Белый орк
Шрифт:
Постройка заставы длилась до самого вечера. Оставалось распределить дежурства и можно ждать незваных гостей.
– В ночную смену пойду я и Сандрия, - заявил рыцарь.
– Эй!
– ожидаемо возмутился Рансу.
– Ты отстанешь от нее когда-нибудь?
– Слушай, чего ты переживаешь? Что я с твоей Саночкой сделаю, у меня же тела нет!
– Ты плохо на нее влияешь! Она и дня не провела в Степи, а уже пристрелила несколько орков и поцеловала живого мертвеца!
– Рансу, позволь мне решать, как поступать.
– Во, видал!
– всплеснул руками Исмаил.
– Да она почти моя ровесница. Так что иди отдыхай. Тебе еще орчиху лечить.
Целитель махнул рукой и скрылся в доме Куввы. Тарша похромала следом.
– Какой настырный у тебя родственник.
– Есть немного, - Сана привалилась спиной к мешкам и принялась перебирать стрелы в колчане.
Рыцарь немного побродил по округе, насобирал (точнее, надергал из соседских плетней) хвороста и вернулся. Стал ломать сухие пруты и засовывать в забрало.
– Ты питаешься деревом?
– хихикнула Сандрия.
– Нет. Готовлю печку. Ночью будет холодно, но только не рядом с самым жарким парнем Империи. Огонь буквально пылает в моей груди. Вот увидишь.
Закончив с хворостом, Исмаил закусил сеном и несколько раз с силой лязгнул забралом. Снопы искр упали в железное брюхо, и вскоре изо всех щелей доспеха повалил сизый дымок. Эльфа рассмеялась, обнажив маленькие острые зубки.
– Ты похож на ходячее кадило.
– Ага, пока до углей не догорю. Жаль мяса нет, а то запекли бы.
Рыцарь сел рядом и положил девушке руку на плечо. Сандрия скинула конечность и отползла в сторону - не со зла, а скорее играя. Исмаил хотел прыгнуть на эльфу и заключить в объятия, но услышал нарастающий топот копыт.
Вмиг растеряв игривое настроение, доспех выглянул из-за баррикады и увидел вдали крупный конный отряд. И это были отнюдь не орки - варвары не ездят на лошадях. И уж тем более не носят крепких панцирей поверх длинных, до колен, кольчуг.
Отряд остановился в сотне шагов от укрепления. Дальше почему-то скакать не захотел. Беглым взглядом Исмаил насчитал не меньше сотни копий. Для такой дружины смести обе деревни, что сплюнуть.
Вел отряд невысокий кряжистый мужик в темно-розовом камзоле. На лысой голове блестел искусно выкованный золотой обруч. Свисающие до второго подбородка усы украшали драгоценные колечки. Исмаил сразу признал в мужике видного вельможу, но больше всего рыцаря беспокоил цвет его одежд. Он видел такой оттенок лишь однажды - на борту проклятого гоблинского корабля.
– Эй, орки! До меня дошел слушок, что вы укрываете у себя трех особо опасных преступников! Рыцаря в древних латах, девку с белыми узорами на морде и человека-дипломата. Выдайте их по хорошему, иначе мы возьмем силой. Времени на раздумья - час. Драться я не хочу, но если придется - буду. Выбор за
Наглец в розовом не представился, поэтому Исмаил решил величать его Моржом. Уж очень седые усы напоминали бивни этих северных животных. Доспех попросил Сандрию немедленно сбегать за Рансу и Таршей. Разошедшиеся по домам крестьяне, скорее всего, ничего не услышали. А если и услышали - то не поняли. Морж общался на чистом имперском, что, в общем-то, несколько странно при разговоре с варварами. Впрочем, очень многие орки знали наречие людей. Как говорится, язык врага разуметь необходимо.
Но Исмаил очень надеялся, что хуторяне в число зеленокожих толмачей не входят.
Из дома вышел Рансу. Орчиха опиралась на его плечо и прыгала на одной ноге. Рану недавно перевязали - бинты были свежими, чистыми, без капли крови.
Высота заставы надежно скрывала спутников от людских глаз. Услышав, кто и по какому поводу явился на ночь глядя, эльф произнес:
– Надо уходить. Немедленно.
– Это понятно, - лязгнул рыцарь.
– Но куда?
– Вниз, к реке. Оттуда по течению на север.
– Я надеюсь, нам не придется карабкаться по отвесным скалам?
Рансу качнул головой.
– Я знаю несколько козьих тропок.
Прежде чем уйти, рыцарь и лекарь соорудили носилки из двух трофейных копий и мешка. Тарша сперва отказывалась (орчихе проявлять слабость? Да еще на глазах у человека и эльфов?), но Исмаил на полном серьезе предупредил, что оставит хромающую обузу на растерзание Моржу. Пришлось подавить гордость и подчиниться здравому смыслу.
Закинув за спины котомки с вещами, странники двинулись в путь под прикрытием сгустившихся сумерек. Даже Стреле приторочили меж лопаток мешок с едой, поэтому волчица то и дело пыталась стащить с горба вкусно пахнущую снедь.
Исмаил зачем-то спер у Куввы топор и спрятал внутри своего туловища. Теперь инструмент на ухабах и неровностях бился рукояткой по металлу и привлекал ненужное внимание. Но рыцарь наотрез отказался избавиться от топора.
Тропка начиналась неподалеку от дома Рансу. Пока спутники остановились перевести дух, целитель сбегал в избу и вернулся с большой кожаной сумкой. Внутри позвякивали склянки и шелестели мешочки с травами и снадобьями. Эльф разумно рассудил, что в долгом опасном походе лекарства не станут лишними.
Перед спуском Тарша предложила помолиться духам (ну или кто в кого верит). Исмаил сперва хотел накричать на глупую орчиху, но, посмотрев вниз, резко передумал и осенил себя божьим знаком. Скрипнули древки под немалым весом, затопали по камням сапоги и сабатоны.
Козья тропа представляла собой карниз шириной в полшага на отвесной скале. Она шла не прямо до самого подножья, а напоминала тот же серпантин, только сплющенный. А если точнее - шнуровку на корсете, у которого где-то потеряли один шнурок.