Беовульф
Шрифт:
— Да здравствует, — начал он, запнулся, сглотнул и воскликнул снова, громче: — Да здравствует король Беовульф!
Он опустил корону на голову Беовульфа и ощутил облегчение, освободившись от неприятной тяжести в пальцах, от близости проклятия. Долго еще будет ему вспоминаться это странное ощущение.
Некоторое время на балконе слышен был лишь вой ветра и грохот волн. Затем Вальхтеов обратилась к своему новому королю и супругу.
— Доброго правления, мой государь, — выдавила она вместе с вымученной улыбкой и сквозь расступающуюся толпу направилась обратно в зал. Таны разразились здравицами.
Часть
15 Король Беовульф
Неспешно и неумолимо течет время, одинокий белый глаз луны следит за пламенною колесницей Соль, преследуемой волком; день за днем, год за годом, век за веком, с тех пор как боги воздвигли Мидгард. Ничто не смущает течения времени, ничто не меняет привычек людей. И вот однажды, холодным днем месяца фрерманудра, всего за два дня до Юла [67] , Беовульф, король данов, с седла своей боевой лошади наблюдал за сражением на самом берегу моря. Тридцать лет прошло с того дня, когда он убил ужасного монстра Гренделя. Жадное время, требующее свою долю от всего живущего под Мидгардом, собирает дань с героев и королей точно так же, как и с остальных смертных. Голова и борода Беовульфа отмечены инеем, пятнающим любую долгую жизнь, иссохшее лицо его избороздили морщины. Он все еще был крепок, глаза его горели огнем молодости. Король держался в седле крепко и прямо и выглядел лет на десять моложе своего возраста. Сотни битв оставили на нем шрамы, но носил он их с тем же достоинством, что и корону старого Хродгара.
67
Юл («колесо», «поворот») — языческий скандинавский праздник зимнего солнцестояния; с приходом христианства был совмещен с Рождеством. Фрерманудр — двенадцатый месяц древнескандинавского календаря, «месяц Юла», соответствует периоду с середины ноября до середины декабря в современном календаре.
По правую руку от Беовульфа, тоже верхом, замер Виглаф, сын Веохстана. С небольшого пригорка они наблюдали за ходом сражения. Ночью высадились на берег фризы, но лучники и мечники Беовульфа, его таны с боевыми топорами и копьями прижали их к кромке воды, не оставили никакой надежды не только на победу, но даже на отступление. Только сдача на милость победителя могла дать им шанс остаться в живых, но на это фризы не были согласны.
Беовульф покачал головой и безрадостно засмеялся.
— Это уже не бой, Виглаф. Это бойня.
Виглаф, тоже отмеченный временем и тоже еще крепкий, кивнул в сторону сражающихся.
— Они хотят умереть героями, государь. Чтобы барды воспевали их геройскую гибель.
— Короткая будет песнь.
— Да. Но понять их можно. Легенды о тебе ходят по миру, за морями и снегами. Все знают сказания о Беовульфе и Гренделе. Ты у нас легендарный сокрушитель монстров.
Беовульф снова засмеялся, еще мрачнее прозвучал его смех.
— Мы сами теперь превратились в монстров. В троллей и демонов.
— Гляди, как геройствуют, — указал Виглаф на горстку уцелевших врагов, отчаянно отмахивающихся от данов, многократно превосходящих численностью, время от времени сменяющихся для отдыха
— Время героев прошло, Виглаф. Новый бог Христос убил время героев… Не оставил человечеству ничего, кроме бестолковых мучеников, одержимых демонами пророков, занудного нытья да позора.
Шум битвы перекрыл зычный крик:
— Где король Беовульф? Я хочу умереть от его меча! Покажите мне Беовульфа!
Виглаф неодобрительно глянул на сжавшего повод Беовульфа.
— Нет, Беовульф! Нельзя! Этот несчастный печется о своей славе за твой счет, государь. И ты это прекрасно понимаешь. Не следует награждать его без заслуги.
— Ну и пусть! — Беовульф не обратил внимания на возражения Виглафа. Он пустил лошадь вскачь, быстро добрался до песчаного берега. Его воины скучились вокруг одного из последних уцелевших фризов. С него сбили шлем, броню его разбили, над ним издевались, его били, пинали, отказывая в чести пасть в бою. Беовульф узнал в побежденном вождя вторгшихся фризов.
— Прекратить! — приказал Беовульф. Конь его замер, взрыв копытами песок. — Что это за безобразие? Детские игры какието. Издеваться над безоружным, радоваться его боли… Недостойно воина такое поведение. Дайте ему умереть быстро и с достоинством.
Беовульф повернул коня и чуть не столкнулся с Виглафом.
— Убей меня сам! — закричал фриз, с трудом поднимаясь на ноги. — Убей своими руками, трус!
Беовульф посмотрел на Виглафа, отвернувшись от фриза, не глядя на своих танов. Он увидел в глазах Виглафа предостережение — в его глазах почти всегда видишь немое предостережение, не от одного, так от другого. Шум волн и ветра — звуковой фон предостережения Виглафа.
— Убей меня сам! — повторил фриз громче, делая шаг к королю.
— Придержи язык, сопляк! — одернул его Виглаф. — Королю не пристало сражаться врукопашную. — И он обратился к танам Беовульфа: — Хватит развлекаться. Прикончите его быстро. Насадите голову на шест и выставьте вон там, на пригорке. Чтобы другим неповадно было.
Воины, конечно же, были недовольны, что у них отняли кровавую игрушку, но повиновались немедленно. Несколько человек перехватили мечи и решительно шагнули к фризу.
— Стоп! — скомандовал Беовульф, снова повернув коня к побежденному. Таны, решив ничему более не удивляться, остановились. — Ты, стало быть, решил, что я трус. — Он остановил лошадь вплотную к фризу, навис над ним, конный над пешим.
— Ты старик, — ответил противник, глядя Беовульфу прямо в глаза. Он поднял с песка свое оружие — боевой топор, запятнанный кровью. — Ты уже не помнишь, какой край у топора острый и для чего служит в битве меч. Ты смотришь на битву с безопасного расстояния, а потом барды славят твою победу.
Беовульф вытащил меч и спешился.
— Государь, — забеспокоился Виглаф. — Не здесь место короля в бою.
— Где это записано? — не оборачиваясь, спросил Беовульф, и Виглаф замолчал. Таны плотным кольцом обступили короля и оправившегося, приосанившегося фриза.
— Итак, ты хочешь вписать свое имя в сказания о Беовульфе? Полагаешь, они отныне будут заканчиваться сценой моей смерти от руки заморского недоумка, имени которого я еще не слышал?
— Имя мое — Финн. Я принц своего народа. И это имя будут помнить всегда.