лампа над его головой озаряла комнату, особенно его и полковника, на них направляли пистолеты мистер Грей и три вооруженных
Директор слабо кивнула мистеру Грею и повернулась хищно к пленникам. Она улыбнулась Шарли, словно змея.
— И я снова благодарна тебе за помощь.
Коннор злобно посмотрел на Шарли. Как он мог в ней ошибиться? Он верил Шарли всем сердцем, когда она сказала, что не предавала его или «Стража-друга». В тот миг он, казалось, видел ее душу, ее чистоту. Но ее действия показали, что она жестоко обманывала. Предатель без сердца и души. Даже хуже мистера Грея.
— Я не помогала! — возразила Шарли с отчаянием на лице, ее глаза пылали. — Я не помогала вам! — она повернулась к Коннору и полковнику. — Поверьте. Я не управляла собой. Я бы не стала помогать «Равновесию».
Директор отмахнулась.
— Ты не хотела помочь, но ты помогла успеху операции. Во время операции ты выдала все секреты «Стража-друга». Ты помогла заманить Коннора сюда, одолжила голос для приманки. Но, что важнее, с тобой мои ученые смогли провести испытание нейрочипа на человеке. Успешно.
Директор повернулась к Коннору.
— Шарли описала тебе чудесную операцию?
Коннор посмотрел на властную женщину.
— Так она может ходить, — с горечью сказал он.
— О, не только, — ухмыльнулась директор. — Нейрочип в ее мозге связывается с рецепторами в позвоночнике. Беспроводные сигналы эти можно подавить и захватить, — директор выудила маленький прибор из кармана пиджака, похожий на смартфон.
— Что это? — выдохнула Шарли.
— Мои техники зовут его контроллером, — ответила директор. — Не изобретательно, но точно, — она провела указательным пальцем по экрану. Рука Шарли невольно поднялась и осталась в воздухе.
Шарли побелела.
— Что вы со мной сделали?
— Дали шанс ходить, — сказала директор. — Так что радуйся. Твоя реабилитация, впрочем, имеет цену. И это контроль. И я — твоя госпожа.
Она коснулась прибора, и Шарли напряженно встала. Коннор видел ужас в глазах Шарли, ею управляли против ее воли. Он понимал, что Шарли не была предателем. Ее нападение на него и полковника было совершено директором и ее техниками. Весь гнев и горе из-за Шарли тут же пропали. Он ощутил стыд, что сомневался в ней. Он понимал, что Шарли тоже предали — ее предали врачи, которые сделали ее лабораторной крысой для экспериментов «Равновесия».
Шарли смотрела на ноги. Ноги все еще не слушались ее.
— Если такова цена ходьбы, то я не собираюсь ее платить! — рявкнула она.
Директор вздохнула.
— Жаль, что ты так отнеслась к этому, — она провела пальцем по прибору, и Шарли рухнула на пол, словно марионетка, которой
Коннор подбежал к Шарли и помог ей забраться в кресло. Он ощущал, как она дрожит.
— Ты в порядке? — спросил он.
Шарли отпрянула, глядя на него, словно боялась, что снова навредит ему.
— Коннор… прости, — ее голос обрывался. — Я пыталась остановить себя, но не могла. Я думала, что убила тебя…
— Не нужно плакать, Шарли, — сказала директор. — Ты теперь первая в поколении усиленных людей под контролем «Равновесия». Ты — будущее! К сожалению, у твоих друзей этого будущего нет.
Директор убрала контроллер, бросила мелкий трансмиттер на стол.
— Мы нашли ваш жалкий прибор. Стоит убирать за собой. Очень грязно, особенно после такого смелого проникновения в нашу штаб-квартиру. Удивлена, что вы решили вернуться. Не пойми превратно. Попытка спасти полковника Блэка благородна. Но рисковал бы ты, если бы знал его?
Коннор напрягся.
— О чем вы? — он посмотрел на полковника, тот пытался встать.
— Ты спрашивал его о мотивах? — спросила директор.
— Зачем?
Директор постучала пальцем по подлокотнику стального кресла.
— Он нанимает подростков, как ты, быть телохранителями. Быть щитами для отпрысков богачей и знаменитостей. Это ужасно в глазах многих людей.
— Зависит от точки зрения, — парировал Коннор. — Это необходимо из-за таких террористов, как вы.
Директор пожала плечами.
— Но кто говорит, что твоя жизнь важна меньше, чем богатого ребенка?
— Они не всегда испорчены, — возразил Коннор. — Чаще всего они — жертвы ситуаций в семье, это не в их власти.
— Это не меняет факта, что вы рискуете жизнями за других. Это делает и вас жертвами. Ты не видишь, что полковник поступает неправильно?
— Мы поступаем правильно! — Коннор злился на вопросы директора. — Защищаем невинных от таких, как ты. Спасаем жизни.
Директор покачала головой от его наивности. Она указала на полковника Блэка, который мог вот-вот упасть.
— Он эксплуатировал вас. Получал выгоду. Обманывал вас!
Коннор взял полковника за руку, придерживая.
— Обманываете только вы, — ответил он. — Меня не заставляли становиться телохранителем. Я сам выбрал.
— Да? — директор обошла стол, стуча стальными каблуками по отполированному стеклянному полу. — А если я скажу, что полковник ищет талантливых, но уязвимых подростков? Без сильных связей с семьей. Которым нечего терять. Которые не хотят жить. Или у которых есть слабости.
— Я не поверю, — сказал Коннор. — Он выбирает по инстинкту творить добро и защищать других.
Директор с сочувствием улыбнулась ему.
— Он точно заманил тебя твоим отцом. Может, даже убедил подстроенным случаем, что ты подходишь для опасной работы.
Коннор молчал. Тишина была ответом. Так полковник и сделал.
Полковник Блэк поднялся и посмотрел хмуро на директора.
— Коннор, не слушай ее. Она пытается управлять тобой. Настроить против меня! Она…
Страж у его плеча ударил его по спине пистолетом, и полковник упал на колени, хрипя.