Беглецы
Шрифт:
— Думаю, да, — отвечает Лев.
— Значит, затем мы и существуем, чтобы придавать ему ускорение, — говорит Тесак, усмехаясь и показывая на Льва пальцем. — А ты? Вот и чем вопрос. Способен ли ты стать одним из нас?
Лев долго, внимательно смотрит на всех троих по очереди. Его родителям они бы точно не понравились. Он мог бы примкнуть к ним просто из чувства противоречия, но этого недостаточно. В этот раз все должно быть серьезней. Здесь требуется нечто большее. Но здесь и кроется нечто большее. Это нельзя описать словами, но оно точно есть, хоть и скрывается от глаз, как смертельный
— Я готов, — говорит Лев.
В прошлой жизни, дома, Лев привык чувствовать себя избранным, человеком, имеющим определенную миссию. Только сейчас он понял, как ему этого не хватало.
— Добро пожаловать в семью, — говорит Тесак, шлепая Льва по спине так сильно, что у того даже искры из глаз начинают сыпаться от боли.
З6. Риса
Риса первая замечает, что с Коннором что-то не так. Она же первая чувствует, что и Лев как-то сильно изменился в последнее время.
В какой-то момент, поддавшись эгоистичным чувствам, Риса даже приходит в раздражение. Ей кажется, что ее отвлекает, да еще и не вовремя, ведь в последнее время у нее все складывается на удивление хорошо. Она нашла свое место в жизни. Ей даже хотелось бы остаться здесь по достижении совершеннолетия, потому что во внешнем мире ей вряд ли удастся заниматься тем, чем она занимается на Кладбище. Быть практикующим врачом в гражданском обществе без лицензии нельзя — вернее, можно, но только когда речь идет о выживании, о какой-нибудь катастрофе. Когда ей будет восемнадцать, у нее появится возможность поступить в колледж, а затем и получить медицинское образование, но для этого нужны деньги и и связи, и за место в жизни придется бороться так, что даже конкуренция между учениками в ее музыкальном классе не может идти в сравнение с этой борьбой. Может, ей удастся поступить на службу в армию и стать военным врачом. Чтобы служить в медицинском подразделении, не нужно обладать крепкими мускулами. Впрочем, кое-что Рису все-таки радует: что бы ни случилось с ней по достижении совершеннолетия, у нее будет выбор, и это важно. Впервые за долгое время она чувствует, что у нее есть будущее. И, чувствуя это, она совсем не хочет, чтобы в жизни снова появились какие-то неприятности, грозящие ее этого будущего лишить.
Об этом думает Риса, направляясь к самолету, в котором желающие продолжать образование могут заниматься, как в школе. Адмирал отдал три из стоящих близко к центру и хорошо оборудованных пассажирских самолета под аудитории для учеников, оснастив их компьютерами, учебниками и другими необходимыми для обучения всевозможным наукам вещами. «Это не школа, — объяснил Адмирал вскоре после того, как партия ребят, с которой прибыла и Риса, появилась на Кладбище. — Учителей нет, соответственно нет и экзаменов». Как ни странно, именно в результате отсутствия давления со стороны взрослых жители Кладбища учатся хорошо и охотно.
Основные обязанности Рисы приходятся на ранее утро, после восхода солнца, и по окончании работы она успевает прийти в
Тем не менее, придя утром в школьный самолет, она обнаруживает там Коннора. Открыв люк и увидев его, девочка замирает в удивлении. Мальчик так поглощен лежащей перед ним книгой, что даже не слышал, как она вошла. Риса пользуется моментом, чтобы рассмотреть его как следует. Вид у Коннора усталый — таким она его не видела, даже когда они вместе прятались. И все же смотреть на него одно удовольствие. Последнее время они оба были так заняты, что проводить время вместе почти не удавалось.
— Привет, Коннор, — наконец говорит Риса.
Мальчик вздрагивает и захлопывает лежащую перед ним книгу.
Поняв, кто его окликнул, Коннор заметно успокаивается.
— Привет, Риса, — говорит он.
Когда она садится, он уже не кажется усталым и встречает ее широкой улыбкой. Рисе приятно, что он так преобразился, увидев ее.
— Ты рано встал, — замечает она.
— Я еще не ложился, — поправляет ее Коннор. — Не мог уснуть, вот и пришел сюда. А что, уже утро? — спрашивает он, пытаясь разглядеть что-нибудь через ближайший иллюминатор.
— Солнце только встало. А что ты читаешь?
Коннор пытается спрятать лежащую перед ним книгу, но это уже невозможно. На самом деле на столе перед ним две книги. Судя по корешку, та, что лежит внизу, — учебник по инженерному искусству. В этом нет ничего удивительного, учитывая то, как много времени Коннор уделял ремонту всевозможных механизмов. Внимание Рисы привлекает книга, лежащая наверху, именно ее читал Коннор, когда она вошла. Увидев название, она едва удерживается от смеха.
— «Криминология для чайников»?
— Ну, да, у всех есть хобби.
Риса смотрит на него, но Коннор отводит глаза.
— Что-то случилось, верно? — спрашивает она. — Мне не нужно читать книжку «Коннор для чайников», чтобы понять, что у тебя неприятности.
Коннор упорно избегает ее взгляда.
— Я бы не сказал, что это неприятности, — говорит он. — По крайней мере, не для меня. Хотя, может, и для меня, я не знаю.
— Ты не хочешь мне рассказать?
— Нет, — отвечает Коннор с глубоким вздохом, — не хочу. Да ты не волнуйся, все будет в порядке.
— Что-то по твоему голосу этого не скажешь.
Коннор наконец решается взглянуть ей в глаза. Потом оглядывается на люк, чтобы убедиться, что, кроме них, в салоне больше никого нет.
— Видишь ли, — говорит он тихо, наклоняясь к самому уху Рисы, — теперь, когда Дживса, Мегафона и прочих нет… на месте, Адмирал занялся поиском новых помощников. В связи с этим я бы хотел попросить тебя об одолжении. Если он обратится к тебе, прошу тебя, не соглашайся.