Белый индеец
Шрифт:
Девушки не знали, что Дебора понимала почти все, о чем они говорили. Теперь, подумала она, скрывая дрожь, понятно, почему они так относятся к ней. Та, которую звали Йала, сама была неравнодушна к Ренно.
Теперь Дебора каждый день работала в поле, а Са-ни-ва или Ина всегда были поблизости.
Ренно целую неделю сидел дома, и, когда Дебора возвращалась с поля, видела, что он трудится с помощью маленьких инструментов над непонятным предметом. Он никогда не показывал ей, что делает, пряча свою работу под циновку, и девушка знала, что по индейским обычаям спрашивать его об этом
Однажды вечером после еды Дебора стояла на пороге, наблюдая, как садившееся медленно превращается из сияющего золотого в оранжевое. Она привыкла к новому образу жизни, но постоянно думала, сколько же еще времени ей придется провести здесь. Дебора скучала по дому, по резкому голосу тетушки Иды и по доброй улыбке бедняжки Уолтера.
Ренно молча встал у нее за спиной, пряча одну руку за спину.
– Ренно, - сказал он на языке сенека, - делает подарок Де-бо-ра.
Девушка взяла то, что он ей протягивал, и увидела, что оленьи рога разрезаны на кусочки и нанизаны в ожерелье, с затейливой резьбой по полированной поверхности.
Дебора была потрясена. Конечно, Йала была права, и он дважды спас ее вовсе не из жалости или сострадания
Пальцы девушки задрожали, она приложила украшение к шее и связала шнурки на концах. Ренно ждал ответа.
– Де-бо-ра, - сказала она на языке сенека, - благодарит Ренно, старшего воина. Она кланяется ему.
Ренно вплотную подошел к ней. Желание пересилило самодисциплину.
Это движение было настолько резким, что Дебора инстинктивно выпрямилась и сделала шаг назад, но тут же пожалела об этом. Прекрасный подарок наполнил теплом всю ее душу, и все же следующий жест был слишком внезапным.
Глаза Ренно потемнели, на лице опять застыла маска равнодушия, и он отвернулся. Не глядя на девушку, он подошел к своей кровати и лег, повернувшись к ней спиной.
Для всех в городе она была его рабыней, и он мог взять ее силой, и лишь гордость удерживала Ренно от опрометчивого шага. Она взяла его подарок, но отвергла как мужчину, и, конечно, имела на это право. Традиции сенека были нерушимы на протяжении многих поколений, и наверное, в ее народе тоже так принято.
Очень хорошо. Он, Ренно, самый молодой старший воин, когда-либо надевавший головной убор из перьев, сын великого сахема, обладатель десяти скальпов, не даст понять простой женщине, что она обидела и унизила его. Скоро Ренно уснул, или при творился спящим.
Солнце спряталось за морем деревьев на западе, и только огонь в очаге освещал комнату. Напуганная Дебора так и стояла, нежно поглаживая ожерелье.
Она знала, что обидела Ренно, но вряд ли смогла бы объяснить, что произошло ужасное недоразумение. Он был уверен, что имеет право на близость с ней, и после всего, что он для нее сделал, Дебора не смела отрицать этого права.
Девушка разжала пересохшие губы.
– Ренно.
Ничего, кроме глубокого дыхания и шипения угля в очаге.
– Ренно!
– повторила она громче.
Юноша не шевелился.
Дебора хотела было подойти к нему, но суровое воспитание удержало ее от этого шага.
Дебора долго не могла уснуть в ту ночь. Она составила короткую речь по-английски,
Наконец она выучила все наизусть, повторяя фразы раз за разом, чтобы говорить гладко. Только после этого ей удалось задремать.
На рассвете она проснулась. Ренно уже встал, но не пришел к завтраку.
Дебора пошла на поле, и там Ина сказала ей, что Рено вместе с Эл-и-чи отправились на охоту.
– Когда они вернутся?
Ина пожала плечами.
– Когда новая луна станет полной. Может, чуть раньше или чуть позже.
Ина догадывалась, что они поссорились, но по обычаям сенека не имела права вмешиваться.
Прошло две недели. Сердце Деборы разрывалось между надеждой, что Ренно выслушает и примет ее объяснение, и страхом, что он больше никогда не захочет ее видеть.
Дебора знала, что на самом деле не была влюблена в Ренно. Даже живя под одной крышей, она никогда не знала, л чем он думает, а его привычки и понятия были чужды ей. В то же время он был самым привлекательным мужчиной из тех, что она когда-либо встречала, и он, и вся его семья были так добры, и оставались ее единственной надеждой на будущее в этом мире. Волны страха топили надежду, и так повторялось снова и снова.
Только через семнадцать дней Дебора получила первые новости о Ренно. Ранним осенним дождливым утром Ба-лин-та, как обычно, пришла к ней в гости.
– Во всем виновата Йала, - сердито сказала девочка.
– Так говорит мама, - она понизила голос.
– И отец тоже.
– В чем она виновата?
– Что она сделала с Ренно.
Сердце Деборы упало. У нее тоже есть гордость, и если Ренно вернется к противной Йале, она этого не вынесет.
– Йала выходит замуж за старшего воина из города сенека на севере. Он пришел два дня том у назад, - возмущенно продолжала Ба-лин-та.
– И в тот же день он сказал всем, кто его слушал, что Ренно трус!
Дебора затаила дыхание.
– Это Йала велела Ми-кью-ил так сказать. Просто чтобы сделать плохо. Ренно смел, как медведь. Или лев. И ястреб!
– девочка пришла в ярость.
– Что теперь будет?
– Дебора почувствовала, что ей больно дышать.
– Наш отец отправил гонца за Ренно в лес. Прошлой ночью барабаны сообщили, что они встретились. Скоро Ренно вернется домой.
– И что потом?
Ба-лин-та посмотрела на подругу, которая была так умна в одних вещах и невежественна в других.
– Тыквы, что еще остались на поле, омоются кровью.
Не в силах одолеть страх, Дебора под дождем вместе с Ба-лин-та пошла к Ине, подтвердившей рассказ дочери.
– Самое страшное оскорбление для воина сенека, когда его называют трусом. Я знаю, во всем виновата Йала. Несколько лет тому назад они с Ренно хотели пожениться, - она не стала говорить, почему они расстались.
– Теперь Йала ревнует к тебе, Де-бо-ра, и заставила мужчину, который станет ее мужем, солгать. Ми-кью-ил могучий воин, за его поясом пятнадцать скальпов. И все-таки, - добавила она спокойно, - Ренно победит. Маниту открыли мне, что он одержит победу.