Беглец

Поселягин Владимир Геннадьевич

Закинув за спину сумку с трофеями и взяв в руки мешки, я стал спускаться, не забыв закрыть за собой крышку люка. С момента отключения этой ветки канализации прошло порядка сорока лет, неприятный запах уже давно выветрился, но из-за привычки бандитов сбрасывать трупы в этом районе воняло отменно.

Те, кто знал этот лабиринт, были в курсе, что две трубы вели на территорию Свалки. Правда, этим ходом мало кто пользовался, гораздо проще пройти через одну из дыр в ограде, чем ползти по смердящей жиже через полузабитые трубы. И я пополз, где не мог идти. Ближе к обеду достиг нужного коллектора – этот выход был известен многим, – я быстро нырнул в одну из трёх труб. Здесь было посуше, хотя пахло всё

так же мерзко, и идти было легче. Судя по жиже, кто-то подключился к этой канализации и сбрасывал сюда отходы.

Через полчаса достигнув завала – это был рукотворный, созданный мной завал ещё во времена жизни на этой планете, – я аккуратно его разобрал, протиснулся на ту сторону и, снова вернув всё на место и перекрыв проход, двинул дальше.

В следующем коллекторе, который находился в двадцати метрах от завала в трубе, я оставил все вещи на сухом участке, на двух ящиках, специально положенных тут для подобного случая, после чего, поднявшись по скобам и откинув крышку люка, быстро осмотрелся. Слева и частично над головой возвышался корпус старого малого топливозаправщика, четырёхсотлетней давности, опираясь остатками кормы в землю, к нему был прислонён старый планетарный катер, который своим корпусом закрывал люк от солнца. Позади находилась срезанная корма со среднего транспорта, а правее должен лежать старый морской круизный лайнер. Я его не видел, корпус катера закрывал. Покинув коллектор, я прижался к днищу катера и затаился, прислушиваясь. Неподалёку находилась моя лёжка, она не была законсервирована мной, просто брошена, так что я не знал, в каком она состоянии. Как-никак почти три года прошло, как я покинул планету.

Убедившись, что вокруг никого нет, я направился к своей запасной берлоге. Она находилась в четырёхстах метрах от коллектора под днищем устаревшей большой грузовой орбитальной платформы, зависшей между двух скал. Доступ к этому контейнеру был затруднён, именно поэтому я и решил оборудовать его для себя, замаскировав лаз. Там, на удивление, всё было в порядке. Вода не попала, ничего не было повреждено, разве что пыли хватало. Видимо, за моё отсутствие никто так и не обнаружил это место.

Проверив всё, я вернулся к коллектору за вещами, поднял их наверх и, закрыв люк, побежал в берлогу – пора спрятаться и затаиться. Думаю, месяц – и можно выбираться к людям. К этому времени бум с моим побегом стихнем, и меня не будут активно искать ни полицейские, ни охотники за головами. Предполагаю, «Гикон» за меня выдал бы приличную премию, тысяч десять.

Забравшись в берлогу, я занялся чисткой. Первым делом, используя влажные салфетки, полностью оттёрся от грязи из коллектора и одел термобельё с обувью. Потом самодельным веником от кустарника местного перекати-поле смёл всю пыль и выбил старый матрас и пару одеял, что когда-то нашёл на Свалке во вполне приличном состоянии и притащил сюда.

Потом я открыл коробку с пивом и, откупорив банку, поднял её и провозгласил:

– За свободу! – Сделав глоток, добавил: – За путь к свободе!

Закусить я решил не солдатским пайком, безвкусным пластилином, а вскрыть один из офицерских. А затем завалился на матрас и стал размышлять о той заднице, в которую попал.

Да-а-а, если бы не предательство особистов эскадры, я сейчас находился бы в другом месте, обеспеченный и вполне благополучный. А не прятался бы как раненый волк от охотников. Из десятка кораблей шесть были захвачены подразделениями, что перешли под руку особистам, остальные благополучно ушли. К сожалению, и наш линкор оказался среди тех кораблей, что были захвачены подразделениями десанта, которые предали своих боевых товарищей. Что там было и как, я плохо знал, это не доводили до военнопленных, но пообщавшись со своими товарищами по несчастью,

я смог примерно составить картинку происшедшего. Наш капитан отказался от предложения уйти под руку к люмерцам, но корабельный особист решил по-своему. У него были свои коды доступа, и он заблокировал службу безопасности корабля, когда на борт проникли солдаты с другого корабля. Ну а потом произошёл захват беспечного экипажа. Ведь тревога поднята не была. Среди экипажа были погибшие, к сожалению, среди них был и наш капитан. Мне тоже было предложено поступить на службу во флот люмерцев, где я должен был отработать сорок лет до возможности выкупиться, но я отказался. Меня принудительно ограбили и отправили в империю. Вот так я и оказался здесь. Но вот что делать дальше?

Первоочерёдная задача – это установить новую нейросеть. Что для этого нужно? Наличные, так как через электронные средства, которых у меня пока не было, меня легко будет вычислить, и возможность попасть в здание корпорации «Нейросеть». То есть мне не надо искать полулегальные криминальные медицинские центры, где больше изувечат, чем помогут, к тому же кто его знает, ляжешь, так тебя разберут на органы или передадут за вознаграждение «Гикону». А можно просто войти в здание корпорации «Нейросеть», сделать заказ на установку нужной нейросети и имплантов, оплатить и лечь в капсулу кибердоктора. Потом попросить установить на нейросеть метки сертификатов, всё-таки я сертифицированный специалист, а то без этих меток искины специализированного оборудования не дадут мне допуск к управлению ими.

Эта корпорация вне политики тех государств, в которых находятся её филиалы. То есть если я на улицах столицы числюсь рабом, то, переступив порог здания, для них становлюсь свободным человеком. При наличии денег, мне там сделают всё, что угодно, и местная администрация ничего не сможет сделать, это не в их власти, но вот на выходе меня, несомненно, будут ждать. Одним словом, мне где-то нужно достать большую кучу наличных кредитов, благо в корпорации и наличку берут в качестве оплаты, и продумать, как незаметно пробраться в здание «Нейросети» и также незаметно покинуть её.

Наметки на дальнейшие свои действия у меня были, но тщательно я их ещё не обдумывал. Среди всей устаревшей техники, что сюда была сброшена, находились и планетарные танки, разного типа, шагающие, на гусеничном ходу и самые дорогие на антигравах, вооружены последние обычно были энергетическим оружием. Именно на один такой танк во вполне приличном состоянии я как-то наткнулся. Я его потом год восстанавливал, подбирая детали, которые или покупал, или снимал с других танков похожего типа. Тогда мне было лет пятнадцать, и я планировал на нём ограблением банка.

В принципе, на первый взгляд, всё было логично, стотонный танк проламывает стену. Пока все в панике я закидываю в десантное отделение пачки с деньгами и рву когти. Но у этого типа машин был один недостаток, из-за которого их посчитали устаревшими и списали. Их броню не мог взять разве что простой гражданский шокер, тот же полицейский, который у меня был в трофеях, как раз пробивал его без проблем, это не считая стационарных и, что уж говорить, станковых ошеломителях. Толку было брать банк на танке, если меня облучили бы и взяли тёпленьким?

Тогда я собрал танк и продал его за триста кредитов одной банде. Вооружали они его сами. Башня была пуста. Выгнал я его тогда со Свалки довольно просто. Проломил стену острым носом и отогнал на портовые окраины в один из ангаров, где получил свои деньги и быстренько смылся.

Сейчас, с высоты своего боевого опыта, вспоминая тот план, я только улыбался. Хорошо, что я тогда быстро опомнился и решил нормально заработать и сбежать с планеты, в противном случае я мог бы оказаться в рабах гораздо раньше.