Беспутье
Шрифт:
– Вот блин… Прости, – он слез с меня и тут же попытался прикрыться, но я успела увидеть то, что так давно хотела увидеть, и оно было совсем не такое, как.
До меня наконец дошло.
– Ничего, ничего страшного, ты просто перенервничал, вот и все, – я попыталась утешить его, покрывая поцелуями все его лицо.
– Я облажался, – выдохнул он.
– Ну подумаешь, не расстраивайся. Это от волнения. Это нормально.
– Просто блин… Все так заранее запланировано было, что я об этом только и думал. Я знал, что ты готовишься, ждешь.
Я положила голову ему на грудь.
– Ну в следующий раз все получится.
– Надеюсь, – нервно сглотнул Виталик, – только давай теперь не будем все так точно планировать. Чтобы спонтанно как-то, само собой.
– Попробуем. Только как спонтанно-то, если нам приходится место и время подбирать, чтобы никого не было.
– Ну да… Еще знаешь, экзамены эти, сейчас так-то готовиться сидеть, учить, не отвлекаться. Не лучшее время. Итак стресс.
Повисла печальная пауза.
– Давай чай пить, – я легко вскочила, накинула халатик и пошла ставить чайник.
Потом была еще одна неудачная попытка, на сей раз у него в общаге в отсутствии соседей. Сценарий был тот же, он распереживался еще больше.
– Спасибо, что ты меня не застремала, – сказал он тихо, лежа у меня на животе, пока я гладила его по голове, зарываясь пальцами в густых темных волосах, – это для любого парня очень большой облом, когда не стоит. Спасибо, что не унизила меня, не засмеялась.
– Может, я просто тебя не возбуждаю? – осторожно спросила я.
– Ты что такое несешь! Еще как возбуждаешь! – он втянул губами мой сосок и погладил его языком. У меня внизу еще сильнее помокрело от неутоленного желания.
– Хватит, я сейчас снова на тебя нападу! – я весело отпихнула его. Он поднялся выше и поцеловал меня в губы долгим нежным поцелуем.
– Я люблю тебя.
– Я тоже тебя люблю.
После экзаменов мы расстались на лето, каждый так и уехал в родные края девственником. Мы созванивались каждый день. Он посвящал мне романтические стихи, как в старину. Присылал их в личку. "Ну ты прямо мой рыцарь!" – отвечала я с кучей сердечек.
В сентябре мы встретились, загорелые, соскучившиеся, как щенята. Через пару недель после начала учебы он объявил восхитительную новость:
– У меня тетя двоюродная в отпуск уезжает на десять дней, надо будет присмотреть за ее котами.
– То есть у тебя будет свободная хата? – как можно более нейтральным тоном спросила я, скрывая волнение.
– Типа того. Ребят надо как-нибудь позвать, – он быстро глянул на меня, – посидим, поиграем во что-нибудь, выпьем.
– Идея – огонь!
Я хотела намекнуть на то, что будет потом, когда ребята уйдут, а мы останемся вдвоем, но не стала поднимать опасную тему. Он же хотел спонтанности.
В ближайший выходной он действительно позвал нашу студенческую группу на хату. Гремя пакетами, полными бутылок, мы в предвкушении веселья (а я еще и с робкой надеждой
– Кис-кис-кис, – попыталась подружиться одна из девчонок, но в ответ получила только злобное урчание.
– Не обращайте внимания, – сказал Виталик, – они и мне не очень рады.
– Конечно, они дом охраняют, а ты тут привел не пойми кого, все доложат потом хозяйке, – то ли в шутку, то ли всерьез произнесла Вика, наша староста.
– Надо будет замести все следы. Поможешь мне? – он тепло улыбнулся, глядя мне в глаза.
– Конечно.
Мы долго сидели, пили разное – кто пиво, кто вино, самый заядлый наш алкаш – Степка, по такому случаю притащил бутылку какого-то травяного сорокоградусного бальзама. Закусывали, конечно, чем придется – чипсами, сухариками, крабовыми палками, резиновыми кальмаровыми кольцами. Вечер удался, и хотя решили обойтись без танцев, чтобы не потревожить теткиных соседей, все равно было весело. Даже Виталик изрядно накидался, а я наоборот, осталась почти трезвой.
– Ну что, ребят, скоро общагу закроют, пора двигать, – заметила моя умная, деликатная Майя ближе к полуночи. Она, конечно, догадалась, что пора оставить нас одних.
– Блин, че за облом, я думал, тут можно переночевать. Вон, диван же есть, и в маленькой комнате я кровать видел. Че, нельзя? Посидели бы еще, – Степа явно был разочарован.
– Пошли давай, – Майя была тверда, я благодарно ей улыбнулась.
– Ладно, ребят, спасибо всем, хорошо посидели, – неожиданно подал голос Виталик, чей язык уже слегка заплетался.
Мы проводили их, навялив им с собой кучу мусорных пакетов с бутылками и обертками. Вот, наконец, захлопнулась дверь. Я решила вести себя непринужденно.
– Может, кино какое-нить посмотрим? – предложила я.
– Я щас сам тебе кино покажу, – он жадно впился в меня губами со специфическим привкусом травяного бальзама.
Он потянул меня в маленькую комнату, но там на кровати, как два злобных истукана, уже сидели немигающие кошки.
– Может, не здесь?
– А где? На диване?
Над старым продавленным диваном висели черно-белые портреты каких-то хмурых людей, что совсем не располагало к интимной атмосфере. Я вдруг поняла, какое место в этой неуютной, чужой квартире кажется мне наиболее обезличенным и приятным.
– А пошли в ванную? Ну, мне все равно сполоснуться надо. Помоемся вместе.
Он хмыкнул:
– Ну пошли.
Мы включили душ и залезли под горячие струи, чтобы унять мелкую дрожь. Быстро отвернувшись, я сполоснула свою укромную щель, потом намылила мочалку и повернулась в нему.