Беглец
Шрифт:
Встав рядом с капсулой, я приподнял на затылке защитный колпак, достал нож и, заведя руки за голову, коснулся остриём затылка, в районе, где была остановлена нейросеть. Нажимая на рукоятку ножа, отчего острие прорезало кожу и воткнулось в кость, скрипя зубами, повёл клинок вниз, делая разрез. По спине потекла кровь. Убедившись, что разреза хватает, я убрал клинок.
Сбросив с себя всё – «всё» заключалось в поясе с вооружением, я всё так же был гол, – быстро снял защитную сетку и лёг в капсулу. Крышка автоматически начала закрываться. У меня была минута, пока система автопоиска найдёт появившийся сигнал моей нейросети. Она хоть и была отключена, но автоматически принимала сигналы с ближайших станций
Когда крышка поднялась, я машинально пощупал затылок. Разъёмы нейросети отсутствовали, как и разрез, только на кистях они оставались, реаниматор по моим настройкам не стал их удалять, времени на это не было.
Я неожиданно улыбнулся и прошептал:
– Свобода.
Мне было хорошо, просто отлично. Вернувшиеся чувства и эмоции бурлили во мне.
Соскочив на пол, я проверил Свича – тот всё ещё спал, – после чего на экране капсулы проследил, как прошла операция по удалению имплантов и нейросети. Она прошла штатно, рану заживили нормально. Можно было и лучше, но при первой возможности я пройду повторную процедуру в реаниматоре. Ведь я настраивал его на минимальную по времени работу. Что ещё ожидать от него? Хорошо, что ещё одновременно он провёл комплексное лечение, убрав инфекции и болезни, которые я мог подхватить в канализации.
Удалив из памяти капсулы все проделанные операции, я снова превратил её в лечебную и убрал блоки обратно в тайник. Туда же отнёс и картриджи. Использовано было три единицы. Будет возможность, верну долг Свичу.
Так как импланта подчинения у меня теперь не было, он лежал в лотке капсулы – надо не забыть забрать его, – я начал планировать свои дальнейшие шаги. Первым делом требовалось пробраться на Свалку и устроиться там, а дальше видно будет.
Обыскав жилище Свича, я нашёл пару солдатских пайков. Жуя на ходу, забрал импланты и нейросеть – она напоминала горошину, к которой были прикреплены другие горошины; нейросеть – белая, они всегда были белыми, а импланты усиления – чёрные, редко бывали тёмно-серые, да и то в основном медицинской направленности, у меня такой не было, – подхватил мешки и, вернув всё в начальное состояние, затерев кровь на полу и активировав сигнализацию, чтобы никто не знал, что я здесь был, выбрался из приюта. Поглядев на светлеющее небо, я заторопился в сторону Свалки. Рассветёт приблизительно через полчаса, а до Свалки идти час, даже бегом не успею.
Ещё в санпункте я хотел одеться в костюм полицейского, но оказалось, что тот был настроен на прошлого хозяина. Коды взломать и перенастроить комп костюма можно, но нужны инструменты, которых у меня пока не было. На Барахолке можно найти всё, что нужно, устаревшее, конечно, так что я надеялся чуть позже подогнать костюм под себя, как и игольники. Правда, с последними придётся повозиться.
Одним словом, я был одет в одно влажное термобельё с чужого тела и с чужим запахом, а также ботинки, которые автоматически подогнались под мои ноги. Да был ещё пояс с оружием. На руке у меня был закреплён блок защиты от излучения шокера, который я нашёл на столе в жилище Свича. Причём моей сборки. Старик совсем сдал, раз снял его, кто же спит в приюте без защиты? Мне же он пригодится. В первое время, естественно, а дальше посмотрим. Сейчас мне главное – найти хорошее убежище и залечь в нём на пару недель, пережидая активность полиции в связи с потерей своих коллег.
Пока я добирался до Свалки, то дважды чуть не попался патрулям полицейских. Их тут сроду никогда не было, видимо, какому-то полицейскому чину досталось моё дело, и он сообразил, где меня нужно ловить. Это означало, что частично путь на Свалку мне был перекрыт, полностью закрыть –
Как и ожидал, до рассвета я не успел достичь ограждения Свалки и проникнуть на её территорию. Сейчас я находился на территории Барахолки, которая начала просыпаться – продавцы и скупщики открывали свои магазинчики и ларьки, устанавливали лотки. Барахолка обычно работала с десяти утра до полуночи, но это в будний день, сегодня, значит, был выходной, раз началось шевеление рано утром.
Укрылся я за контейнерами старого Феля, известного тем, что свою таверну открывал вечером и принимал посетителей до утра. Я часто подрабатывал у Феля, ремонтируя разнообразную электронику, даже участвовал в установке сигнализации. Три совмещённых контейнера давали неплохую возможность отдохнуть членам криминалитета и молодёжных банд.
Пользуясь тем, что чёрный ход был скрыт от любопытных глаз, я спокойно подошёл к нему, достал из пакета кофр с инструментами, который я снял со старшего смены очистных сооружений, поколдовал с сигнализацией и замком и потянул дверь за ручку, почти сразу замерев. С той стороны на тонкой натянутой леске висела старая плазменная граната с истёкшим сроком годности. То есть чёрт её знает, рванёт она или нет.
Осторожно её перехватив – длина лески позволяла сунуть руку в щель – и отключив, я уже спокойно открыл дверь и проник внутрь, после чего закрыл замок и снова включил сигнализацию.
Через тамбур-кухню я прошёл в общий зал, где находилась барная стойка и десяток столиков, осмотрелся и с ностальгией вздохнул. Заняв один из столиков, я проверил гранату и убедился, что батарея питания в ней была свежая, но система управления изрядно одряхлела. Вытащив батарею, я убрал гранату в один из пакетов и принялся обыскивать кладовые таверны. Старина Фель не обманул моих надежд, коробка приличного пива и вскрытая коробка с офицерскими рационами оказалась за стойкой, под кухонным корабельным синтезатором, который тут использовался вместо повара.
Кроме обеих коробок я прихватил старую сумку, в которую сложил находки, туда же сунул пару бутылок со спиртным – сам я не употреблял, но для обеззараживания воды пойдёт, – а также пачку влажных салфеток. Ничего ценного тут Фель не держал, поэтому я вернулся в тамбур, наклонился и потянул на себя замаскированное кольцо, приподнимая крышку люка. Пахнуло канализацией, и я отчётливо расслышал знакомый щелчок и через пару мгновений громкий бульк. Захлопнув крышку, я отпрыгнул в сторону и сжался в комок, дожидаясь взрыва. Похоже, старик ставил растяжки на обе двери, чёрного и тайного ходов.
Три секунды… восемь, а взрыва так и не последовало. Видимо, детонатор сработал в холостую, граната оказалась порченой. Снова открыв крышку люка, я посмотрел вниз, потрогал леску, на которой до этого висела граната, и начал раздеваться. Опять приходилось спускаться в старую заброшенную канализацию, а одежду пачкать не следует.
Эта канализация была недействующей. Во времена криминальных войн был подрыв двух магистралей. Разрушения были огромные, поэтому муниципальные власти просто отключили этот район и провели другую ветку в обход, чем и пользовались разные находящиеся не в ладах с законом людишки. Во время облав посетители таверны уходили от легавых именно через этот люк, так что о нём знали немногие, но знали. Этим же коллектором воспользовался и я.