Белая чума

Герберт Фрэнк Патрик

– Что же янки может поделывать здесь?

– Я пришел, чтобы помочь, – сказал Джон.

– Значит, у вас есть лекарство от чумы? – спросил Херити.

– Нет, но я молекулярный биолог. Должно же быть где-то в Ирландии место, где я смогу применить свои знания для помощи.

– Это Лаборатория в Киллале, – сказал Херити.

– Далеко отсюда? – спросил Джон.

– Долгий путь вам нужно пройти, чтобы попасть в Лабораторию, – сказал Херити.

Отец Фланнери встал рядом с Херити.

– Разговор окончен, мистер Херити! Этот человек уединился

здесь из добрых побуждений. Неужели вы не можете оценить это?

– Оценить это, он просит меня оценить это! – хихикнул Херити.

Джон подумал, что это был неприятный звук. У этого Херити был вид и манеры хитрого, опасного человека.

Священник почти отвернулся от Джона. Указывая рукой в черном рукаве на север вдоль озера, сложив пальцы вместе по старой ирландской привычке, он сказал:

– Лаборатория довольно далеко в ту сторону, мистер О'Доннел.

– Почему бы нам не пойти с ним, чтобы показать доброту наших сердец и то, как мы ценим его добрые побуждения? – спросил Херити. – Наверняка ему нужна наша помощь, иначе он заблудится. – Херити скорбно потряс головой. – Мы должны быть уверены, что он не заколдован.

Отец Фланнери взглянул на сосны, затем на дорогу, бегущую по краю озера за деревьями, затем снова на озеро.

– Сейчас миром правят силы повыше наших, – сказал Херити с насмешливой серьезностью в голосе. – Вы сами сказали это, отец Майкл, прошлой ночью, когда мы нашли святилище. – Он взглянул на лодку. – Может быть, это волшебное святилище привело нас сюда, чтобы мы помогли американцу.

Джон слышал в голосе Херити интонации дедушки Мак-Карти, но в нем слышался и скрытый злорадный тон.

– Не беспокойтесь, – сказал Джон. – Я найду дорогу сам.

– Ага, но это опасно, быть здесь одному, – сказал Херити. – Вчетвером безопасней. Что вы скажете, отец Майкл? Разве не должны мы поступить как джентльмены-христиане и проводить этого янки безопасной дорогой до Лаборатории?

– Он сам должен знать, что это нелегкое путешествие, – сказал отец Майкл. – Скорей всего, займет месяцы. И все пешком, если я не ошибаюсь.

– Конечно-конечно, отец, на это уйдет время, и множество времени. Мы будем идти пешком через всю страну, наблюдая жалкие картины нашей бедной Ирландии. Да и американцу сейчас нужны дружелюбные местные проводники.

Джон чувствовал дух противоречия между этими двумя мужчинами, легкий оттенок мстительности в голосе Херити. Мальчик все это время стоял, опустив голову, равнодушный ко всему.

Когда отец Майкл не ответил, Херити сказал:

– Хорошо, тогда я сам проведу американца, если добрый пастырь неспособен выполнить свой христианский долг. – Херити повернулся слегка влево в направлении тропки, которая вела между деревьев на узкую дорогу, идущую вдоль озера. – Ну, идем, янки.

– Мое имя О'Доннел, Джон Гарреч О'Доннел, – сказал Джон.

С деланной учтивостью Херити сказал:

– Ах, ну вот, я не хотел вас обидеть, мистер О'Доннел. Конечно, и О'Доннел – великолепное имя. Я знал многих О'Доннелов, и, дай-то

Бог, чтобы некоторые из них никогда не перерезали мне горло темной ночью. А янки – это просто такое выражение.

– Может, хватит уже, мистер Херити? – спросил отец Майкл.

– Да я просто объясняю мистеру О'Доннелу, – сказал Херити. – Мы не хотим обидеть его, правда ведь? – Он снова повернулся к Джону. – Мне говорили, что у нас есть и другие янки; есть французы и канадцы, пара-другая англичан и даже мексиканский контингент, они застряли, когда появились военные корабли. Но никто, я думаю, не был настолько глупым, чтобы приехать сюда после этого. Как вы пробрались мимо военных кораблей, мистер О'Доннел?

– Что они могут сделать, кроме как убить меня? – спросил Джон.

– Вот именно, – сказал Херити. – Вы подверглись большому риску.

– В Америке есть такие, которые хотят помочь, – сказал Джон. Этот Херити его удивлял. Чем этот человек занимается? Слишком многое оставалось здесь недосказанным.

– Помочь, – буркнул Херити. – Вернуть всех этих прекрасных дамочек к жизни. Ага, ну-ну.

– Если бы мы только могли, – сказал Джон. – И всех женщин и детей, убитых бомбами террористов тоже.

Выражение черной ярости появилось на лице Херити и исчезло. Он весело сказал:

– Что же вы можете знать об этих бомбах, мистер О'Доннел?

– То, что я читал в газетах, – солгал Джон.

– Газеты! – сказал Херити. – Это не то же самое, что побывать рядом с настоящей бомбой.

– Разговоры не помогут мистеру О'Доннелу попасть в Лабораторию, – сказал отец Майкл. – Может быть, мы уже тронемся в путь?

– Мы! – сказал Херити. – Добрый святой отец идет с нами! Как это будет благородно, мистер О'Доннел, идти пешком под охраной Божьего милосердия!

Не отвечая, отец Майкл обошел вокруг Джона и зашагал по узкой тропинке по направлению к дороге. Мальчик, придерживая спереди полы своей голубой куртки, бегом догнал священника и зашагал следом за ним в ногу.

– Идемте, мистер О'Доннел, – позвал отец Майкл, не оборачиваясь.

Джон повернулся спиной к Херити и последовал за священником. Он слышал, как Херити шагает следом сзади, настолько близко, что ему было не по себе. Однако священник пойдет к Лаборатории. В этом Джон был уверен. Его приведут прямо в сердце ирландской битвы с чумой!

Со своей стороны Херити чувствовал огромную неудовлетворенность обменом репликами между собой и этим О'Доннелом. Этот человек может быть тем, кем он представился. И что тогда? Лысый простофиля, к которому совершенно не подходило описание О'Нейла.

Отдуваясь, Херити шепотом выругался.

Это задание раздражало его, и самое худшее в нем было сознание того, что Кевин именно и намеревался уязвить его гордость. А то, что он взвалил ему на плечи в последнюю минуту отца Майкла! А потом священник отказался бросить этого слабоумного мальчишку! Бесполезный маленький дохляк! В этой миссии все было гнусным. Ну что ж, раньше начали, раньше кончим.