Белый орк
Шрифт:
– Я это..., - рыцарь смущенно почесал шлем.
– Извиняться...
Глаза Рансу полыхнули гневом, но он промолчал. Будучи лекарем знал, что подобные конфликты лучше разрешать как можно раньше, иначе они выльются в совсем уж жуткие нервные болезни.
Но что действительно удивило Альберта - рыцарь упал перед девушкой на колени. Ничего подобного за все время знакомства с Исмаилом видеть ему не доводилось. Впрочем, эльфа - не орк, к ней он вряд ли испытывал расовую неприязнь. Рансу доспех ненавидел вовсе не за то, что тот был остроухим.
Сандрия промолчала.
–
– Тогда уйдите, пожалуйста. Мне надо отдохнуть, - ответила эльфа, но букет оставила себе, прижав к груди.
– Как пожелаете.
Рыцарь удалился. И Шайн с интересом отметил, что теперь он действительно похож на рыцаря, а не на злобную ржавую кастрюлю.
Сандрию еще раз напоили настойкой и уложили спать. Согласно традиции, мужчины не могли находиться в доме, где спала незамужняя девушка. Альберт вышел на улицу и заметил напротив дома Исмаила. Доспех опирался на меч, широко расставив ноги, а свежий ветер трепал торчащий из шлема кусок бараньей шкуры.
– Что это за дрянь у тебя на макушке?
– удивился дипломат.
– Плюмаж. Прояви уважение, смерд.
– А почему он весь в крови?
– Барашка сопротивлялся, содрал как получилось. Да шучу я, успокойтесь! Это просто краска.
– Иди отсюда, а?
– попросил Рансу.
– Нет. Покараулю покой госпожи Сандрии, пока вы будете лечить Таршу.
– А что с ней?
– Не знаю. Вроде бы помирает.
Наплевав на все традиции целитель вернулся в дом и выволок целую сумку пузырьков и склянок. Под мышкой эльф держал толстый свиток пергамента. Велев рыцарю идти за ними (в тихой горной деревушке он один представлял опасность для эльфы), спутники бросились к жилищу Куввы.
Орчиха действительно выглядела паршиво. Она стонала и металась в забытье, покрытая холодным липким потом. Сосун раздулся до размеров человеческой головы. Рансу щелкнул его пальцем, и тварюшка начала постепенно сдуваться.
– Что с ней?
– дрогнувшим голосом спросил Шайн.
– Организм слишком ослаб, началась горячка. Я приготовлю пару снадобий, но мне нужны некоторые травы. Возьми этот список и собери все, будет достаточно одного цветка или стебля. Ты в ботанике соображаешь, справишься. Травы растут в Степи - возьми буйвола.
Без лишних вопросов Альберт выбежал из дома и принялся седлать рогача. Исмаил оказывал посильную помощь и даже вызвался пощипать траву за компанию, но Шайн отказался. Доспех будет только мешать, а то и нарвет чего попало.
– Лучше помогай Рансу. Делай все, что он скажет. Это важно, Исмаил.
Рыцарь вытянулся по струнке и отдал честь. И чего это у него такое приподнятое настроение? Намучил бедную девушку вдоволь и рад?
Однако бегающий по всему дому со склянками и ступками целитель очень быстро выпихал рыцаря за порог, чтобы не мешался под ногами. И доспех немедленно воспользовался полученной свободой.
Сандрия поспала совсем немного - от силы полчаса. Но этого было достаточно, чтобы притупить страшные воспоминания. В избе царила духота, эльфа обулась и вышла подышать свежим воздухом.
Неподалеку подозрительно знакомо звякнуло. Исмаил сидел около тропинки и делал вид, что собирает траву. Рансу не доверил бы этому баклану и коровник чистить, поэтому Сандрия быстро раскусила цель его визита.
– Я вас вижу, - сказала она, скрестив руки на груди.
– Вы пришли завершить начатое?
– Нет, что вы. Ваши слова ранят мое сердце будто копье.
– У вас нет сердца. Вы - нежить.
– Позвольте, но разве бездушная нежить может сочинить такое стихотворение? Послушайте:
Вы прекрасны как роса поутру,
И пусть боги не дадут мне соврать.
Вы чудесны как листок на ветру,
Я хотел бы вас... погулять.
– Отвратительно. Рифма убога. Как и ваш эльфийский.
– Прошу вас, не будьте так жестоки...
– Да-да. Я вас тоже просила об этом часом ранее.
– Вы уже придумали, чем я смогу искупить вину?
Сандрия села на завалинку и закрыла глаза.
Альберт собрал все травы из списка и уже запрыгнул в седло, когда заметил вдалеке караван. Объятые пылью повозки двигались в его сторону. Шайн ударил рогача по бокам и рванул навстречу каравану. Любая новость или слух могли помочь в поисках потерянного племени.
Каково же было удивление дипломата, когда он встретил не орков, а людей. Десятки, если не сотни имперцев брели на север: кто в седле, кто на козлах, а многие и вовсе пешком. Толпа была, что называется, разношерстной. Среди крестьян в убогих серых одеждах встречались лощеные камзолы и богатые купеческие куртки. Люди молчали и смотрели себе под ноги, не обращая на соплеменника никакого внимания.
Альберт пристроился рядом с нагруженной тюками и корзинами повозкой и окликнул возницу. Пожилой пузатый мужчина с длинными седыми усами кивнул в ответ.
– Уважаемый! А куда это вы все едете? К эльфам на ярмарку?
– без тени издевки спросил дипломат.
Толстяк грустно усмехнулся.
– К эльфам-то к эльфам. Только на постой. И не купцы мы - беженцы.
В груди Шайна похолодело, сердце пропустило удар.
– А что случилось?
– Дык война, понимаешь ли. Гражданская. Смотрю, ты вовремя деру дал. А мы едва вещи собрать успели.
– А кто с кем?
– Лорды против императора. Окружили, понимаешь ли, столицу, лестницы плетут, тараны строгают. К осаде готовятся. Будут старика нашего в кипящем масле варить. За преступления, понимаешь ли, против народа. А народу и податься некуда. Отбирают все, собаки, на нужды ополчения.
– Слушай, а вам орочье племя по дороге не встретилось? С белыми узорами на лицах.
Возница покачал головой.
– С белыми - не видел. Да только знаю, все орки в середину Степи стекаются. Нам вот пришлось к горам сворачивать и вдоль идти. Совет, понимаешь ли, племен у зеленокожих. Если и искать твое племя - то только там.