Бегущие во мраке

Горман Эд

Митч Крэй кое-что понимал в компьютерах. Когда они были на озере, он просто ради спорта взломал компьютер Дэвида и выяснил, что тот снимает деньги со своих счетов. Он собирался взять все состояние братьев Джерард с собой на Кубу. Наличными. Девять миллионов крупными купюрами в двух больших чемоданах. Комиссионные брокера составили почти полмиллиона.

Крэй рассказал об этом Харригану, они начали строить далеко идущие проекты и придумали неплохой план.

– Я так думаю, – сказал как-то Митч Харригану, –

что он должен нам эти деньги только за то, что заставил нас столько раз смотреть «Сияние».

Закончив обсуждение, Харриган заметил, что оставил занавески незадернутыми. Он подошел и поправил их, окинув взглядом округу.

– О, черт! – вырвалось у него.

– Что? – спросил Крэй.

– Там женщина, которая живет в синем доме, она разговаривает с полицейским.

– Да?

– И она указывает на наш дом.

– Думаешь, она узнала Кейтса?

– Ну а кого же еще?

Чертов сопляк, подумал Харриган. Он их подставил.

Полицейский еще о чем-то поговорил с женщиной, затем подошел к машине, сказал что-то своему напарнику, а затем они вдвоем пересекли улицу и направились к дому, где остановились Харриган и Кейтс.

2

У Майкла Шоу был современный компьютер, но он предпочитал работать на стареньком IBM. Конечно, он не зашел так далеко, как Дэн Рэзер, который до сих пор пользовался пишущей машинкой, но старая добрая модель 1976 года вполне его устраивала. Он купил ее много лет назад.

Шоу просматривал материалы, решая, какому уделить наибольшее внимание в сегодняшнем выпуске. Закончив с этим, он позвонит главному редактору, и они утрясут все спорные вопросы. Последние возникали крайне редко.

Зазвонил телефон. Он снял трубку после второго сигнала.

– Я не вовремя, да?

Хоть звонивший и был одним из самых влиятельных людей в мире новостей – некоторые считали, что самымвлиятельным, – слава не испортила его. Уильям Уингейт остался добрым малым.

У него было достаточно денег и славы, чтобы оставить работу в новостях, принесшую ему популярность, – точнее говоря, отречься от титула короля самой успешной информационной сети. Но при всем этом он не забывал тех, с кем когда-то работал.

– Для тебя у меня всегда найдется время, Уильям, – сказал Шоу. Затем, рассмеявшись, поправился: – Ну, почти всегда.

– Как дела?

– У нас сегодня дебаты про смертную казнь, поэтому мы все на нервах.

– Я слышал, что Дэвид Джерард снова объявился.

– Сукин сын!

– Еще какой, – согласился Уингейт. – Я только что со встречи с генералом Монтроузом.

Монтроуз, главный администратор компании, был настоящим генералом, который рано вышел в отставку и принял бразды правления, когда у компании

были серьезные проблемы. Многие тогда с иронией относились к этому назначению, ожидая, что генерала уволят через полгода. Но, вопреки их ожиданиям, он возродил компанию и добился того, что вечерние новости на их канале стали самыми популярными.

– Монтроуз желает тебе всего наилучшего.

– Спасибо. Ты знаешь, с каким уважением я отношусь к генералу.

Он рассмеялся.

– Ты догадываешься, зачем я звоню?

– Думаю, да.

– Прежде чем снова отказаться, выслушай, пожалуйста, новое предложение генерала.

– Хорошо.

– Отнесись к этому серьезно.

– Ладно.

– Сэму Гиффорду исполняется шестьдесят два, и генерал хочет поставить на его место нового человека. Но это произойдет не сразу, через годик. Мы слишком ценим Сэма, чтобы просто вышвырнуть его за дверь.

– Вдобавок ко всему у его передачи самые высокие рейтинги. Но я уверен, что он об этой затее не знает.

Уингейт снова рассмеялся.

– Нет, не знает. Генерал планирует выпускать его в эфир четыре дня в неделю. По пятницам будет работать наш новый ведущий. Четыре вечера Сэму, один – новичку. Отличная идея, правда?

– Замечательная.

– Последние три недели генерал просматривал видеозаписи с выступлениями подающих надежды ведущих, которых отобрали наши аналитики. И, скажу я тебе, он все еще настаивает на твоей кандидатуре. «Располагающая к доверию внешность среднего американца. Четкие моральные принципы», – вот как он охарактеризовал тебя. Что скажешь, Майкл?

– Скажу, что я польщен. Каждый раз, когда ты мне звонишь, я чувствую себя польщенным.

– Ты снова отказываешься? – Уингейт не смог скрыть своего разочарования.

– Боюсь, что так.

– Из-за Джессики?

– В общем, да. И потом, я же перестану быть журналистом. Здесь я могу освещать порядка десятки важных событий в год и быть телеведущим. Там я буду просто телеведущим.

– Мы можем что-нибудь придумать. Генерал просил меня донести до тебя, что мы готовы пойти на уступки.

Шоу мало кому, кроме Джессики, рассказывал о звонках Уингейта. Наверное, это бы звучало слишком самолюбиво: такой человек, как Уингейт, умоляет Майкла занять место ведущего номер один во всей Америке. Поэтому Шоу особо не распространялся на эту тему, хотя в глубине души испытывал чувство гордости. Не так давно алкоголь вывел его на кривую темную тропу, и он чуть не потерял все. Но сейчас дела шли на лад. Звонки Уильяма Уингейта служили тому неоспоримым доказательством. Он предлагал Шоу разнообразные должности одна престижнее другой в течение последних шести месяцев. Но эта должность была самой значительной.