(Бес) Предел
Шрифт:
Глава 31
— Игорь!
— Что? — отрываюсь от телефона, утыкаясь взглядом в нахмурившую брови Марину.
— Сколько мне еще раз тебя звать? Можно хотя бы несколько часов в неделю уделить своей жене, а не работе?
— Я весь твой, Мариша, какая работа?
— Лапшу мне на уши можно не вешать, все равно скину при любой возможности. Я тебе клянусь, что сейчас заберу твой телефон и раздавлю его своими семидесяти пятью килограммами,
— Все, все, — убираю мобильник в карман пальто, оглядываясь по сторонам. — Поехали домой, магазины дурно на тебя влияют.
— Ты издеваешься что ли? Мы не просто так сюда выбрались. До родов чуть меньше двух месяцев, кто потом будет бегать за всеми вещами? Ты? — чуть ли не плача восклицает Марина.
— Я. А что здесь такого? Твоя мама мне поможет, уж вместе мы с ней точно справимся. Ну чего ты расстраиваешься из-за какой-то ерунды?
— Ты решил сегодня надо мной поиздеваться? Ну какая мама? Она еще от химии не отошла, внучек и вовсе может не дождаться, а ты про магазины говоришь!
— Прости, Мариш, я как-то не подумал, — кладу руки на плечи жены и легонько сжимаю их. — Просто она же хорошо себя чувствует, вот и забыл. Ладно, показывай, что ты выбрала.
— Много чего, но это первое, что попалось. На форуме я прочитала, что эта вещь будет помощником номер один. Так что вот-молокоотсос, — наклоняется к полке, демонстрируя мне данную вещицу. — Вот только какой из них лучше?
— Зачем нам молокоотсос? Я сам все высосу, аккуратнее, чем эта вакуумная хрень. Цеплять еще гадость какую-то на грудь.
— Совершенно не смешно.
— А чего ты тогда улыбаешься?
— Ну, Игорь, прекрати, пожалуйста. И вообще, причем здесь ты, если молоко нужно детям?
— Я тоже люблю молочко. Все, ладно. Берем, который подороже, хотя ты только представь, как он тебе сиськи оттянет! Мне кажется, проще договориться с детьми, чтобы они не ленились и сами сосали.
— Ну вот ты и будешь с ними договариваться.
— Конечно я, придем домой и я поговорю с ними заранее. Может тогда не будем его покупать сейчас? Я запомню, как он выглядит и куплю, если понадобится после родов, к тому же, нехорошо покупать все заранее.
— Я не поняла, кто из нас баба, Бессонов? Совсем что ли чокнулся с этими приметами? Мы берем все сегодня! — чуть ли не топая ногой, уверенно произносит Марина, поправляя края пальто. — По крайней мере, кроватки, пеленальный столик и молокоотсос прямо сейчас, — кидает коробку в тележку и, крепко сжимая мою ладонь в своей руке, буквально тащит к кроваткам.
Стоило только Марине подойти к огромному разнообразию кроватей, как ее лицо тут же преобразилось. И появилась эта нереальная улыбка, от которой я когда-то сошел с ума.
— Ну и как их выбрать?! Все такие хорошенькие, глаза разбегаются. Мы же две розовые возьмем? Или может быть разного цвета? Голубой?
— Ну
— Прекрати свои шуточки, они совсем не к месту сейчас.
— Тогда не спрашивай очевидные вещи. И выбирать, Мариша, надо сначала не цвет балдахина, а то из какого материала изготовлена кроватка, есть ли автостенка, наличие колес и фиксаторов для них, ящик в подкроватном пространстве, и многое-многое другое.
— Ты все-таки просмотрел брошюру, которую я подкинула, — улыбаясь произносит Марина, обхватывая меня обеими руками.
— Конечно, все, что лежит в сортире больше недели, я всегда читаю.
— Вот зачем было портить такой момент?
— Может потому что это правда?
— Ладно, Бессонов, не нуди и давай выбирать кроватки.
— Я попробую.
***
Смотря на детскую, меня переполняют какие-то странные ощущения неправильности. Вроде все миленько, в духе комнат для маленьких принцесс, но зачем так рано делать комнату, если первое время дети будут спать в нашей спальне? Дожили, я боюсь сказать об этом Марине, ибо точно взбесится, а этого мне хочется меньше всего.
— Игорь?
— А?
— Почему у тебя сейчас такое лицо как будто здесь не детская, а какой-то общественный туалет? Тебе не нравится, как сделали стены? Ну так надо было выбирать со мной и руководить всем процессом, а не кривить лицо, когда все уже сделано. Как же мне все это надоело!
— Хватит, Марин, не передергивай. Я тебе слова плохого не сказал, а ты из ничего делаешь трагедию.
— Ничего я не делаю, — садясь в кресло-качалку, констатирует Марина. — У всех мужья как мужья, пусть лентяи с пузом, играющие в танчики и пьющие пиво по вечерам, зато хотя бы в выходной терпят своих жен и проводят время вместе, а я своего мужа вижу… да никак я тебя не вижу.
— Начинается.
— Не заканчивается. Я просто не понимаю, нам не хватает чего-то? Зачем ты носишься с покупкой нового помещения? Ну сколько тебе нужно этих ресторанов, чтобы ты успокоился? Посмотри на наш дом, — обводит рукой комнату, тяжело вздыхая. — Зачем ты его строил, если почти не бываешь здесь? Ну зачем это все, Игорь?
— Во-первых, — сажусь на корточки, накрывая Маринины колени руками. — Я не все, и жену свою не терплю, а люблю. А ты сейчас борзеешь, моя дорогая, но я прощаю тебе это в силу твоего положения. Может, я не самый активный домосед и лучший муж, но даже те недолгие часы, проводимые дома, я провожу с тобой, а не с танчиками и пивом. Да, я амбициозен, но пока мне позволяет мое здоровье и есть желание, я могу и должен увеличивать наш капитал.