Белый олень

Далтон Сара

– Похоже, никто за ней не придет.

Я не сдержала ухмылки, а девушка моргнула и затрясла головой, волосы упали ей на лицо, скрывая влажные следы на щеках. Она начинала ломаться.

Мы с Казом разделили завтрак из ягод и воды из ближайшего ручья. Каз помог девушке сделать пару глотков воды. Я не запрещала, ведь мы заставляли ее только голодать. Гвен щипала траву у наших ног. Утро омрачало только неутихающее клацанье монстра из леса. Каждый раз, когда звук возникал, девушка замирала и вскрикивала. Она знала,

кто это, и я хотела заставить ее говорить. Любопытство покалывало на коже. Но я не могла этого сделать.

Каз сидел рядом со мной на траве и тихо сказал:

– Что мы будем с ней делать? Без еды она слабеет. Мы не можем тратить на нее время.

– Возьмем ее с собой и заставим привести к Скитальцам, - сказала я. – Она скоро сломается.

– А если нет? Мы станем убийцами, совсем как они, - сказал он.

Я не хотела думать об этом.

– Отправимся в путь, а там и посмотрим.

Каз кивнул и начал собирать вещи. Я затушила костер и прицепила свернутые одеяла к седлу Гвен. Девушка смотрела на нас краем глаза.

– Вы ведь не собираетесь меня тут бросить? Только не с этим лесным монстром, - сказала она.

– Может, и бросим, - сказала я. И я не смотрела на нее, подтягивая седло Гвен.

Девушка забилась в веревках.

– Плевать. Мне плевать на смерть.

– Может пытаться обмануть меня, - ответила я. – Но ты выглядишь слишком уж боящейся смерти.

– Я боюсь не смерти, - сказала она. – А того, как умру.

И тут я поняла, что у нас есть на нее управа. Я кивнула Казу, взобравшемуся на Гвен, и мы отправились прочь. Позади я слышала, как девушка пытается отойти от дерева.

– Если вы меня бросите, это будет убийством! – кричала она.

– Как и убийство моего отца? – я развернулась и направилась к ней. – Ты хочешь сказать, что он был вынужден умереть из-за вас, Скитальцев? – руки сжались в кулаки.

Девушка опустила взгляд.

– Я ничего не знаю о…

– Все ты знаешь! – завопила я. Приближение перешло в бег. – Ты знаешь все об этом. Ты могла и быть…

– Я не была там, - ответила она, замерев и тряся головой. На лбу ее блестел пот. – Я не была. Клянусь.

– Но ты знаешь, - глаза мои были так широко раскрыты, что утренний воздух покалывал, а кулаки сжимались до боли в костяшках. Я попыталась взять себя в руки, чтобы не побить ее.

– Я знаю об этом, - сказала она почти беззвучно.

Я отвесила ей пощечину.

– В следующий раз ударю кулаком.

– Мей! – крикнул Каз. Он спешил обратно, держа поводья Гвен.

– Скажи! – кричала я ей в лицо. – Скажи, где они.

– И ты убьешь их? – сказала она. – Ты сможешь убить моих семью и друзей? Я так не думаю. У тебя и шанса не будет. Они таких, как ты, едят на завтрак.

Каз схватил меня за руку и отвел в сторону.

– Нам нужно вернуть Эллен, -

сказал он. – На остальное плевать.

– Говори за себя, - сказала я, сверля его взглядом.

– Зачем они забрали Эллен? – спросил у девушки Каз.

Она отвернула голову.

Клацанье повторилось, в этот раз звуча ближе.

– Если не скажешь, куда ушли твои драгоценные Скитальцы, мы оставим тебя здесь на съедение этого шума, - сказала я.

Глаза девушки расширились.

– Вы не бросите меня.

– Думаешь, мне есть до тебя дело? – сказала я. – Один из вас убил моего отца. Мы не дали тебе еды. Разве это похоже на заботу? Похоже?

Она зажмурилась и ударилась о дерево затылком в отчаянии.

– Нет. Не похоже, - когда она открыла глаза, они были полны слез.

– Если думаешь, что твои слезы вызовут у меня жалость, то подумай хорошенько еще раз, - я отступила на шаг и скрестила руки на груди, пытаясь не дать ей сыграть на моих чувствах. Даже если она не была замешана в смерти моего отца, она была частью их группы, нужно было об этом помнить. Я должна была с ее помощью добраться до них.

– Я покажу, - сказала она. – Если дадите немного еды.

Я кивнула Казу. Он вытащил из сумки на седле Гвен немного жареного мяса и протянул прямо к губам девушки. Она жадно съела.

– Развяжите меня, - сказала она.

– Хорошо, - сказала я. Отвязав ее от дерева, я оставила веревки на руках и ногах, но они позволяли ей идти, а потом конец веревки я привязала к седлу Гвен.

– Это так нужно? – сказала она. – Куда я могу сбежать?

– Обратно к своим «друзьям и семье», - передразнила ее я. – Может, сначала расскажешь, как ты оказалась в лесу одна?

Она вздохнула и будто зарычала.

– Сначала еще еды.

Каз дал ей пару ягод.

– Это еда? – она закатила глаза.

Я приблизилась к ней.

– Да. Скажи, что ты делала в лесу одна.

Девушка отшатнулась от меня. Злость волной накрыла меня, проявляясь на моем лице, и это заставило ее отойти.

– Хорошо, я скажу. Я… потерялась. Мы группой шли через лес. Я отошла, чтобы поймать зайца, и почти смогла. Но когда я вернулась к лагерю, их не было. А уже почти стемнело. Я пыталась идти по их следам, но потеряла их. И осталась одна в лесу.

Я не хотела, но все же начала ее жалеть. Пару дней назад я так потеряла Каза и Анту. Такого одиночества я еще не испытывала.

– Как давно это было? – спросил Казимир.

Она взглянула на меня с выражением, схожим с виной.

– Три дня назад, - сказала она.

Я вздохнула. Она была еще дальше от своих, чем мы.

– Но ты знаешь, куда они шли?

– Не уверена, - сказала она. – Но у меня есть подозрения. Если развяжете, я помогу вам. Я знаю их пути. Когда мы найдем эти пути, я скажу.