Белый индеец
Шрифт:
– А до тех пор, - заключил полковник, - рейды будут продолжаться.
– Да поможет нам Господь. Боюсь, так оно и будет.
Зима была очень холодной. Толстый слой снега и льда покрыл землю, с запада непрерывно дул влажный ветер. Но Дебора Элвин твердила себе, что ей не на что жаловаться. Она оказалось в безопасности и уюте, чего никак не могла предполагать, когда была похищена гуронами из форта Спрингфилд.
В доме было тепло, они только что поужинали. Девушка знала, что никогда не останется голодной в
Пришло время отдыха, и перед сном они с Ренно, как обычно, занимались любовью. Дебора с удивлением, но без стыда, признавалась себе, что ей нравится общество белого индейца.
В то же время девушка понимала, что в целом в их отношениях многого недостает. Обстоятельства в сочетании с непредвиденной страстью и добротой Ренно послужили причиной того, что они с Ренно стали любовниками, но теперь, по прошествии времени, Дебора начала правильно оценивать свои чувства и сложившуюся ситуацию.
Она никогда не любила Ренно по-настоящему. Истинная любовь, в ее понимании, означала полную совместимость во всем, но пропасть между ними была слишком глубока. Да, у него белая кожа, голубые глаза, такие же, как у нее волосы, но он все-таки индеец, неспособный понять ее чувства, мысли, образ жизни. С другой стороны, сама Дебора не могла знать, что он думает и почему он так думает.
Больше всего Дебора боялась забеременеть от Ренно. Тогда она обречена будет провести остаток дней своих в городе сенека, вдали от своего народа. Она не могла смириться с подобной перспективой и стать, как Ренно, белой индианкой.
Ренно смотрел на отблески света, пляшущие по ее лицу, и понял, что сейчас, несмотря на физическую близость, она далеко отсюда.
– Де-бо-ра печальна, - сказал он наконец.
Девушка не хотела лгать ему, но не знала, как объяснить свои чувства, и просто кивнула.
– Хочешь, мать Ренно научит тебя делать мокасины?
– Она учит меня. И Са-ни-ва, - добавила она, прежде чем Ренно успел задать следующий вопрос.
– Она показала мне, как сделать мягким мясо бизона, которое я приготовлю для тебя завтра вечером.
Ренно чувствовал, что она уходит еще дальше, ми расстроился.
– Если б Ренно жил в городе моего народа, - сказала она, надеясь, что молодой человек поймет ее чувства, - он скучал бы по своей семье и друзьям. Он скучал бы по охоте с Эл-и-чи и беседам со старшими воинами.
Ренно понял. Он вспомнил историю женщины эри, похищенной сенека. Она стала женой воина, и с ней обращались, как с равной. Но она перестала есть и спать, и так тосковала по родному племени, что в конце концов умерла.
– Слова Де-бо-ра верны, - сказал Ренно, поднимаясь на ноги.
– Я буду думать о них.
Накинув плащ из шкуры бизона, он ушел в ночь. Дебора надеялась только, что ее жалоба не обидела его.
Ренно миновал частокол, прошел по замерзшему полю и остановился на вершине
Де-бо-ра была его женщиной, и Ренно отвечал за нее. Если б на ее месте были Йала или Ановара, он бы так не тревожился, потому что они обе были сенека. Но Де-бо-ра нуждалась в защите и помощи всей семьи.
Он хотел спросить совета у маниту, но тут же передумал. Мужчина сам должен решать проблемы, связанные с его женщиной, и духи только посмеются, если он обратится к ним за поддержкой.
Ренно понимал, что Де-бо-ра страдает, но не винит его в этих страданиях. При этой мысли ему стало немного легче, и все же Ренно не знал, как ей помочь.
Ночь тянулась долго. В кустах бродили звери. Ренно не мог пойти за советом к Ине или Са-ни-ва, потому что старший воин должен иметь обо всем собственное суждение. Женщины пожалеют его, но перестанут уважать.
Мало-помалу небо становилось светлее. Высоко над головой Ренно появилось крохотное пятнышко, но нужно было обладать очень острым зрением, чтобы его разглядеть. Ренно наблюдал, как оно становилось все больше, и не удивился, узнав ястреба.
Может, это снова тот самый ястреб, сын огромной маски, его наставницы. Ренно поспешно прогнал эту мысль и принялся ждать, что будет делать птица.
Ястреб летел все ниже, дважды описал круг, скользнул к земле и опять поднялся в небо.
Ренно не двигался.
Ястреб полетел точно на юго-восток.
Ренно смотрел на птицу, пока та не исчезла из виду. Теперь он знал, что нужно делать. Ренно вернулся в спящий город и пошел к дому.
Дебора, притворяясь спящей, наблюдала, как он снял плащ и уселся перед огнем. Лицо Ренно было неподвижно, и девушка в который раз удивилась, как часто сенека читают мысли друг друга, а она ничего не может увидеть в их глазах.
Забрезжил рассвет, и девушка потянулась, притворяясь, что только проснулась.
– Я приготовлю завтрак.
Ренно покачал головой.
– Сегодня я буду есть у отца.
Он снова ушел из дома, и Дебора поняла, что Ренно принял важное решение.
Великий сахем, его жена и дочь уже начали завтракать. Ина сразу освободила место для сына слева от отца и подала ему миску похлебки.
Ренно ел молча.
Ина подала знак, и Ба-лин-та следом за ней вышла из дома.
Мужчины еще долго сидели молча, прежде чем Ренно сказал: