Белые лисы

Джейкс Брайан

Гельтор стоял в безопасности на опушке и отдавал крысам приказы.

— Скажите Эскроду и Предак, чтобы они возвращались с северной стены сюда. Вэннана, сейчас не время валяться без дела. Поднимайся, нам надо сообразить, что делать дальше.

Лисица насмешливо покосилась на брата:

— Похоже, больше мы не будем поджигать ворота таким способом? В чем дело, идея оказалась не такой уж удачной?

Песенка проснулась в тот предрассветный час, когда спать хочется как раз больше всего. В пещере царила духота, отовсюду раздавался храп водяных мышей. Белочка

слегка подтолкнула Позднецвета. Еще не проснувшись, он первым делом дотронулся до рукояти меча, чтобы убедиться, что драгоценный талисман на месте. Сделав знак, чтобы Позднецвет продвигался к выходу, Песенка принялась будить Дипплера. Тот повернулся на другой бок и пробормотал:

— Еще студень остался?

Песенка зажала ему рот лапой и прошептала ему на ухо:

— Вставай, Дипп, мы уходим, если лодка, конечно, еще на месте.

К счастью, так оно и оказалось. Пока они подтаскивали лодку к воде, Дипплер ворчал, не умолкая ни на секунду:

— И чего было подниматься в такую рань? Куда спешить? Мне здесь понравилось, да и студень был — просто пальчики оближешь.

Позднецвет слегка дернул его за хвост:

— Потише говори и перестань все время думать о своем желудке! Песенка права — надо уходить, пока все хорошо. Я не доверяю этому серому старику. Он-то был бы рад оставить себе и Лифвуд, и лодку. Конечно, водяные мыши кажутся мирными и дружелюбными, но кто знает?

— Точно, точно, никто не знает. Особенно если за дело возьмется старейшина. Тут уж ни в чем нельзя быть уверенным!

Они повернулись на голос, и из-за деревьев показался Бурбл с мешком, набитым всякой едой и двумя дополнительными веслами.

— И куда это ты собрался?

Бурбл столкнул лодку в воду, закинул в нее свой мешок и запрыгнул сам.

— Собрался с вами. Не могу же я всю жизнь прожить в этой дыре возле реки. Может, остальным это и нравится, но мне — нет! Просто повезло, что вы забрели к нам. Но теперь надо поторапливаться, пока остальные не проснулись и не обнаружили, что «Ласточка» исчезла!

Дипплер уже собирался разразиться гневной отповедью, но Песенка бесцеремонно пихнула его, так что тот плюхнулся на дно лодки, и сунула ему в лапы весло.

— Успокойся, Дипп, у нас нет времени на споры. Что-то подсказывает мне, что Бурбл прав. Давайте-ка убираться отсюда. В конце концов, спорить можно и по дороге. Садимся на весла: мы с Позднецветом — с этой стороны, а вы с Бурблом — с той. Да не теряйте времени — скоро рассветет!

Друзья расселись по местам и взяли весла. Вскоре лодка оказалась на середине реки и устремилась вниз по течению. Дипплер, искушенный во всем, что касалось лодок, изо всех сил расхваливал эту посудину. Даже Песенка и Позднецвет, которые в лодках совсем не разбирались, понимали, что с ней им действительно повезло. Дипплер с удовольствием смотрел, как мимо проплывают берега.

— Да, друзья, легкая как перышко. Так и кажется, что она не скользит по воде, а летит. Поэтому-то ее и назвали «Ласточкой», верно?

Бурбл согласно кивнул и кинул обеспокоенный взгляд через плечо:

— Верно, Дипп, только

сейчас ты поменьше болтай да посильнее греби.

Песенка подозрительно покосилась на водяную мышь и тоже налегла на весла, впрочем не удержавшись от вопроса:

— Бурбл, у меня такое чувство, что ты нам сказал далеко не все. Тебя послушать, так можно подумать, что мы украли «Ласточку».

Лодка неслась по реке как стрела. Бурбл объяснял:

— Ну, понимаете, этот серый старик — такой хитрец. «Ласточка» ему не принадлежит, она принадлежит всему племени, поэтому все решили, что он обменял свою старую лодку на Лифвуд, а он ни слова не сказал, как все было на самом деле. Так что скоро они пустятся за нами в погоню, это уж точно. Племя захочет вернуть «Ласточку».

Позднецвет сжал зубы и приналег на весло.

— Значит, получается, что мы сидим в украденной лодке. Этот старик надул нас. Он получил Лифвуд, а если они нас поймают, мы ничего не получим!

За лесом поднималось солнце, окрашивая небо в нежно-розовый цвет.

— Нет, вы подумайте, какая гадость! — раздраженно воскликнула Песенка, подразумевая поведение старейшины.

Однако, глядя на ее праведный гнев, Бурбл почему-то расхохотался. Похоже, он решил, что они уже достаточно далеко удалились от племени и теперь можно разговаривать в полный голос.

— Хи-хи-хи-хи! Не злитесь понапрасну! Старик думает, что если он старый, значит, и умный. Только я и моложе, и умнее! Да-да!

Песенка с удивлением посмотрела на веселящегося Бурбла:

— Ты это о чем?

Толстячок потряс туго набитым мешком:

— Я его перехитрил! Когда этот толстопуз проснется, увидит, что в лапе у него вместо Лифвуда — деревянный половник! Да-да! Я подменил его! А ваш Лифвуд преспокойно лежит у меня в мешке! Хи-хи-хи-хи!

Песенка сердито взглянула на Бурбла:

— Это было очень глупо! Конечно, старик обманул все племя, но мы выполнили свою часть договора. А теперь получается, что мы вдвойне виноваты!

В эту минуту раздался громкий крик, эхом отозвавшийся со всех сторон:

— Э-ге-ге-гей! Ахой!

Бурбл в испуге воскликнул:

— Это они! Гребите быстрее!

— Но я думал, что «Ласточка» легко сумеет обогнать любую лодку, — пропыхтел Позднецвет, еще сильнее налегая на весла.

Бурбл смахнул со лба пот:

— Может, так оно и есть, но у них по восемь весел на лодку. К тому же водяные мыши знают реку как никто другой — все повороты и камни. И старейшина это отлично понимает. Смотрите внимательнее, мы выходим в большую реку.

Все четверо изо всех сил работали веслами, от напряжения все мышцы и мускулы болели, пот градом катился по спинам. Крики сзади становились все громче — племя водяных мышей настигало похитителей. Позднецвет, смахнув со лба пот и речную воду, промолвил, кивнув на южный берег:

— Там, кажется еще одна речушка.

Но водяная мышь Бурбл, кажется, совершенно не обрадовался:

— Нет, нет, туда нельзя. Это тупик, весь заболоченный и непроходимый. Глупо туда соваться!

— Э-ге-ге-ге-гей! Смерть ворам!