(Бес) Предел
Шрифт:
— Нам хватит этого. Пожалуйста, ну остановись. Помнишь, всякий раз, когда мы проходили около ***, я мечтала о том, чтобы зайти в него и купить шубу. Чтобы все ахали, от того какая я крутая и красивая.
— И?
— Ну, я крутая и красивая, а куда мне эту шубу надевать? Кому мне ее показывать, Игорь? Не надо мне это уже ничего, я тебя хочу видеть, а не шубу, в которой уже вполне вероятно моль завелась. Хоть остаток беременности проведи со мной, пожалуйста.
— Мариш, завтра я подпишу договор на
— Обещаешь? — зарываясь пальцами в мои волосы, шепчет Марина.
— Обещаю. И вам, малявки, тоже обещаю, — приподнимаю Маринину кофту вверх, оголяя огромный живот, и шепчу в пупок. — И чтобы грудь сосали как надо, и соски мне не портили, все поняли?
— Соски тебе? Может мне, Бессонов? — еле произносит жена, задыхаясь от смеха.
— Ну а кому они потом достанутся, мне конечно. Так, все, только посмейте испортить мамину грудь и получите…
— Чего они получат?
— Люлей, когда подрастут, — целую Маринин живот, чем вызываю ее очередной приступ смеха.
— Игорь?
— Ну что опять? — поднимаю голову на Маринин голос, вновь наблюдая на ее лице что-то совершенно далекое от улыбки.
— Мне иногда так страшно становится, что если я умру во время родов или с девочками что-то будет не так? Ты же нас не бросишь, если они будут нездоровыми?
— Ну что ты глупость несешь? Сейчас ты включила бабу?!
— Ты не ответил на вопрос.
— Потому что я не хочу отвечать на чушь. Но если тебе так станет спокойнее-нет, я не брошу наших девочек, если вдруг с ними будет что-то не так. И вообще, давай сменим тему, все с нашими крошками будет хорошо. Что, папа даром что ли в баночку дрочил?
— Какой ты у меня дурачок. Хороший и самый любимый, и все-таки мне очень повезло с тобой, прости меня нахалку такую. Я тебя люблю, Бессонов.
— И я тебя, давай заканчивать на сегодня с этими пессимистическими разговорами.
— Хорошо, — произносит жена, целуя меня в губы.
***
Пять минут до опоздания. Если через четыре минуты на это самое место никто не сядет-баста. Пинок под зад и пусть другим продают. Перевожу взгляд на своего помощника и понимаю, что он тоже злится и хочет мне что-то сказать, видать тоже выжидает последние минуты. Но тут его лицо меняется, и я понимаю, что неспроста. Да, а вот и запыхавшиеся гости, принимающиеся поспешно извиняться. Да, без лизожопства-никуда. Перевожу взгляд на вибрирующий телефон, и хоть я терпеть не могу прерываться во время важных дел на звонки, надпись: «Мариша» мне просто не оставляет выбора.
— Извините. Я отойду на минутку, — встаю поспешно из-за стола, беря на ходу трубку. — Да, Марина, что-то случилось? Я сейчас очень занят, если можно
— Ты точно издеваешься. Что-то определенно случилось, мой муж обещал отвезти меня к врачу, прием у которого ровно через полчаса, и вот у меня вопрос, где мой муж, Бессонов?
— Во-первых, я не помню, чтобы такое обещал, во-вторых, даже если обещал, прости, но сейчас не получится. Я освобожусь через час-полтора и отвезу куда скажешь.
— Игорь! — слышу истерические нотки в голосе жены. — Мне сейчас надо, а не через час. Запись на прием не происходит по велению волшебной палочки. Хоть раз ты можешь поехать со мной?!
— Могу. Через полтора часа, мне еще раз повторить? Я подписываю договор, неужели ты думаешь, что я сейчас все брошу, чтобы подвезти тебя в клинику, заметь платную, тогда как мы можем съездить через пару часов, заплатив дяде доктору в карман чуть больше?!
— Я поняла, Бессонов, тебе на все наплевать.
— Хватит нести чушь, — повторяю по слогам, начиная сжимать от злости кулаки. — Если тебе так не имется прямо сейчас, я вызову такси, ты спокойно доедешь, и я подъеду уже к тебе.
— Без тебя вызову, руки еще не отсохли. Счастливо подписать договор.
Бл*дь, ну что ж так сложно-то все?! Шумно выдыхаю, но уже подходя к столу, вновь собираюсь с духом и спокойно сажусь на свое место. Вот только о чем-то здраво мыслить уже не получается, строчки плывут перед глазами, а уши словно в каком-то вакууме. Становится душно и нечем дышать, на каком-то автомате я киваю и наконец-таки ставлю подпись, совершенно не похожую на собственную. Как заведенный встаю из-за стола, и только, когда на дисплее экрана вижу вновь «Мариша», буквы наконец-то становятся четкими. Беру трубку, на ходу накидывая на себя пальто.
— Все, Мариша, я уже еду, не бухти.
— Добрый день, инспектор ДПС Войников Михаил Евгеньевич, вы кем приходитесь Бессоновой Марине Викторовне?
— Мужем. А что случилось? — кое-как произношу я, сглатывая образовавшийся ком в горле.
— Она попала в ДТП, водитель такси скончался на месте, вашу жену госпитализируют в городскую больницу номер два.
Первая мысль, крутившаяся в голове-госпитализируют, значит жива. Кажется, в этот самый момент мое сердце ушло в пятки…
Глава 32
Который день подряд я пытаюсь вдолбить в свою голову, что это все сон. Затянувшийся, самый мерзопакостный, но все же сон. Сейчас я попытаюсь убежать, не смогу набрать скорость на ватных ногах, психану и проснусь. Вот только ноги не ватные, я их определенно ощущаю, точно так же, как и характерный запах. Не такой едкий как обычный больничный, хорошо отложенный в моей памяти, после перенесенного аппендицита в детстве, но тоже вполне себе отчетливый. Как убедить себя, что это сон, если, прислонив лоб к стеклу, я ощущаю прохладу? А еще совершенно точно чувствую, что кто-то касается моего плеча. Весьма осторожно, я бы сказал, по-родственному, значит не медсестра.