Белое море
Шрифт:
— Позволь представить моего сына, Эксетера.
Дракон обернулся, почтительно посмотрев на отца, едва заметив мать, а потом — с вызовом вперил в меня взгляд. Мы обменялись рукопожатиями достаточно сухо, словно эта была игра «кто кого», и ему представили сестру. Только тогда его голубые глаза оттаяли, а лицо потеряло хищное выражение. Ярослава покраснела, что приятно удивило отца, и напрягло меня.
Не успели мы обменяться стандартными фразами, положенными при знакомстве, как в фойе торжественно вступила компания с кролом во главе.
— Лорд Дартмур! Господин Беломорский! Какая встреча!
Драконьи семьи вокруг раболепно повалились
Повторилась многократно совершенное действо: крол с нескрываемым интересом оглядел меня, словно пытаясь понять, стал ли я похож на него больше, или изменился в другую сторону. Его жена обдала меня ненавистью, такой жгучей и неискоренимой, словно я был ее кровным врагом. После меня — прошлась уничижительным взглядом по моей матери, признавая ее самой недостойной персоной на свете. Их сыновья одарили меня разными чувствами, от открытой неприязни до вполне заметной симпатии, дочери — сразу осыпали кокетливыми улыбками.
— Ваше величество!
Мы почтительно склонились, приветствуя правящую семью.
Рядом с ними стояли Тобольские — древнейший род, пользующийся уважением во всех уголках державы. Военные, по образу жизни они были похожи на нас, разве что их корни уходили в Южный материк, в связи с чем в глазах общества они стояли намного выше Беломорских — коренных драконов Норгратера.
Справа от нынешнего главы рода Тобольских стоял Матвей Ясногоров, и, если раньше он с волнением пытался завязать со мной беседу, и в малейших подробностях расспрашивал о севере, то сейчас его красивое изящное лицо перекосилось от ненависти и презрения. Катерина Тобольская явно ощущала неловкость от происходящего, а принцесса Касия и вовсе не думала ни о чем, кроме диадемы на своей голове.
— Лорд Дартмур, я очень рад, что нынешний зимний сезон вы решили провести у нас! Давно уже вас приглашал, а вы все отказывались.
— Обычно мы предпочитаем проводить праздники дома.
— Хорошо, что у вас нашелся повод, — крол безошибочно нашел глазами Ярославу, и его серые зрачки на секунду озарились Солнечным Ореолом. — Господин Беломорский, наконец-то вы привезли в столицу свою дочь.
— Позвольте представить, сударыня Ярослава.
Сестра грациозно поклонилась, не смутившись при всеобщем внимании. Королева цепким взглядом прошлась по ее лицу, но не нашла сходства с чертами своего мужа, и явно расслабилась. Принцессы надменно-задумчиво надули губы, не найдя изъянов ни в ее наряде, ни в безупречных манерах. Зато один из младших сыновей крола так впился в нее глазами, что я едва подавил желание сжать кулаки: однажды наследник Казимирова таким же взглядом смотрел на сестру Брониславу, и за это она поплатилась жизнью.
Угробить Ярославу я им не позволю! Еще до ее рождения я был готов принести самую дорогую жертву, лишь бы дать ей возможность жить без страхов и сомнений, которые отравляли первые мои восемь лет. Да и спустя все эти годы они по-прежнему смотрят на меня с недоверием, не понимая, как я могу владеть родовой силой Беломорских, будучи полной копией крола. Дети всегда наследуют силу отцов, такова природа драконов, и, видя, как я повелеваю Морским Штормом, никто не смеет назвать меня бастардом. Но и отпустить подозрения до конца они не способны, что неудивительно: я похож на Казимирова больше, чем все его родные дети вместе взятые.
— Как вы находите нашу столицу, сударыня?
— Впечатляюще,
Пока крол Казимиров прожигал ее взглядом, сестра хранила скромную невозмутимость. Что же ему нужно? Искал и в ней сходство с собой? Но она была истинной представительницей Беломорских, до последней черточки.
— Рад, рад, сударыня.
— Ваше величество, — вмешался лорд Дартмур, — позвольте поздравить вас с помолвкой вашей прекрасной дочери!
Крол самодовольно усмехнулся, выслушивая поздравления и лестные речи в честь Касии. Сама принцесса явно упивалась торжеством: столько лет все держалось в секрете, и наконец о ней заговорят во всем мире! Ведь это такое событие — объединение двух самых важных родов Норгратера. Зато жених, несмотря на старания, счастливым не выглядел, и по-прежнему метал на меня гневные взгляды. Ничего, пусть привыкает, сопляк, терпеть лишения! Я всю жизнь живу как у жерла вулкана, не зная, когда случится извержение, пусть и он познает истинную тяжесть ответственности.
— Господа, предлагаю продолжить этот вечер в моем дворце, за ужином! Не часто, знаете, удается собрать в столице лучшие семьи!
Мы с отцом не выказали удивления, но с каких это пор высокомерный Казимиров причисляет нас к «лучшим семьям»? Еще недавно мы были лишь ничтожными северянами, недостаточно знатными, когда сын крола пожелал жениться на сестре Брониславе.
— Господин Беломорский уже пригласил нас с сыном на ужин, — весьма дипломатично отозвался Дартмур.
Его родовитость вполне позволяла отказывать кролу, но Казимиров не желал слышать возражений:
— Я совершенно не против больших компаний, тем более, уверен, моим детям будет крайне интересно провести этот вечер в обществе более молодых драконов, чем я сам!
Не давая возможности отказаться, крол принял решение, и распорядился подать экипажи. Его сын по-прежнему неотрывно следил за Ярославой, и Эксетер Дартмур подошел к ней, галантно подав руку. Мне это не особо понравилось, но сестра с неожиданным для нее смущением приняла помощь, и вдвоем они — средоточие всех взглядов, — спустились вслед за венценосной процессией. Менее везучие драконы провожали нас восторженным шепотом, явно намереваясь разнести новые слухи.
***
— И как тебе господин Эксетер? — спросил отец Ярославу, пока мы ехали домой переодеваться.
— Приятный молодой дракон, — спокойно ответила сестра, но для всех было очевидно, что он ей понравился. — А вы что думаете, матушка?
— Я согласна с тобой, дочь.
Прояви отец больше интереса, он бы заметил, как взвинчена мать, но он явно пребывал в мире матримониальных расчетов, и не уделял внимания ее внутреннему состоянию. Мне же было ясно, как она не желает ехать во дворец крола, как она ненавидит его супругу, всех его детей, и как она сейчас злится на меня за то, что я родился похожим на Казимирова, хотя моей вины в этом точно не было.
— А теперь поторопитесь! Нельзя заставлять Казимировых ждать!
Столичные драконицы не способны быстро сменить туалет, для них это — сложнейшая процедура, даже церемония, выполняемая крайне торжественно и крайне неспешно. Но на севере изнеженность не в почете, и в Сколлкаструме переодевания занимают минимум времени. Как бы мать не желала остаться дома, ей пришлось предельно быстро надеть платье для ужина, и спуститься вниз. Следом за ней легко сбежала Ярослава, хрупкая, нежная и ослепительно красивая в дорогущем новом платье. Отец не жалел средств на ее гардероб.