Бессердечный

Реншоу Уинтер

Глава 38

Айла

Сет подходит ко мне на свадьбе Вив и Фернандо, его рука слегка касается моей спины, когда я заказываю у бармена еще один напиток.

— Хочешь танцевать?

Ди-джей играет песню Эла Грина, и пары со всего зала направляются к танцполу, окружая жениха и невесту.

Любовь витает в воздухе. Буквально. Новоиспеченные мистер и миссис Алмейда не перестают улыбаться. С того момента, как прошли к свадебному

алтарю, они ни на шаг не отходили друг от друга. В этом плане их поведение не сильно отличается от любого другого дня, но сегодня происходит действительно что-то особенное. Так. Много. Любви.

Я очень рада за них.

— Я ужасно танцую, — предупреждаю я Сета.

— Да, — говорит он. — Я знаю. Но мне все равно. Потанцуй со мной.

Он пробегает пальцами по моей руке и окунает меня в музыку, кружа в объятиях, когда наши ноги касаются танцпола. Мы оба смеемся. В серенаде Эла поется о том, чтобы быть вместе.

Прошла неделя с тех пор, как я вернулась из Нью-Йорка, но через два дня снова отправлюсь туда. Следующие два месяца я буду мотаться туда-сюда. Это будет изнурительно, и после, скорее всего, я больше никогда не захочу видеть салон самолета. Но я очень надеюсь, что буду так занята путешествиями, что смогу остановить навязчивые мысли о проведенной ночи с Реттом.

Песня заканчивается, и Сет кружит меня в последний раз, прежде чем прижать к себе. Дальше начинает играть «Staying alive», и куча тетушек и дядюшек Вивьен бросаются на танцпол в приступе ностальгии.

— Пойду, заберу свой напиток, который не успела допить... — говорю я Сету, отпуская его, и возвращаюсь в бар. Бармен сразу замечает меня и вручает мне мое шампанское. Я оставляю чаевые и возвращаюсь к пустому столику, предназначенному для подружек невесты. У Вив их восемь, и, по-моему, это немного чересчур. Я пятая после сестер и кузин, но перед соседками по комнате в колледже.

— Вот ты где. — Сет садится на пустое место кузины Эмили.

— И снова привет.

Я люблю Сета. Очень. Но он весь вечер не отходит от меня ни на шаг, и меня это начинает раздражать. Да, сегодня он сопровождает меня, но это не значит, что мы встречаемся.

— Как дела?

Я делаю глоток шампанского, и он смотрит на меня так, будто я самое красивое существо из всех, что он когда-либо видел. Он делает это весь вечер с того момента, как увидел меня в розовом шифоновом платье подружки невесты.

— Не могу привыкнуть к тому, как прекрасно ты сегодня выглядишь, — говорит он. — Прости, что пялюсь на тебя.

Я закатываю глаза.

— Любая выглядела бы красивой с макияжем, накладными ресницами и миленькой помадой от «Шанель».

Сет ухмыляется, кусая нижнюю губу.

— Не будь такой скромной. Ты всегда прекрасно выглядишь, но этим вечером... ты заставляешь меня желать сделать то, чего я не должен.

Я делаю еще один глоток, на этот раз больше.

— Не говори ерунды.

— Ерунды? — Сет смеется. — С каких пор честность стала ерундой?

— С тех пор, как это говорит мой лучший друг.

Улыбка Сета меркнет.

— Может, я больше не хочу быть твоим лучшим другом.

— Сет.

— Я

говорю серьезно, Айла. Я терпеливо ждал, чтобы ты поняла, как идеально мы друг другу подходим, — начинает он. — Я с тобой почти каждый день. Ты пишешь мне сообщения посреди ночи, когда не можешь уснуть. Я таскаюсь с тобой на девчачьи фильмы, даю право выбирать ресторан. Я всегда стараюсь прочитать то, что читаешь ты, чтобы мы смогли обсудить какую-нибудь книгу, потому что знаю, ты любишь говорить о них, но книги, которые нравятся мне, не нравятся тебе. Каждый раз, когда тебе что-то нужно, я всегда рядом. Нужно приделать книжную полку? Я тут как тут. Не работает измельчитель мусора? Звоню сантехнику. На твоей улице произошла серия ограблений? Я сплю у тебя на диване с бейсбольной битой. Нужно в аэропорт? Я снова рядом. Я всегда. Черт возьми. Рядом.

— Но ты ведь делаешь это, потому что ты мой лучший друг, — говорю я, хмурясь, наблюдая за тем, как его поведение тут же меняется. Это на него не похоже. — Возможно, сейчас не время и не место для этого разговора. Давай поговорим в другой раз?

— Нет, — настаивает он, сжимая губы и раздувая ноздри. Боже, он выглядит сексуально, когда злится, но все же он мой друг, и я не хочу ничего менять. Даже не могу поцеловать его — ведь это все равно, что целоваться с родным или двоюродным братом. Странно. Неправильно. Неестественно. — Я был без ума от тебя с тех пор, как мы встретились.

— Знаю.

— У нас так много общего, — продолжает он. — Мы идеально подходим друг другу. У нас никогда не было споров или разногласий. Нам нравится одно и то же. Мы можем быть счастливы вместе.

— Это трудно объяснить…

— Так попытайся.

Я делаю глубокий вдох и устремляю взгляд на колени, где лежит салфетка, из которой я выжимаю жизнь.

— Я все еще люблю другого, — признаюсь я.

Сет выдыхает и сжимает челюсть.

— И до тех пор, пока не перестану сравнивать каждого мужчину с ним, — продолжаю я, — я не буду встречаться ни с кем другим.

— И все? — спрашивает он с раздражением. — Ты даже не хочешь попытаться?

— Поверь мне, я пыталась, — настаиваю я.

— Может, стоит попытаться еще раз?

— Это не так просто. Знаешь, что произошло в прошлые выходные? В Нью-Йорке? Я встретила его впервые с тех пор, как мы расстались.

Сет качает головой, выдыхая.

— Ну конечно, именно поэтому ты пропала. Теперь мне все стало понятно.

— Это сложно, — говорю я. — Между нами так много вопросов.

Сет закатывает глаза.

— Но он меня ненавидит, — добавляю я. — И мы никогда не сможем быть вместе. Вот такие дела.

— Печально, — говорит он, хотя я чувствую скрытый сарказм. — Столько месяцев вздыхать по человеку, который не испытывает к тебе и половины тех чувств, что испытываешь ты.

Сердце болезненно сжимается. Я хочу быть с Реттом. Сет хочет быть со мной. Все несчастливы.

— Я бы хотела, чтобы все было по-другому, — говорю я, положив ладонь на его руку.

Он отталкивает ее, берет мое шампанское и выпивает его залпом.